Следователь обвиняется во взятке

В последнее время коллегией по уголовным делам Приморского крайсуда были заслушаны два уголовных дела по обвинению во взятках. Обвиняемыми в обоих случаях были следователи прокуратуры Советского района и Спасского ГОВД. Похоже, что слова отца советских чекистов Феликса Дзержинского о “чистых руках, горячем сердце и холодной голове” стали сегодня историей...

19 июнь 1997 Электронная версия газеты "Владивосток" №159 от 19 июнь 1997

В последнее время коллегией по уголовным делам Приморского крайсуда были заслушаны два уголовных дела по обвинению во взятках. Обвиняемыми в обоих случаях были следователи прокуратуры Советского района и Спасского ГОВД. Похоже, что слова отца советских чекистов Феликса Дзержинского о “чистых руках, горячем сердце и холодной голове” стали сегодня историей...

Нет преступника - работаем по заявителю?

Следователь прокуратуры Советского района Владимир Чернышов решил просто: чистые руки, горячее сердце и холодная голова - это тоже товар...

“В. Чернышов заявил И. Пушкареву, что сможет оградить последнего от каких-либо неприятностей по уголовному делу в связи с убийством Кан Хюн Чоля, если Пушкарев окажет прокуратуре спонсорскую помощь (...) в размере 1000 американских долларов”.

Эта цитата из приговора суда дает весьма точную, но довольно скудную информацию о происшедшем. Так как же развивались события?

Убийство, о котором идет речь, произошло в декабре 1995 года. Первоначальная версия следствия о причастности к делу некой гражданки не подтвердилась, и необходимо было искать новые пути расследования. Разрабатывалась среди прочих и версия о причастности к данному делу сотрудников одной фирмы, однако решения проверить алиби Пушкарева руководство прокуратуры не принимало. Здесь заметим, что последний обнаружил вместе с другими свидетелями труп погибшего, сообщив, естественно, об этом в компетентные органы.

Чернышов решил пойти другим путем. В марте 1996 года он доверительно сообщил Пушкареву, что решено сделать его главным подозреваемым. Следователь также обещал принять меры, чтобы не допустить этого, однако за свои услуги потребовал деньги. В противном случае он обещал, что в период нахождения под стражей Пушкарева принудят к самооговору, а во время обыска могут подбросить последнему в квартиру компрометирующие его предметы. Спонсорская помощь прокуратуре, как сказал Чернышов, для покупки компьютеров должна была составить тысячу долларов.

Дабы показать серьезность своих намерений, следователь прокуратуры проводит обыск дома у Пушкарева. Интересно, что понятых в квартире в это время не было, и только вмешательство адвоката позволило остановить беззаконие.

Понимая, что у него вымогают взятку, Пушкарев вынужден был обратиться в ФСБ и записывать свои беседы со следователем на диктофон. Помеченные заранее купюры были переданы “защитнику интересов граждан” двумя частями: 600 в служебном кабинете и еще 400 у кинотеатра “Москва” во время назначенной встречи.

Следователь, однако, никаких компьютеров не покупал, а обменяв часть долларов, приобрел в тот же день для себя туфли и кожаную куртку (по тем временам вещи стоили 2 миллиона рублей).

В суде горе-следователь признал свою вину частично. По его словам, спонсорство ему предложил именно Пушкарев. Он же понимал, что “брать деньги незаконно, но почему-то согласился”. О возможном переводе Пушкарева из свидетелей в разряд обвиняемых сообщил ему доверительно, вовсе при этом не угрожая.

Однако показания свидетелей, потерпевшего, магнитофонные записи бесед со следователем, по мнению судебной коллегии, подтверждают вину Чернышова в вымогательстве взятки.

Итогом “оперативной работы” бывшего следователя прокуратуры Советского района стали 7 лет лишения свободы. У подсудимого еще есть возможность подать кассационную жалобу.

Подруге надо помогать?

Второе дело не закончилось вынесением приговора - оно было направлено на дополнительное расследование. Тем не менее многие моменты, инкриминируемые в обвинительном заключении старшему следователю ГОВД Спасска З., весьма показательны.

По версии следственных органов, разбиравшихся в деятельности З., в 1996 году она вела уголовное дело по обвинению Г. и попросила у жены подследственного 2 миллиона рублей якобы для адвоката (к слову, своей хорошей знакомой). После этого она обещала человека из приемника-распределителя освободить, а дело в отношении него прекратить. Когда следователю была передана сумма в 1,5 миллиона, именно это и произошло.

Расследуя другое уголовное дело, она купила у жены еще одного подследственного золотое кольцо за 210 тысяч рублей, хотя в ломбарде несколькими днями ранее оно было оценено в 550 тысяч.

Позже она потребовала еще 1,5 миллиона рублей - опять для передачи той же знакомой-адвокату. При этом следователь обещала переквалифицировать действия мужа с более серьезной на более мягкую статью УК РФ. Деньги были, по версии следствия, переданы З. в ее служебном кабинете.

В ходе судебного заседания обвиняемая свой вины не признала. Кольца никакого не получала. Что касается денег, то тут, по версии З., другая история. Допрашивая женщин, она советовала им обратиться за защитой к адвокату. Та несколько раз помогала ей, участвуя в процессах, на которых граждане не могли нанять себе защитника. Поэтому более-менее состоятельных клиентов она и посылала именно к своей подруге. Для себя же денег никаких не получала. Что касается освобождения одного из граждан из-под стражи, то сделано это было по указанию прокуратуры.

Тем не менее потерпевшие настаивают на своей версии случившегося. В данный момент по ходатайству государственного обвинителя, поддержанного еще некоторыми участниками процесса, дело передано на дополнительное расследование.

В ходе него предстоит уточнить классификацию некоторых статей обвинения, даты передачи денег, привести в порядок другие нормы УПК. Как будут развиваться события дальше - покажет время. Пока же освобождать З. с подпиской о невыезде суд счел безосновательным, учитывая тяжесть предъявленных обвинений.

Вместе с тем судом установлены грубые нарушения при заключении соглашений между адвокатом и ее клиентами, поскольку адвокат получала деньги из рук в руки, нигде их не оформляя. Делалось это при непосредственном участии следователя З.