Как госрезерв “пролетел” на крыльях “Владивостокавиа”

Одна из функций государственного резерва России состоит в том, чтобы в случае чрезвычайных ситуаций приходить на помощь предприятиям, когда у них возникают проблемы материально-технического снабжения, способные вызвать осложнения в народном хозяйстве или социальной сфере регионов страны. Но нередко спасаемые тянут на дно самих спасателей. Пример тому из практики Дальневосточного территориального управления госрезерва РФ.

20 авг. 1997 Электронная версия газеты "Владивосток" №202 от 20 авг. 1997

Одна из функций государственного резерва России состоит в том, чтобы в случае чрезвычайных ситуаций приходить на помощь предприятиям, когда у них возникают проблемы материально-технического снабжения, способные вызвать осложнения в народном хозяйстве или социальной сфере регионов страны. Но нередко спасаемые тянут на дно самих спасателей. Пример тому из практики Дальневосточного территориального управления госрезерва РФ.

Весной 1995 года из-за отсутствия топлива в критической ситуации оказалось акционерное общество “Владивостокавиа”. Для Приморья, отрезанного от западных районов страны огромными расстояниями, это грозило значительным сокращением числа авиарейсов, да и во внутренних авиаперевозках необходимость не отпала. И тогда бывший вице-губернатор края, он же председатель комиссии по ЧС, Игорь Лебединец обратился в комитет РФ по государственным резервам за помощью. Из Москвы в адрес ДВ управления госрезерва поступило распоряжение о заключении договора о временном заимствовании авиакомпанией 15 тысяч тонн керосина.

Однако в тот же момент была опубликована новая редакция закона РФ “О государственном материальном резерве”. В нем есть пункт, запрещающий заключать договоры займа с предприятиями, имеющими долг за ранее взятые ценности. Акционерное общество такой давний долг перед государством уже имело - около 14 тысяч тонн авиационного керосина. И тогда, как говорят нынешние руководители территориального управления госрезерва, за столом переговоров они, представители краевой администрации и авиаторов решают: госрезерв заключает договор с АОЗТ “ЛЛ-Маркет”, по которому дает ему взаймы топливо. В свою очередь “ЛЛ-Маркет” заключает договор с АО “Владивостокавиа” и передает топливо ему.

Ничего незаконного в том не было. Ибо по гражданскому законодательству сделки между госпредприятием и коммерческими организациями допускаются. Более того, в нынешней ситуации иных партнеров, кроме коммерческих, госрезерву практически не найти.

Таким образом “Владивостокавиа” топливо получило, и стоит особо подчеркнуть - получало оно его само с базы госрезерва. “ЛЛ-Маркет” был лишь посредником. В дальнейшем произошли события, которые обратили ДВ управление госрезерва в потерпевшую сторону. Между АОЗТ “ЛЛ-Маркет” и АО “Владивосток-авиа” был заключен договор купли-продажи этого самого топлива. Почему именно такой договор, а не какой-либо иной, например передачи в заем с выплатой процента за посредничество, - это дело двух договаривающихся сторон. Никто авиаторов в эти сети не тащил. Ситуацию они представляли ясно: ибо и о своем прежнем долге помнили, и откуда керосин брали - ведали, и что собой представляет партнер - как люди опытные - должны были знать. Более того, на первых порах “Владивостокавиа” даже помаленьку стало возвращать долг “ЛЛ-Маркету” - 2300 тонн керосина и часть средств в виде авиауслуг - всего на сумму 7 млрд. рублей.

Но спустя год, когда миновали все сроки возврата долга, следует необыкновенный вираж. Цитируем исковое заявление Дальневосточной транспортной прокуратуры (г. Хабаровск) в арбитражный суд Приморского края: “АО “Владивостокавиа” узнало об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, только с 23.02.96”. Что же это за обстоятельства такие? Еще строки из искового заявления: “... в нарушение своих должностных обязанностей (бывший начальник ДВ управления госрезерва А. Боготоп. - прим. автора) сокрыл от командования АО “Владивостокавиа” решение о выделенном им правильном кредите на топливо, не поставил их в известность об этом, не заключил с авиапредприятием договор...” Но позвольте, а как понимать обращение в комиссию по ЧС, где все подробно обсуждалось? И как может прокурор настаивать на заключении прямого договора госрезерва и авиаторов, если в 13-й статье, пункт 6, закона РФ “О госматрезерве” такие договоры до возврата прежних долгов заключать запрещено? Пафос искового заявления сводится к одной фразе: “Законом не предусмотрен выпуск материальных ценностей из госрезерва... коммерческим структурам с целью получения ими прибыли”. Но разве госрезерв хоть какой-то строкой своего договора упомянул о прибыли?

Не берусь судить, возможно, в порядке надзора прокуратура имеет право опротестовать договор между “ЛЛ-Маркет” и “Владивостокавиа”. Ведь именно здесь совершена купля-продажа, извлечена или не извлечена прибыль. Госрезерв же, как и потребовали от него обстоятельства, пришел на помощь.

Надо сказать, что еще раньше ДВ управление госрезерва выиграло в арбитражном суде иск к “ЛЛ-Маркет” - более 20,5 млрд. рублей. В свою очередь “ЛЛ-Маркет” выигрывает в том же суде иск к “Владивостокавиа” и, пройдя апелляционную инстанцию, требует исполнения решения суда. Стоит заметить, что уже само рассмотрение обоих исков в суде служит косвенным признанием законности заключенных ранее договоров... Надо исполнять решение суда, а это было чревато продажей части имущества авиакомпании с торгов. И тут на помощь приходит Дальневосточная региональная транспортная прокуратура, дислоцированная в Хабаровске. Интересный вопрос - кому на помощь?

Исковое заявление, поддержанное в Приморском арбитражном суде “в защиту государственных и общественных интересов, в интересах Дальневосточного территориального управления комитета РФ по госрезервам”, привело к тому, что с признанием названных выше договоров недействительными долг еще раз повис в воздухе. Очередная отсрочка (вспомним, что не до конца погашен и прежний долг авиаторов) истекла 1 июля 1997 года. Если бы не было этой “отмены” договоров, ДВ управление госрезерва имело бы право требовать с “ЛЛ-Маркет” не только возврата топлива, но и 100-процентный штраф, да еще пеню за каждый месяц просрочки. А так по новому решению арбитражного суда стороны должны быть возвращены в первоначальное состояние. И только.

Каким образом возвращены? Откуда у “Маркета” керосин, если у него даже солидного имущества нет, которое можно было бы выставить на торги? Как ни крути, а долг в первую очередь надо требовать с “Владивостокавиа”. Юрист ДВ управления госрезерва Александр Ефимов говорит: “Не просили мы прокуратуру выступать в нашу защиту с исковым заявлением. Оно вступает в противоречие с экономическими интересами госрезерва и навредило нам”.

Неужели госрезерв “пролетел”? Руководство управления госрезерва пишет письма во все инстанции, в том числе в Генпрокуратуру РФ, и. о. представителя президента в Приморье Виктору Кондратову. Мы ведь предприятие государственное, говорят они, у нас другой “крыши” нет... Заместителя начальника территориального управления Сергея Курганова спрашиваю: “Ну а если к вам обратятся за помощью снова? Те же авиаторы?” “Мы люди государевы, - отвечает он. - Прикажет высокое начальство - отдадим”.

А что будет дальше? Дальше - читайте эти заметки сначала...