Нюша, путешествия, мачо и арабы

Путешествий в жизни Нюши было много. В основном - от дома до Шаморы. На более далекие перемещения денег не было, поэтому на расспросы подруг, где она была, Нюша отвечала всегда одинаково, что боится путешествий.

27 апр. 2007 Электронная версия газеты "Владивосток" №2136 от 27 апр. 2007

Путешествий в жизни Нюши было много. В основном - от дома до Шаморы. На более далекие перемещения денег не было, поэтому на расспросы подруг, где она была, Нюша отвечала всегда одинаково, что боится путешествий.

На самом деле тур-трипы ее привлекали и одновременно настораживали. Когда несколько лет назад лучшая подруга (по совместительству – соседка) поехала отдыхать в Турцию, Нюша заказала себе очень много гостинцев. Это были и именные сумки-кошельки-ремни, и украшения с известными надписями. Вернулась соседка через месяц, а Нюша, увидев подарки, прыгала от радости почти до потолка. Оно и понятно: теперь около полугода можно не бояться, что ты пойдешь на рынок за китайскими товарами, все купишь, а на самом выходе уже случайно встретишь знакомого или знакомую, которая и задаст ненавистный вопрос: «А зачем это тебе, Сидорчикова, столько сумок «Луи Вьютон» и «Дольче Габбана?»

Второй случай, связанный с путешествиями, знал почти весь дом, где жила Нюша. Соседка Галя, женщина просто невероятной красоты (рост - около 160 см, вес – 100 кг), обладательница чисто белых волос и синих, до прозрачности, глаз), жившая с мужем и ребенком более десяти лет, поехала в одну из арабских стран. Деньги у соседки были, поскольку она владела сетью магазинов одежды для сильно упитанных людей. Вернулась она домой, будучи уже сильно в интересном положении. Отцом будущего ребенка она называла одного горячего директора магазина элитных мехов. А когда родилась девочка, то ей дали исконно славянское имя Зухра. Муж Галю понял и простил, поскольку в их семейном тандеме он что-то вроде домохозяйки. А жена работает.

Третий случай произошел с Нюшиной подругой в США. Подруга Лера бы видной, чего стоит только факт наличия у нее груди седьмого размера. Это делало ее заметной, особенно на пляже. Лера познакомилась в самолете с темпераментным выходцем из Латинской Америки, и первый же вечер они провели у нее в номере гостиницы. До утра. С завтраком из шампанского, клубники и ананасов. Мачо был нежен и обходителен. После четвертой ночи, проведенной вместе, Лера уже звонила Сидорчиковой и шепотом спрашивала, стоит ли ей выходить замуж в Лас-Вегасе или все-таки заманить мачо в Россию. Той же ночью Лера набралась смелости и полушепотом спросила мачо, возьмет ли он ее в жены. Латинос загрустил. Закашлялся. И, одевшись буквально за несколько секунд, сказал, что ему надо прогуляться. Больше его Лера не видела. После этого она винила во всем Америку и клялась, что больше туда ни ногой.

И как после таких историй Нюша могла хотеть за границу? Туда, где от роскошных (по ее мнению) женщин убегают, где беременных бросают? «Нет уж, - сказала Нюша сама себе. - Лучше я буду каждый день с Луговой до Шаморы на машине ездить и всем говорить, что люблю Владивосток. А то поедешь за бугор, там тебя соблазнят, влюбят в себя, а потом пошлют, глубоко использованную… Ни за что!».

(Просто Нюша еще не знала, какой подарок ей приготовили родители на годовщину собственной свадьбы.)

Все совпадения имен, фамилий и географических названий случайны. Продолжение следует…