В печатный омут – с головой! (продолжение)

«Я люблю читать, я читака. Недавно разговаривала со своей подружкой Аллой Довлатовой, и мы вдруг обе, в унисон, сказали: как же мы соскучились по чтению, как изголодались. Если я куда-то еду, беру книги с собой, люблю читать так, чтобы мне никто не мешал.

28 сент. 2007 Электронная версия газеты "Владивосток" №2217 от 28 сент. 2007
8f3eeff2be3ccfa686ad0d2454fee267.jpg

Начало в номерах за 14 и 21 сентября


Светлана Мастеркова, олимпийская чемпионка:
- Я люблю читать, я читака. Недавно разговаривала со своей подружкой Аллой Довлатовой, и мы вдруг обе, в унисон, сказали: как же мы соскучились по чтению, как изголодались. Если я куда-то еду, беру книги с собой, люблю читать так, чтобы мне никто не мешал. Не люблю, кстати, брать книгу на «почитать на ночь». Нет, чтение должно быть с расстановкой, со смыслом, чтобы можно было возвратиться к главе, перелистать ее снова… Любимый автор – Мураками.

Мой ребенок сейчас читает «Войну и мир» Толстого. С моей подачи. Я ей сказала – хватит отдыхать, пора начать работать, дать труд мозгам. Представь, сказала я, в компании друзей, людей, с которыми тебе интересно, кто-то вдруг говорит о высоком, о серьезном, а ты и сказать ничего не можешь. Обидно? Так вот сядь и почитай Толстого.

Конечно, некоторые моменты в книге ей приходится объяснять и переводить, в буквальном смысле – поясняя значение слов, которые уже ушли из нашего языка, из жизни.

Знаете, дочь несколько лет назад меня спросила: что такое Ленин? Это тоже выпало из нашей жизни… Пришлось объяснять. Потом возникли вопросы о Сталине, Марксе, Энгельсе. Как рассказать о таком? Долго искала слова, прежде чем смогла объяснить…

Поэтому дети должны читать, чтобы от сказки про Машу и медведей входить в новый мир, в современный мир…


Владимир Вишневский:
- Большая удача в моей жизни, что я родился и живу в Москве. Без этого города не могу прожить и трех дней, тоскую. Хотя опыт горожанина бывает разный: недавно заехал в ночной книжный магазин, чтобы посмотреть, как продаются мои книги, кому-то дал автограф, вышел, а машину убрали эвакуатором. Ну что ж, родились стихи: «Тот понял смысл и горечь бытия, тот зрел по жизни в статусе мужчины, кто пережил на родине, как я, одну эвакуацию машины!». Да, вот из такого сора…

Окончание следует