Будничные истории… с войны

Война во все времена – тяжелое испытание для людей, потому что она устроена против природы человеческой. Но жизнь и здесь берет свое. Сегодня мы хотим рассказать вам несколько бытовых историй с театра военных действий русско-японской войны 1904-1905 гг.

28 сент. 2004 Электронная версия газеты "Владивосток" №1629 от 28 сент. 2004

Война во все времена – тяжелое испытание для людей, потому что она устроена против природы человеческой. Но жизнь и здесь берет свое. Сегодня мы хотим рассказать вам несколько бытовых историй с театра военных действий русско-японской войны 1904-1905 гг.

КУЛАЧНЫЙ БОЙ НА РЕКЕ ШАХЭ

Отец Митрофан Сребрянский в своем «Дневнике полкового священника» вспоминал: «Между двумя противоборствующими армиями оказалась водная преграда, река Шахэ, которая являлась для обеих сторон и источником чистой питьевой воды. Но любому, кто решался подойти к реке, грозила опасность – неминуемая смерть от пуль противника. Вот в одном месте как-то условились: дадут сигнал наши, японцы ответят – и идут наш и японец без оружия с ведрами за водой, отдадут друг другу честь и расходятся по своим позициям; стрельбы не производится. Несколько раз так делали, все шло хорошо, но однажды не стерпела русская душа и давай ругать японца, а тот немного по-русски понимал и оскорбился, стал отвечать. Русский кричит: «Давай на кулачки!» Тот согласился; река мелкая, живо один перескочил, и пошло дело – и кулаками и ведрами. А с позиций на это противоборство обе армии любуются...».

Или вот еще один пример своеобразного «стрелкового шоу» из тех же мест. Во время противостояния на реке Шахэ в 1904 году русские и японские войска находились в таком плотном соприкосновении друг с другом, что днем ни те, ни другие не могли высунуть головы из окопов – сейчас же пуля! От скуки, может быть, от напряжения  стали развлекаться: каждый на своей стороне выставил чучело и открыли состязательную стрельбу. Если наш попадет, японцы фиксируют попадание поднятием белого флага, если нет – черной шапкой; такими же сигналами и наши отмечали японскую стрельбу.

Среди японцев многие говорили по-русски и частенько вечером кричали: «Русские, не стреляйте сегодня ночью, и мы не будем. Давайте поспим!». А утром здоровались.

Вопреки навязанному прессой мнению, что русская армия терпела поражение за поражением и бесславно отступала, будучи битой, многие участники боев под Ляояном, на реке Шахэ, под Мукденом в своих письмах на родину утверждали обратное: «Да, ...мы уступили несколько верст передовых позиций, отбили все атаки японцев, но ничего не отдали из крепко занятого нами... последние битвы были нашей нравственной победой. Недаром японцы кричат нам из окопов: «Русские! Долго ли вы еще будете мучить нас?».

ТРОГАТЕЛЬНАЯ ИСТОРИЯ ОТ ГАРИНА-МИХАЙЛОВСКОГО

В первый год войны в газете «Новости дня» было опубликовано удивительно трогательное сообщение собственного корреспондента Н. Гарина-Михайловского с театра военных действий в Маньчжурии.

«Во время одной из схваток под Гайджоу сцепились врукопашную японец и наш солдат. Их так и нашли обоих в бесчувственном состоянии, рядом. У японца оказалась пробитой голова лопатой, за которую, как за последнее оружие, ухватился русский солдат, а у солдата была порезана рука и сквозная рана пулей в грудь навылет». Оба воина были подобраны летучим санитарным отрядом и доставлены на перевязочный пункт, откуда их после оказания первой медицинской помощи направили в госпиталь.

В госпитале, оборудованном в железнодорожных вагонах, история эта получила продолжение. Взору корреспондента открылась такая картина. «Внизу на койке лежит без сознания или тяжело спит наш японец, а с верхней полки, наклонившись к японцу, отмахивает от него мух раненый солдатик. Оказывается, судьба опять свела их вместе здесь, в санитарном вагоне, в котором обоих отправляли в Харбин. Они узнали друг друга. Японец улыбнулся и теперь спит, а солдатик отгоняет от него мух...».

В свое время многие газеты страны и мира обошла такая фотография: поле битвы после боя. Японские солдаты ухаживают за русским: один поддерживает его, другой – дает закурить папиросу... Люди – везде люди, - констатирует корреспондент».

РУССКИХ ХОРОНИЛ ЯПОНСКИЙ СВЯЩЕННИК

В связи с высокими боевыми потерями в войсках в конце сентября - начале октября 1904 года в японской армии был создан отряд из 24 похоронных команд для погребения павших на полях сражений. Поскольку русские войска, по замыслу своих военачальников, постоянно отступали после крупных столкновений, а потому не успевали собрать всех своих раненых и убитых, то это приходилось делать японцам. Почему в штат отряда и был введен православный священник (японец) для захоронения русских солдат и офицеров.

НЕМЕЦКИЕ ОВЧАРКИ ПРИШЛИ К НАМ... С ВОЙНЫ

С началом войны российское посольство в Лондоне обратилось к признанному авторитету в области военной кинологии полковнику Э. Ричардсону с просьбой оказать помощь в обеспечении русской армии санитарными собаками. Ричардсон охотно откликнулся, и некоторое время спустя его воспитанники прибыли из Англии в Санкт-Петербург. Большинство из них были эрдельтерьерами.

В ходе войны в русской армии содержалось более тысячи дрессированных для различных навыков собак. Так, за год боевых действий собаки-связисты доставили более тысячи донесений. Четвероногие санитары спасли жизни многих раненых бойцов, не только разыскивая пострадавших, но и доставляя им аптечки. Лучшими розыскниками-санитарами в действующей армии считали шотландских овчарок (колли). Среди них особо прославилась Каро, которая обнаружила и спасла от смерти 37 солдат и офицеров.

Прежде всего собаки прекрасно справлялись со сторожевой службой, что особо высоко ценили защитники бастионов Порт-Артура, своевременно предупреждая наших солдат о ночных вылазках японцев.

Именно заказ военного ведомства в 1904 году становится причиной появления еще одной - новой для России породы собак – немецких овчарок, которые были закуплены первоначально в действующую армию для розыска раненых и доставки их с полей сражений. Но и здесь, как водится, не обошлось без курьезов... … Воспитатель этих собак, некто Лядов, уверял, что благодаря своему тонкому обонянию они могли отличать людей белой расы от людей желтой расы (?), поэтому собаки могли якобы выбирать из общей массы раненых только русских, не обращая внимания на японцев.

Насколько заверения дрессировщика соответствовали действительности, сейчас сказать сложно. До нас газеты донесли лишь тот факт, что собаки не знали русских команд, а понимали только немецкие.

Как бы там ни было, немецкие овчарки пришлись в России ко двору. Они дали начало новой породе, получившей позже признание специалистов, широко известной сейчас как восточноевропейская овчарка.

ХЛЕБ ПЕКЛИ ТОЛЬКО С ТМИНОМ

В 1905 году по линии медицинской службы в российской армии вышел приказ производить выпечку всего хлеба только с тмином. Как и все зонтичные, снижая газообразование в кишечнике, тмин спас жизнь не одному русскому солдату, раненому в живот, избавив от послеоперационных осложнений. Такими же свойствами обладают анис, фенхель и укроп.

И еще. Сегодня мало кто знает, что чайный гриб завезли в Россию бывшие русские военнопленные, участники русско-японской войны. Видимо, отсюда у него есть несколько названий: японский гриб, морской гриб, японская матка.