Чужое наследство

Петра Первухина и его супругу убили 30 января 2007 года. Убили жестоко и при весьма таинственных обстоятельствах: убийца (или убийцы?) каким-то образом проникли в жилище предпринимателя, расположенное на пятом этаже принадлежавшей ему гостиницы «Корона»,

9 сент. 2009 Электронная версия газеты "Владивосток" №2594 от 9 сент. 2009
a67ffd1d9fb92f54d309914c39b5c6ec.jpg

Петра Первухина и его супругу убили 30 января 2007 года. Убили жестоко и при весьма таинственных обстоятельствах: убийца (или убийцы?) каким-то образом проникли в жилище предпринимателя, расположенное на пятом этаже принадлежавшей ему гостиницы «Корона», где и расправились с ним и его женой прямо в постели.

Причём без стрельбы, ножа или яда – чета Первухиных была забита палками или иными подобными орудиями. И не было сомнений в том, что целью преступников было только убийство – в квартире остались нетронутыми наличные деньги, находившиеся на виду, в бумажнике Петра Первухина и в сумочке его жены, а также золотые украшения, лежавшие открыто за стеклянной дверкой шкафа.

Так наследниками погибшего бизнесмена стали его сыновья, разделившие строительный бизнес отца и принадлежавшую ему недвижимость. А наследство было внушительным: в него входили торговый центр «Фаркон» на улице Светланской, вышеупомянутая гостиница и семиэтажный жилой дом, состоящий из малогабаритных квартир и офисных помещений на улице Нижнепортовй. Именно вокруг этого жилого дома с гостиницей впоследствии и развернулись те интриги, в которых пришлось разбираться сначала следствию, а теперь будет разбираться суд.

Активов у покойного Петра Первухина осталось немало, но конфликт возник вокруг наиболее привлекательных: гостинцы и дома-новостроя. Что и неудивительно, если вспомнить, что события разворачивались в период бурного роста цен на недвижимость, достигших своего пика к середине 2008 года. И основным соблазном стал, безусловно, дом: несмотря на то, что были вопросы по его строительству (дом стоял фактически на гаражном кооперативе!) и проектировался изначально как административный, а не жилой, но относительная дешевизна квадратного метра в нём делала его очень привлекательным для спекулятивных целей.

Как установило теперь следствие, судя по официальной информации СУ СКП по ПК, Алексей Андреев, ставший после смерти Петра Николаевича генеральным директором ЗАО «Фаркон», заключил ряд сделок по продаже имущества компании. В том числе – ряда квартир в злополучном доме, причём сделки по продаже жилья осуществлялись дважды и более в отношении одной и той же жилплощади.

Развернувшийся конфликт «разруливали» сначала юристы, а затем и «силовики»: первым уголовным делом в ходе конфликта стало дело по факту незаконного лишения свободы, когда по указанию Андреева на третьем (спорном) этаже здания новостроя были заперты охранники, нанятые владельцем. Примечательно, что одну из конфликтующих сторон (дольщика в строительстве и бывшего руководителя компании Максима Ломакина) представлял адвокат Виталий Береговский, ныне сам обвиняемый в мошенничестве при попытке так называемого рейдерского захвата ООО «Компании ОГАТ».

А в конфликте вокруг собственности ЗАО «Фаркон» и наследников Первухина, как и в деле ООО «Компания ОГАТ», речь также заходила и подделке документов. Затем дошло и до рукоприкладства: была избита мать Алексея Андреева, адвокат Маргарита Андреева-Волкович (прямо в своей адвокатской конторе) незнакомцем в боксёрских перчатках, которые тот принёс с собой.

Намерение расправиться с лицами, подозреваемыми Андреевым в избиении своей матери, стало дополнительным пунктом его обвинения помимо мошенничества. А подельником Алексея Андреева стал предприниматель Дмитрий Лоншаков, директор ООО «ЦГИ» – его обвиняют в активном участии в осуществлении сделок, которые следствие расценивает как мошенничество, причём в особо крупном размере, да ещё и совершённое группой лиц с использованием своего служебного положения.

Потерпевшим по данному делу является наследник убитого предпринимателя – Илья Первухин, который благодаря управлению Алексея Андреева едва не лишился всей собственности, оказавшись при этом ещё и в долгах. Совладельцы спорной недвижимости выясняют отношения в судебных инстанциях – в их числе как дольщики строительства, так и покупатели квартир и помещений, ставшие жертвами «двойных продаж». И суду теперь предстоит установить степень вины обвиняемых в инкриминируемых им деяниях.

Погибших не воскресить ни следствию, ни суду, но наследство, поныне имеющее немалую ценность, продолжает оставаться пока спорным моментом. И если суд по этому делу досконально разберётся в запутанных обстоятельствах интриг вокруг наследства Первухина, то и прочие проблемы со спорным имуществом, возможно, будут решены.