Как грызут гранит за рубежом, или В тридевятое царство за знаниями

В наше время обучение за рубежом перестало быть чем-то особенным. Чем же так притягательно заграничное образование? Отличается ли оно в корне от нашего? Об этом с вашим корреспондентом говорили ребята, на себе испытавшие все трудности и прелести студенческой жизни вдали от дома.

14 янв. 2005 Электронная версия газеты "Владивосток" №1687 от 14 янв. 2005

В наше время обучение за рубежом перестало быть чем-то особенным. Чем же так притягательно заграничное  образование? Отличается ли оно в корне от нашего? Об этом с вашим корреспондентом говорили ребята, на себе испытавшие все трудности и прелести студенческой жизни вдали от дома. 

Скучали по колбасе

- Я проучилась в Китае, в Харбине, в общей сложности два с половиной года, - рассказывает Марина Сафонова, четверокурсница Дальрыбвтуза. - Не скажу, что мне было легко. Я чувствовала себя одинокой – чужая страна, практически незнакомый язык. Адаптироваться было сложно. Первый год мы ударно зубрили китайский язык. Хочешь не хочешь, но на улицах и в общественных местах общаться как-то надо. Со второго года обучения к занятиям китайским языком добавились профильные предметы.

Китайские студенческие общежития не сильно отличаются от наших. Конечно, отремонтированы они лучше, но никаких излишеств в них нет. Мы жили по шесть человек в одной комнате. На каждом этаже душевая и туалет. Китайские студенты, кстати, все живут в общежитиях, у них принято на время обучения покидать родительский дом. Они более целеустремленны и дисциплинированны, нежели их русские сверстники. Для них устроить праздник в общежитии, плавно перерастающий в шумную попойку,  – нонсенс. Так что о студенческих безбашенных  “общаговских” буднях в Харбине мы и не думали. Но все-таки развлечения себе находили: плавали в бассейнах, ходили в кинотеатры, по выходным обязательно посещали дискотеки, часами просиживали в Интернет-кафе. И еще очень скучали по сливочному маслу, манной каше, гречке, свекле, кефиру, колбасе. Больше всего в Китае меня шокировало отношение взрослых китайцев к русским девушкам. Почему-то им казалось, что мы через одну проститутки. А китаянки удивлялись нашему страстному желанию загорать.

Сейчас я вспоминаю эти два с половиной года как сказку, хотя и не могу категорично сказать, что там учиться лучше. За это время я стала самостоятельной, ответственной.

Пьют, как корейцы…

Светлана Данилова - будущий специалист в области международных отношений. Совсем недавно она вернулась домой из южнокорейского города Ульсана, где четыре месяца постигала дипломатические науки.

- Для меня главной целью поездки было изучение корейского языка в среде его носителей. Несмотря на то, что три года зубрила язык в университете, в Ульсане поняла, как много прорех в моем корейском. Пришлось много работать.

Что поразило? Студенческий городок. На его территории были расположены учебные корпуса, столовая, общежития, спортзал, Интернет, зимний сад, библиотека. Об общежитиях стоит сказать отдельно. Они как маленькие гостиницы. Мы жили по два человека в комнате. В коридорах стоят телевизоры. На этаж целых четыре душа, причем всегда чисто вымытых, на стенах зеркала.

Вот уж от чего мы морщились, так это от столовой. Каждый день одно и то же: рис утром, в обед и вечером. Только утром к рису подавалось молоко, а в обед и вечером котлета. Приходилось самим ходить по магазинам за продуктами или питаться в кафе.

Корейская молодежь, отдыхая, очень много пьет. Нас это поразило. Возвращаться в общежитие к 5 утра пьяными для местных студентов было почти нормой. Зато корейские девушки не курят.   

Широкая улыбка Америки

Максим Горшков учится в Америке, в Северной Каролине, со старших классов школы, сейчас он на втором курсе колледжа. Осваивает сразу две специальности – бизнес-администратора  и интернациональный бизнес. Домой приезжает лишь на каникулы.

- Поначалу я очень тосковал по дому. Но сейчас привык, дружу с немцами, турками, японцами, англичанами. Интересная, необычная молодежь приезжает из стран Южной Америки. Мне нравится, что в США всех считают своими.

Бытовые условия здесь просто шикарные. Я живу один в комнате, и в ней есть все, о чем только может мечтать русский студент – телевизор, DVD, холодильник, ноутбук, туалет и ванна. Здесь даже нельзя представить, что воду могут отключить.

В столовой всегда шведский стол с огромным выбором еды и десертов. Американцы на самом деле очень любят гамбургеры, жареную картошку, чипсы, хот-доги, поп-корн.

