Пожарам в Хасанском районе поставили барьер

37,5 тысячи лиственниц высадили в этом году в Хасанском районе. Они должны сберечь от огня землю.

13 нояб. 2007 Электронная версия газеты "Владивосток" №2241 от 13 нояб. 2007
3c286a595b5da6758589bb7f8b5e904c.jpg

37,5 тысячи лиственниц высадили в этом году в Хасанском районе. Они должны сберечь от огня землю.

Умышленный поджог ненаказуем?

Из Владивостока хорошо видно, как на другом берегу Амурского залива регулярно, весной и осенью, вьются клубы дыма. Оказывается, юго-запад Приморья - самая горящая территория России. На относительно небольшом пространстве здесь случается самое большое количество пожаров - от 500 до тысячи в год. Некоторые места прогорают за год по два раза. И если заповедник «Кедровая Падь» еще как-то отбивает огневые атаки, то остальная земля уже давно из-за постоянного пламени изменилась. Пейзаж, который раньше украшали кедры и пихты, похож на степь. Только в степи растений не сосчитать, а здесь их всего три-четыре вида. И ведь огонь уничтожает не просто лес, а место обитания самого редкого хищника планеты - дальневосточного леопарда.

Ни один пожар здесь не возникает естественно, грозы тут ни при чем. Загорается трава, а за ней деревья от непотушенных костров. Есть и еще причина. В основном землепользователи сознательно поджигают территорию вокруг своих участков, чтобы создать негорючий барьер. Ведь второй раз выжженная пустошь уже не загорится. А вот куда огонь пойдет дальше - за этим никто не следит.

Каждый год горит территория вокруг железной дороги. Эти пожары уходят далеко в лес, в том числе и в заповедник. Отжигают барьеры порой оленепарки, крупные и мелкие фермерские хозяйства.

За руку поджигателей поймать нереально. Речь ведь не о квартире, доме или гараже. Только один раз заповедник «Кедровая Падь» добился возбуждения уголовного дела против фирмы «Мигенг», в чьей собственности бывший барабашский совхоз, по факту пожара в заповеднике. Нашлось много свидетелей, был подсчитан ущерб за каждое погибшее дерево, выставлен иск на сумму около полумиллиона рублей. Кончилось все тем, что дело закрыли. Сейчас руководство заповедника выясняет, по каким основаниям.

Правда, в этом году администрация Хасанского района сельскохозяйственные палы запретила. Специалистов это, конечно, обнадеживает.

- Возможно, теперь нерадивых землепользователей можно будет привлечь к ответственности уже только по факту наличия выжженной земли, - говорит сотрудник Лесной программы Амурского филиала WWF России Константин КОБЯКОВ.

Но этого все же недостаточно. Ведь для выставления исков закон требует конкретного количества уничтоженных объектов. А как сосчитать ущерб, если после пожара погибли не только деревья, но и птичьи гнезда, и звери?

Кроме того, до сих пор не решен вопрос собственности лесных земель в соответствии с Лесным кодексом. Говорят, когда в октябре загорелись верховья реки Амба, руководству охотхозяйства Нежинского, которому формально принадлежит эта территория, отказали в помощи все - от лесничества до МЧС. Уполномоченные в тушении пожаров так и не нашлись…

Полоса препятствий

Потому специалисты делают упор не на административные, а на природные барьеры для огня. Таким барьером и должны стать лиственничные полосы, высаженные недалеко от села Барабаш. Такие полосы до Второй мировой войны создавали на Сахалине японцы. Землю подготовили специалисты Барабашского лесхоза, а студенты Приморской сельскохозяйственной академии посадили по три тысячи саженцев на километр.

- В классическом варианте ценный лес отгораживается минерализованной полосой, которая здесь уже есть, - отмечает Константин Кобяков. - Каждый год сотрудники лесхоза на бульдозере уничтожают на полосе всю растительность, чтобы гореть было нечему. Но эффективность таких полос не очень высока, потому что ветер легко перемещает через нее в сторону деревьев горящие остатки, листья.

Зато под лиственницами, посаженными густо, ничего не растет. Хвоя лиственницы не смолистая, хорошо впитывает влагу и, опадая, образует плотную и плохо горящую подстилку. Огонь не найдет здесь себе пищи и остановится. Немаловажно то, что лиственницы в отличие от минерализованных полос не требуют ежегодного ухода. И растут очень быстро: через семь -десять лет эти деревца вытянутся до трех-четырех метров.

В течение года саженцы росли в питомниках Артема и Хабаровска. Это лиственница с закрытой корневой системой, которую можно высаживать и осенью, не боясь холодов. В Артеме маленькое дерево стоит около четырех рублей, в Хабаровске - 10. Саженцы с открытой корневой системой выращиваются просто в земле и стоят по рублю каждый. Но их высаживают только в трехлетнем возрасте. А тремя лишними годами никто не располагает. Огонь действует быстрее.