Новая избирательная система и партии

Важнейший элемент предложенной В. В. Путиным политической реформы - переход к выборам в Государственную думу исключительно по партийным спискам.

18 нояб. 2004 Электронная версия газеты "Владивосток" №1658 от 18 нояб. 2004

Новая избирательная система и партии

Важнейший элемент предложенной В. В. Путиным политической реформы - переход к выборам в Государственную думу исключительно по партийным спискам.

Какие вообще существуют избирательные системы, и в чем же состоит замысел президента России, для чего весь огород городить?

Бывают системы мажоритарные, когда страна разбивается на множество территориальных округов, где кандидат-победитель, получивший большинство, определяется по итогам голосования в один или два тура. Бывают - пропорциональные, при которых вся страна представляет собой один или несколько избирательных округов. Каждая партия составляет список кандидатов, и выявленная доля ее сторонников определяет число депутатов данной партии в парламенте. Наконец, наименее распространенными являются т. н. смешанные и переходные избирательные системы, как, например, существующая у нас. С 1993 г. мы избираем половину думы по пропорциональной системе, а половину - в территориальных избирательных округах по мажоритарному принципу.

Старшее поколение российских граждан может стать обладателем уникального опыта практического участия в выборах по всем известным системам. В советское время при полном господстве одной партии и одной идеологии выборы были частью формальной демократической парламентской системы, основанной на мажоритарных принципах. Верховный Совет СССР формировался из кандидатов, получивших относительное большинство в одномандатных округах. Другое дело, что кандидат всегда был один, представлял нерушимый блок коммунистов и беспартийных и получал не менее 99 процентов всех голосов. С 1990 по 1993 год мы имели уникальную конструкцию Съезда народных депутатов и Верховного Совета, когда часть депутатов избиралась по сословно-корпоративному принципу, а другая часть - все в тех же округах по мажоритарной системе. На деле же это было противостояние между нарождавшимися принципами президентской республики и системой Советов. Конфликт разрешился появлением ельцинской модели российской государственности. Одним из ее элементов и стала смешанная избирательная система.

После ряда избирательных циклов наступил «момент истины»: стало ясно, что в нашей политической системе нет крепкого партийного фундамента. Парламентаризм переживает явный кризис, не выполняет свою главную функцию - не формирует и не контролирует исполнительную власть. В таких условиях российские политические партии все больше утрачивали функцию обратной связи с обществом и железобетонной стеной были отделены от беспартийной исполнительной власти.

Между тем полноценные политические партии имеют большое значение для демократического развития любой страны. Уже со времен английской революции XVII века существовавшие и существующие демократии обязательно опирались на развитую систему партий. Они представляют собой уникальный механизм связи власти и общества, способный аккумулировать общественные интересы, выражать их в политических программах и мобилизовать общество на перевод этих программ в реальные дела. Только партии могут обеспечить механизм общественной конкуренции и узаконивание власти большинства.

А сколько партий будет представлено в парламенте, какими они окажутся и как будут взаимодействовать с исполнительной властью, предопределяет избирательная система.

Пропорциональная система выборов в парламент хорошо апробирована, в той или иной форме она используется в большинстве европейских стран (за исключением Франции, Великобритании). Она способствует максимальному представительству меньшинств (минимальное количество голосов избирателей оказывается «потерянным») и предусматривает самую простую процедуру голосования. Кроме того, голосование только за партийные списки оптимально для самого института партий, так как заставляет любого кандидата неизбежно связывать себя с одной из них.

Во многих странах с пропорциональной системой используется т. н. отсекающий барьер. Этот ценз составляет в Дании - 2 процента, в Швеции - 4 процента, в Германии - 5 процентов. Как показывает практика, при введении такого рода цензов в пропорциональных системах около 10 процентов голосов избирателей «теряется». Зато парламент избавляется от многочисленных «диванных партий», что мы уже проходили в России в 90-х гг.

Предлагаемая Центризбиркомом композиция партийного списка из трех кандидатур в т. н. федеральной головке и разбивка его не менее чем на 72 территориальные группы в сочетании с расширенными полномочиями региональных организаций партий по выдвижению кандидатур, с одной стороны, позволит представить в партийном списке все многообразие избирательного корпуса России. С другой стороны, такой подход предотвратит появление в парламенте политических группировок, построенных на узкокорпоративных, строго этнических, религиозных и других основаниях.

Систему составления партсписков, возможно, еще придется «шлифовать». Неизбежны дебаты о пороговой величине: 7 процентов, как сейчас значится в законе, или 5 процентов, как это было с 1993 года.

Но основа для появления более зрелой политической системы из сложившихся, территориально и организационно разветвленных, охватывающих все группы населения партий будет создана. Введение пропорциональной системы заставит политические партии отразить интересы основных общественных настроений с помощью ясных программ.

Складывание новой партийной системы на таких основаниях неизбежно приведет к большей «партийности», а значит, к подотчетности и ответственности власти.