Учиться проще, чем в России. Целый семестр мы просто посещаем лекции, потом нам дается один день на подготовку к экзаменам, и начинается неделя сдач. Экзамены легкие, многие к ним не готовятся. Некоторые предметы нам разрешают вовсе не сдавать. В первый год нам дают список предметов, которые нужно пройти за время учебы. И студенты сами решают, когда им начать изучать тот или иной предмет. Два раза в неделю лекции идут по полтора часа, в остальные дни по 50 минут. В день не больше трех лекций. Преподаватель не имеет права вслух оглашать оценки студентов.

Поколения next в Штатах и в России абсолютно разные. Молодые американцы - простые ребята. Американки, живущие в общежитии, даже  на утренний экзамен могут прийти в пижаме и тапочках, потому что удобно!

Ну и конечно, они постоянно улыбаются и интересуются твоими делами. Но как бы здесь ни было хорошо, я хочу домой. Я никогда не смогу широко улыбаться каждому встречному, я не смогу ужинать бургерами. Свою будущую жизнь я ассоциирую только с Россией.

Япония - загадка без ответа

Целый месяц посчастливилось Татьяне Сиваковой изучать японский язык в городе Хакодате.

- Я никогда и предположить не могла, что учеба может доставлять столько удовольствия, - рассказывает Татьяна. - Японию нельзя постичь по книжкам и фильмам. Даже в конце учебного месяца мы, шестеро русских студентов, уже довольно бойко разговаривающих по-японски, нередко ощущали себя инопланетными гостями. Чего только стоил наш переезд с одного японского острова на другой в подводном поезде!

Первое время мы жили в японских семьях. К нам относились как к очень дорогим гостям. Мне выделили отдельную комнату, каждое утро подвозили к школе, интересовались предпочтениями в еде.

Позже нашу группу поселили в небольшой гостинице - по два человека в комнатах с телевизором, ванной и туалетом. Столовая находилась тут же. И было здорово, что на завтрак нас кормили европейской пищей. Ведь постоянно есть полусырые рыбные блюда не совсем привычно.

Японский язык мы постигали в Русской школе, где японцы изучают наш великий и могучий. Причем занятия в этом образовательном учреждении являются для японцев чем-то вроде хобби. Наряду со студентами там учатся люди и довольно зрелого возраста. Среди них встречаются настоящие фанаты России – они всюду таскают с собой словари и по-настоящему радуются общению с русскими.

Меня поразила одна особенность японских студентов – они никогда не списывают и не подсказывают друг другу. Для них это дико и неприемлемо. И если кто-то что-то не знает, он никогда не будет спрашивать у соседа по парте. Преподаватели на контрольных спокойно покидают аудиторию, и студенты не поднимают гвалт, не бегают от парты к парте, не достают “шпоры”. У них и шпаргалок-то не существует.

Также в образовательных учреждениях Японии не приветствуется быть не таким, как все. Все попытки выделиться из толпы подавляются. Вплоть до того, что у них нельзя показывать высокую успеваемость по какому-то одному предмету. Все должно быть ровно. Поговаривают, что именно из-за этого у них так высок процент самоубийств в подростковой среде.

Интерактивная старушка

С февраля по май прошлого года Александр Дашутин закреплял знания в области международных отношений в далекой Венгрии, в  Будапеште.

- Честно сказать, я до сих пор не могу осознать, что ездил туда учиться. Мне все время казалось, что я вдруг чудом оказался на отдыхе в Артеке, - вспоминает Саша, - в общежитии царила атмосфера затянувшейся многонациональной студенческой тусовки.

Было сложно. Мы привыкли расслабляться в течение семестра и копить силы на сдачу сессии. Здесь же необходимо было постоянно быть в напряжении – ежедневно раздавались различные задания, групповые проекты, маленькие научные работы. Предметы читались на английском, французском и немецком языках. Расписание каждый студент составлял себе сам. Общаться с преподавателями можно было не только в аудиториях, но и, например, встретиться с ними в чате, перекинуться электронными письмами, SMS.

В общежитии я немного научился готовить. Еда в студенческой столовой мне не понравилась, приходилось закупать продукты и стряпать. Одно не радовало - кухня была одна на этаж, порой там бывало не совсем чисто и прибрано. А еще мне стало очевидно, что все-таки мы, русские, абсолютно не мобильны по сравнению со многими иностранцами. Они уже давно не считают путешествие событием года.  Сегодня ты дома, завтра уехал учиться, в ближайшие годы будешь колесить от друзей к друзьям. У нас же везде проблемы - визы, визы, визы…

В Европе никто не смотрит на бренд, и вообще к одежде относятся как к тряпкам, которые дают возможность выражать свою индивидуальность. А в той же Москве ярлык на наряде способен повысить или понизить статус человека. Если у тебя свитер не из последней коллекции, тебя могут не пропустить в клуб. В Европе я не могу представить такую ситуацию. Когда я рассказывал о российских фейс-контролях, мне говорили: “No! You must be joking!”.

Все было даже лучше, чем я ожидал. И самое главное – сколько было красивых межнациональных романов. Молодость, гормоны, свобода – любви все этносы покорны, без комментариев!