Когда-нибудь они вернутся, или Новые русские сюжеты

«Ты, мам, просто светишься вся, а папа как будто родился с мотыгой в руках. Только весь мир это уже давно прошел, эти модели с мотыгами да тачками. Другие времена на дворе, и модели другие. Родовое гнездо… Романтики вы у меня...».

10 сент. 2004 Электронная версия газеты "Владивосток" №1620 от 10 сент. 2004

«Ты, мам, просто светишься вся, а папа как будто родился с мотыгой в руках. Только весь мир это уже давно прошел, эти модели с мотыгами да тачками. Другие времена на дворе, и модели другие. Родовое гнездо… Романтики вы у меня...».

 «Шесть сопок» - так называется одна из повестей в литературном журнале «Дальний Восток» (№ 4, июль-август 2004 года, журнал выходит в Хабаровске). Наверное, повесть можно было бы считать вполне рядовой, если бы… Если бы не сюжет. Внешне его можно обозначить так: разработка дачного участка. Да, кто не помнит этого безумия изголодавшихся по земле горожан с синдромом хозяина и первопроходца, ринувшихся корчевать свои драгоценные сотки, пересыпанные тоннами камней! Между прочим, если взглянуть глубже, это кусок жизни целого поколения… На фоне которого в повести еще одна вечная тема – отношения в семье. 

Автор повести - Нонна Ознобихина, доцент, зав. кафедрой филологии Приморского института переподготовки и повышения квалификации работников образования.

- Не так давно проходил всероссийский творческий конкурс сценариев и прозы, который был объявлен одной из телекомпаний и издательством «Пальмира», - говорит Нонна Ахметовна. - Тема была сформулирована так: «Российский сюжет». Я следила за ним, и мне было интересно, что же считается российским сюжетом? Тем более условиями конкурса было оговорено: поменьше криминала, чернухи и насилия. Тем не менее в итоге премии в разных номинациях получили произведения с лихо закрученным, авантюрным или криминальным сюжетом, обязательно про успех в бизнесе, с сильными характерами, угрозами, опасностью. Мне очень хотелось бы, чтобы и мой сюжет тоже считался российским сюжетом. Без намека на криминал и карьерный успех. Потому что таково мое поколение со всеми своими утопиями и мелкими земледельческими авантюрами, которые не сравнить с авантюрами новых русских. Поместье, родовое гнездо, шесть сопок – только так называем мы нашу дачу, красивейшее место на берегу бухты Троицы. Это не огород, который нас кормит, а некий уголок в мире, где человек моего поколения, не слишком вписывающийся в современные скорости и систему ценностей, может сохранить чувство собственного достоинства. Почувствовать свою жизнь красивой. Прожить дни не обыденной жизни, а возвышенной. Обостренно чувствуя природу. Есть ведь обычное время, а есть вечное...

В повести дача (родовое гнездо, поместье) становится местом долгожданной, шумной встречи родителей-пенсионеров, многочисленных детей, внуков, родственников – бесконечно и щемяще любимых… И, увы, местом расставания. Здесь дети объявят о своих решениях, отсюда разъедутся – кто-то в Москву, кто-то в Европу, и навсегда увезут внуков.

«Ни думать, ни рассуждать, ни тем более представлять будущее без Ляли и Леськи не было никаких сил. Гармония ее мира непоправимо нарушалась – из него выпадала душа…».

- Нонна Ахметовна, ваша дочь тоже уехала с мужем-американцем, увезла вашего внука, и уже там родился сынок, другой ваш внук. Многое автобиографично?

- Да, ведь ситуации, когда часть семьи в одном конце планеты, часть в другом, стали обычными. И это тоже российский сюжет…

- В повести дети не приняли модель жизни своих родителей, уехали из родового гнезда…

- В действительности наши дети тоже скептически относились к идее идиллического жизнеустройства. Но я не теряю надежды, что когда-нибудь дети и внуки поймут: это то самое место, где можно встретиться и обрести жизненную опору. Где тебе всегда есть место, где ты можешь себя чувствовать счастливым и спокойным, обрести гармонию с миром, набраться энергии – и бежать себе дальше...

«Ты сказала – гнездовье. Это ведь то место, куда птицы возвращаются после дальних и трудных перелетов. И наши прилетят, вот увидишь...».