Свет тишины

4 августа в галерее "Портмэй" открывается персональная выставка живописи и графики художника из Магадана Константина Кузьминых "Свет тишины".

29 июль 2005 Электронная версия газеты "Владивосток" №1792 от 29 июль 2005

4 августа в галерее "Портмэй" открывается персональная выставка живописи и графики художника из Магадана Константина Кузьминых "Свет тишины".

Как пишет искусствовед Виталий Кандыба, "творческий путь Константина Кузьминых начался в середине 1980-х годов, на излете советской художественной жизни. То есть в условиях невиданной доселе альтернативности в выборе этого пути. В такой обстановке прошла волна молодежных выставок, одна из которых запомнилась девизом "Другое искусство", ставшим лозунгом дня. Константин Кузьминых в Дальневосточном регионе стал одним из первых и ярких представителей новорожденного "другого искусства". За этим определением стояло насквозь субъективное творчество самовыражения: "Я так вижу, я так чувствую, я так представляю".

Кузьминых неинтересно быть реалистом, отображающим природу в многогранной полноте своего бытия. Чувственной сочности натуры он без сожаления предпочел знаковость предмета; индивидуальности конкретной вещи - ее типовую обобщенность. Он создание холстов превратил из живо-писания в своего рода иконописание, то есть в искусство переиначивать трехмерно-объемные образы мира сего в их двухмерные иероглифы, в символы на плоскости".

Вниманию владивостокского зрителя будет представлено несколько рядов холстов. "В первый входят как бы вообще несвойственные кисти Кузьминых три подлинно реалистических портрета, - пишет Виталий Кандыба. - Замечательное их качество - сосредоточенность автора на внутренней мелодии душевного настроения портретируемых женщин. Человек в них является как самоценная личность, единственная в своем роде на земле. Это веяние гуманистического отношения к человеку дошло до нас из далекого двадцатилетнего далека, судя по датам написания, - аж с середины 1980-х годов. Реализм и Кузьминых затем оказались несовместимыми.

Второй ряд "выпадающих" работ из русла привычных для Кузьминых составили два живописных бриллианта, два завораживающих пейзажа: "Утро" и "Окно в Магадане". Надо знать Магадан, пожить в нем в пору белых ночей, чтобы почувствовать их ни с чем не сравнимую мистику. Рядом с ними белые ночи Петербурга просто зрелище в красивых декорациях для туристического любования. Бескомпромиссный субъективист Кузьминых смог воспарить до подлинных высот лиризма и поэзии, доступных восприятию и взволнованному переживанию не только гурманов от искусства, но и широкой зрительской массы. Будто невзначай художника осенило чувство сыновьей любви к родному городу. В полотнах сказано о жизни и для нас, а не о себе и для себя как обычно. Причем выясняется, что привычная для Константина Кузьминых исполнительская манера нисколько не препятствует ему быть и артистом кисти, и объективным живописцем, которому закономерности натуры ничуть не в тягость".