Каждому – по катеру!

Из владивостокских бухт уходит последний лёд и со дня на день начнётся навигация «маломерных судов». Тридцать лет назад всё побережье вокруг Владивостока кишело вёсельными лодочками, «Казанками», «Прогрессами», «Крымами» и «Амурами». Молодёжь осваивала па

3 апр. 2008 Электронная версия газеты "Владивосток" №2316 от 3 апр. 2008

Из владивостокских бухт уходит последний лёд и со дня на день начнётся навигация «маломерных судов».

Тридцать лет назад всё побережье вокруг Владивостока кишело вёсельными лодочками, «Казанками», «Прогрессами», «Крымами» и «Амурами». Молодёжь осваивала паруса на «Кадетах» и «Оптимистах», а потом пополняла яхт-клубы. Во всех бухтах от Горностая до Седанки и Океанской стояли «лодочные гаражи». Если не было лодки у тебя, то она была у друзей или родственников.

Тридцать лет назад ребята из ДВНЦ позвали меня «походить под парусами». День с обеда захмурился, по морю гуляла волна, ветер был встречный, и мы долго полосовали Амурский залив туда-сюда, пока уже в сумерки не зашли в одну из бухт острова Попова. Ваня надел гидрокостюм и упал за борт. Миша поставил на газовую печку сковородку. Петя хмуро посмотрел на меня и спросил:

- Первый раз под парусами? – я кивнул. – Будем учить…

Я стал лихорадочно вспоминать, что такое «шкентель с мусингами» и способы вязки морских узлов от простого «беседочного» до «рангоутного штыка». Тут вынырнул с гребешком Ваня. На сковороде разогрелась каша с тушёнкой.

- А где же учитель? – хором проорали аспиранты Института биологии моря и других уважаемых институтов. – А вот он!

И на стол из-за их спин выпрыгнула литровая бутылка виски «Teacher».

- Не дрейфь, шкет, - сказали мне, – это только бутылка буржуйская, мы её в море подобрали, а в ней замечательный отечественный спирт….

Миша ныне в Новой Зеландии, Ваня – в Южноафриканской Республике, Петя – в Калифорнии.

…Минувшим летом верные друзья покинули Рейнеке на мощном катере, оставив меня на пирсе сиротой. Катер у них, видите ли, не выходит на глиссирование, потому как «перегруз». А меня подобрал швербот «Том». Команда сжалилась надо мной, потому как накануне вечером яхтенный рулевой Игорь призвал меня в помощь, чтобы пришвартовать старого «Тома». Игорь прочно стоял на ногах, но потерял способность ориентироваться в пространстве. И я помогал ему провести швербот «на верёвочке» вокруг пирса и причалить с другой стороны. На это дело у нас ушло полчаса, потому как действия наши были не согласованы. В то время как я тянул, он прижимал «Тома» к причалу, а когда я толкал в корму, он тянул нос под сваи. Сбежалась куча народа посмотреть на нас, а важный человек с двухмачтовой яхты уже не мог смеяться и просто рыдал, стоя на четвереньках, как собака, иногда подвывая и смахивая слёзы….

…Куда всё делось? Гаражи сожжены, лодки сгнили. Почему ныне это стало роскошью? Вроде народ стал снова лодки покупать, но где их держать? Люди мечтают жить в городе у моря, потому как можно построить или заиметь собственную лодку! Во всех зарубежных портах – лес мачт, тысячи катеров.

Может, новый мэр озаботится стоянками для лодок, катеров и яхт?