Страна уместилась на деревенской улице

В селе Кронштадтка дом Геннадия Борового самый приметный. Мощную красавицу ель, что возвышается над крышей, видно издалека. А подойдешь поближе - глаз не оторвешь от резных наличников. Первое впечатление, что тут живет крепкая работящая большая семья. На деле же хозяин дома одинокий стареющий мужичок.

12 март 2004 Электронная версия газеты "Владивосток" №1522 от 12 март 2004

В селе Кронштадтка дом Геннадия Борового самый приметный. Мощную красавицу ель, что возвышается над крышей, видно издалека. А подойдешь поближе - глаз не оторвешь от резных наличников. Первое впечатление, что тут живет крепкая работящая большая семья. На деле же хозяин дома одинокий стареющий мужичок.

Геннадию Архиповичу дом достался в наследство от родителей. Сестры поразъехались кто куда. Личная жизнь не сложилась - ни жены, ни потомства. Сам Геннадий - инвалид детства. Завидным женихом себя никогда не считал, поэтому и не обижается на судьбу, что не послала ему неприхотливую подругу жизни. Так бобылем и живет. Мальчишкой жилось ему невесело. Деревенские ровесники, злые на язык, хромоножкой дразнили, в свои игры не брали. Вот и толкался по двору в поисках занятий.

Дед у Геннадия был настоящим рукодельником. Он и дом сам ставил, наличники да «петушков» лобзиком выпиливал. Полвека прошло, а деревянным кружевам - хоть бы что! Гена понемногу у деда учился плотницкому делу. Но больших вершин не достиг. Все, на что оказался способен, - табуретку стачать.

Когда Гене исполнилось пять лет, отец посадил в палисаднике елочку, аккурат ростом с сына.

- Видите, какая вымахала за сорок лет! - не без гордости говорит Геннадий Архипович. - Не то что я - от горшка два вершка, - уточняет в шутку. - Вот только думаю, что пора ей, голубушке, ветки кое-какие поотрубать, а то в доме света из-за нее не видно.

Пришлось убеждать Геннадия Архиповича не очень-то усердствовать в порубочном деле, не губить такую красоту. Ель действительно уникальная. Ствол - в полтора обхвата. Высота не меньше двадцати метров. А густые разлапистые ветви усеяны шишками.

Но созерцанием красоты природы в деревне сыт не будешь. И даже одинокому человеку приходится содержать хозяйство. У Геннадия Архиповича корова и две козы. Сам доит, сам творог, сметану делает, а остатки сдает в молочный цех в селе Спасском. Картошка - на огороде, квашеная капуста - в погребе. Хлеб и водка - в магазине.

- У меня на весь день хлопот хватает. Так что свою рюмку вечером с соседом за труды праведные выпью - и хватит, - говорит Геннадий Архипович. - Спиться у нас запросто можно. Я работой спасаюсь. В тайгу я не ходок: не шишкую, не охочусь, а грибы у меня за огородом растут. Вот заскучал прошлой весной - взялся дом ремонтировать. Теперь он у меня как терем разноцветный. Летом ко мне сестры наезжают с племянниками. Сразу жить веселее. А еще лучше, когда уедут (смеется). Я же привык жить сам по себе. Придумаешь, бывало, какое-нибудь дело: где забор подчинить, где сено подкосить - день и прошел.

В доме у Геннадия Архиповича - ни радио, ни телевизора, ни газет.

- Как же вы о событиях в стране узнаете? - невольно вырвался вопрос.

- А моя страна со своими событиями - вот на этой улице. Тут и свадьбы, тут и ссоры. К кому гости приехали, у кого пес издох. Остальное соседи расскажут, если что…