Вольный город Суйфэньхэ

Курица не птица, Суйфэньхэ – Сунька, как то ли ласково, то ли с оттенком презрения называют ее «шопники», - не заграница, в Приморье всем это известно. Ближайший к нам китайский приграничный город, мекка оптовых торговцев, ну кто там хоть раз в жизни не был? Что тут смотреть, на что дивиться?

3 июнь 2005 Электронная версия газеты "Владивосток" №1762 от 3 июнь 2005

Лощеный, но только внешне

Курица не птица, Суйфэньхэ – Сунька, как то ли ласково, то ли с оттенком презрения называют ее «шопники», - не заграница, в Приморье всем это известно. Ближайший к нам китайский приграничный город, мекка оптовых торговцев, ну кто там хоть раз в жизни не был? Что тут смотреть, на что дивиться?

Магазинчики, массажные салоны, ресторанчики – все в расчете на русского корефана с кошельком. Любая куня в мелкой лавчонке в состоянии отчетливо произнести: «Заходи, подруга, смотри, чего надо...». Что нового можно сказать об этом вдоль и поперек исхоженном русскими – во всяком случае, в торговом районе – городке?

А вы знаете, что в Суйфэньхэ почти нет деревьев? Наша делегация, в составе которой был и корреспондент «В» , приняла участие в посадке аллеи памяти – молодые березки и елочки, даст бог, зазеленеют среди монолитных домов и бетонных дорожек. А вот естественных парков, скверов с лесом, что когда-то шумел на месте города, нет. Почему? Утилитарное, свойственное новым поколениям китайцев отношение к природе сказывается. Съесть, переработать, использовать…

Грязные, покрытые слоем сажи улочки Суйфэньхэ – те, что чуть дальше от набитых «шопниками» гостиниц, - либо залиты бетоном, либо разрыты до основания. Сюда редко заглядывают туристы, здесь идет совсем другая – возможно, настоящая жизнь. Отапливается Сунька углем. Кочегарками – современные пятиэтажки и печками – полукирпичные фанзы. Поэтому в городе грязный воздух и кожа на лице к вечеру, например, имеет заметный черноватый оттенок. Если дождь – бегущая по улицам вода так сильно пахнет нечистотами, что это невозможно не заметить.

Домов типа наших хрущевок в городе нет. И не потому, что строительство началось сравнительно недавно, когда в провинцию потекли российские деньги. Все дело в том, что дома эксплуатируются примерно 10 лет, а потом сносятся. До основания. И на этом месте строят новый дом. Более красивый, современный, но также с недолгой жизнью. Таким образом и строители имеют работу, и рабочие, делающие цемент, например, и деньги осваиваются, и на ремонт можно не тратиться. Кстати, все дома не панельные, а монолитные.

Такси в Суйфэньхэ очень много, причем таксисты не кучкуются группами у вокзалов или гостиниц, а бесперечь колесят по городу, машешь рукой хоть где – на любом перекрестке, при любом движении, из любой полосы – подъедет. 3 юаня - для китайцев в любой конец города, для русских - 5 юаней. Ночью цены вдвойне. Машины - с резиной лысой, как коленка, на ней же и зимой ездят… Правил движения практически нет. Главное – гудеть погромче да полагаться на интуицию. Так и разъезжаются. А русские водители туристических автобусов, уж, казалось бы, привычные ко всему, просто за голову хватаются и ездят в основном по принципу: всех пропускать.

Административно-деловой центр Суйфэньхэ внешне очень лощеный, едва ли не европейский. Но стоит сделать шаг от музея, стоящего в нескольких метрах от здания правительства города, как словно из другого мира появляется заброшенный в связи с малой прибылью детский парк – заросший травой, с проржавевшими, покореженными аттракционами. И куча мусора на месте когда-то процветавшего бассейна...

Кучи наплеванной семечковой шелухи, ведра с грязной водой – это почти обязательный атрибут любой лавчонки, любого «бутика». К вечеру придет уборщица и все это почистит. Рядом обнаружится мисочка с малопонятной внешне едой, а сама куня вполне может сидеть с намазанной перекисью головой, которая потом споласкивается в то же ведро – китаянки старательно обесцвечиваются, модно быть блондинкой, хотя в итоге они получаются не белыми, а грязно-рыжеватыми – ну трудно вывести пигмент из смоляно-черных жестких волос.

Суйфэньхэ – очень странный, почти нереальный город, собравший в себе восточный базар, куски России, почти советскую систему управления, криминал периода перестройки… Может быть, поэтому он такой – разный, неприметный и яркий одновременно? И такой привычный…