Место назначения – Приморье

Космонавт Александр Баландин (приехавший во Владивосток вместо заявленного ранее Юрия Онуфриенко) и астронавт Бенджамин Элвин Дрю в рамках Международного кинофестиваля стран АТР «Меридианы Тихого» представили зрителям американский ретрофильм «Место назнач

25 сент. 2009 Электронная версия газеты "Владивосток" №2604 от 25 сент. 2009
334fb1cad8ebf33860dd9a6915fcb4c4.jpg

Космонавт Александр Баландин (приехавший во Владивосток вместо заявленного ранее Юрия Онуфриенко) и астронавт Бенджамин Элвин Дрю в рамках Международного кинофестиваля стран АТР «Меридианы Тихого» представили зрителям американский ретрофильм «Место назначения – Луна» и рассказали о том, что помогло им выбрать такую непростую профессию.

- Добрый день, дорогие друзья! - поприветствовал владивостокцев на русском языке Бенджамин Элвин Дрю. А затем признался, что «Место назначения - Луна» – его любимый фильм.
- Эта картина одна из немногих достоверно показывает, что происходит на орбите во время космических исследований, - уверен астронавт.

Фильм, снятый в 1950 году по роману Роберта Хайнлайна «Ракетный корабль «Галилео», задал высокую планку будущим картинам на космическую тематику.

- В кинофильме достоверно показаны выход в открытый космос и прогулка по лунной поверхности. При этом надо учитывать, что во время съёмок не существовало компьютерной графики и спецэффектов, - говорит Бенджамин Элвин Дрю. - Тем не менее создатели фильма допустили одну, но важную ошибку. В 50-е годы большинство учёных были уверены, что лунный ландшафт – это островерхие горы, но, когда астронавты ступили на Луну, они воочию смогли убедиться, что на спутнике Земли есть только пологие холмы.

- Ещё одна картина, под воздействием которой мне удалось достичь места назначения – Луны, – «Настоящее дело». В этом фильме есть один герой – ленивый астронавт, который вместо того, чтобы выполнять свою миссию, чтобы выступать перед общественностью, предпочитает смотреть мультфильмы о дятле Вудди. И я в общем-то тоже иногда следую его примеру, - улыбается Бенджамин.

Однако, несмотря на горячую любовь к кинематографу, у астронавтов в отличие от их русских коллег нет традиции просматривать перед полётом какой-либо фильм.

- За сутки до старта «Белое солнце пустыни» обязательно смотрят все космонавты, а если это совместный полёт, то и астронавты с удовольствием придерживаются наших традиций, и фильм им очень нравится, - говорит Александр Баландин.

Александр Николаевич - Герой Советского Союза, совершил два выхода в открытый космос на три и семь часов (при штатном ресурсе скафандра не более 6 часов 30 минут), продолжительность его полёта – 180 суток, и при этом космонавт - скромнейший человек. О себе говорит неохотно, однако с корреспондентом «В» Александр Баландин поделился воспоминаниями.

- На выбор профессии повлияли множество книг и кинофильмов (в основном снятых по этим книгам и снятых так, что многие ребята после их просмотра так же, как и я, определились с выбором профессии, нашли себя). После окончания школы я поступил в Московское высшее техническое училище имени Баумана по специальности «Динамика и управление», инженер-механик, поэтому выбора у меня практически не было: только в космос, - улыбается космонавт.
Любимая кинокартина о космическом путешествии Александра Баландина - «Планета бурь».

- «Планета бурь» была одним из первых советских фантастических фильмов о космосе. Это первый цветной кинофильм, рассказывающий о совместной экспедиции русских и американцев. К тому же «Планета бурь» была сделана с использованием уникальных технологий комбинированной съёмки, намного опережавших зарубежные аналоги. Рекомендую посмотреть этот фильм всем, кто его ещё не видел, это очень интересно и познавательно, - советует Александр Николаевич.

Сейчас Александр Баландин находится на заслуженном отдыхе, особенно это радует жену Лидию Васильевну: ведь космонавт - профессия опасная, а на пенсии так рисковать жизнью не приходится.

- Конечно, раньше Лида переживала, а сейчас успокоилась, - говорит Александр Николаевич. – Мне приходилось оставлять жену в такие моменты жизни, когда особенно требовалась моя поддержка. Например, 26 января 1990 года я отвёз Лиду в роддом, а на следующий день - старт на Байконуре. Провожала меня только дочка Юля, которой только-только исполнилось четыре годика. А сына Алексея первый раз увидел через полгода. Дочка, конечно, не понимала тогда ничего, когда по телевизору показывали нас перед стартом, Лида заплакала, а Юля подошла, погладила её и удивлённо спросила: «Мама, почему ты плачешь? Папа же вот!».