Дурной глаз Иванова

Гибель флагмана российской стратегической авиации бомбардировщика «Ту-160» «Михаил Громов», взорвавшегося в воздухе 18 сентября с. г., остается нераскрытой. Комиссия собрала материалы, включая данные сохранившихся «черных ящиков», и тихо работает с ними в Москве. Из 150 имевшихся первоначальных версий осталось не более 30, но говорить о преобладающей пока преждевременно.

21 нояб. 2003 Электронная версия газеты "Владивосток" №1464 от 21 нояб. 2003

Гибель флагмана российской стратегической авиации бомбардировщика «Ту-160» «Михаил Громов», взорвавшегося в воздухе 18 сентября с. г., остается нераскрытой. Комиссия собрала материалы, включая данные сохранившихся «черных ящиков», и тихо работает с ними в Москве. Из 150 имевшихся первоначальных версий осталось не более 30, но говорить о преобладающей пока преждевременно.

Тем временем эксперты агентства «Ухо» по паранормальным явлениям предлагают свое объяснение этой загадочной катастрофы, а также двух других недавних крушений боевой техники ВВС РФ.

Как ранее сообщал «В», два самолета «Ту-160», включая «Громова», принимали участие в учениях «Восток-2003» в Приморье в августе этого года. На одном из них («Александре Молодчем») в Приморье для инспекции учений прилетал министр обороны России Сергей Иванов. При перелете он вполне мог наблюдать в иллюминатор погибший три недели спустя бомбардировщик, поскольку «тушки» летели парой. 

Точно так же министр обороны по прибытии на приморский полигон Сергеевка наблюдал в бинокль и невооруженным глазом маневры вертолетов «Ми-24». А через несколько минут после этого два из них  разбились при посадке на аэродроме Черниговка. Тогда Иванов поразил приморцев своей несколько неадекватной реакцией на трагическое происшествие: в резкой форме военный министр обвинил в происшедшем «легкомысленных» пилотов. Хотя уж ему-то хорошо известно, что при плановых 80 часах налета в год российские летчики получают топливо только на 32-35 часов, а военная техника ВС РФ исправна только на 75 процентов (эти цифры прозвучали на минувшей неделе в докладе Иванова на совещании-сборе высшего военного руководства в Москве).

Уже тогда, в августе, аналитики агентства «Ухо» заподозрили недоброе: министр как будто отводил вину от себя, хотя его никто не обвинял. Эти подозрения окрепли на днях, когда из Армении, куда прибыл с визитом Сергей Иванов, донеслась очередная трагическая весть: разбился «МиГ-29», один из лучших российских истребителей. Причем пилотировал его отнюдь не «легкомысленный новичок», но начальник огневой и воздушной подготовки полка ВВС РФ, базирующегося на аэродроме Эребуни под Ереваном. Тем не менее пилот первого класса не сумел вывести  машину из штопора…     

И в этом случае Иванов посредством заявления пресс-службы министерства обороны попытался дистанцироваться от происшедшей в день его визита в Армению катастрофы: якобы на аэродроме Эребуни Иванова не было, а потерянный «МиГ» не участвовал в сопровождении самолета, которым летел министр. Что должно было означать следующее: ну не мог он увидеть злополучный истребитель в полете, никак не мог…

Зачем были нужны такого рода специальные оправдания? Не потому ли, что три катастрофы с «участием» Иванова за три месяца – это уже система? И не потому ли, что окружению министра доподлинно известны паранормальные способности Иванова, называемые в народе «дурной глаз»? Далекая от точных наук, концепция «сглаза» все же вполне имеет право на существование, что может подтвердить практически любой из читателей «В» на своем личном опыте.

В таком случае, на личном боевом счету министра обороны – уже одиннадцать погибших летчиков и четыре единицы авиатехники (из четырнадцати потерянных российскими ВВС в этом году самолетов и вертолетов). Ни один террорист не сможет нанести такой ощутимый ущерб боевой мощи страны. Не лучше ли для всех будет вернуть Сергея Иванова на его прежний пост в Совете Безопасности? Даже если и сглазит он там какой-нибудь скоросшиватель, ущерб   будет копеечным.