Эксперимент с подранком

Наталья Хохлова уже рассказывала в нашей рубрике о том, как, взяв ребенка из социального приюта, столкнулась с непониманием учителей соседней школы, которые не захотели помочь обделенному судьбой мальчишке. Сегодня она продолжает свои записки.

21 нояб. 2003 Электронная версия газеты "Владивосток" №1464 от 21 нояб. 2003

Наталья Хохлова уже рассказывала в нашей рубрике о том, как, взяв ребенка из социального приюта, столкнулась с непониманием учителей соседней школы, которые не захотели помочь обделенному судьбой мальчишке. Сегодня она продолжает свои записки.

«

Настал день, когда Коля первый раз пришел к нам. Утром мы с дочерью признались друг другу, что мучились бессонницей. Да и то сказать: страшно представить всю бездну трагедии, пережитую ребенком. Когда-то у него была семья, пусть и неполная: бабушка и мама. Был дом. Бабушка умерла. Мама… Трудно сейчас восстановить ее жизненный путь, но результат таков: Колю подобрали в подвале во время очередного милицейского рейда. Что он пережил за эти годы, какой мукой в сердце отразился путь вниз по социальной лестнице – нам этого не представить. Поначалу мы даже пытались найти его маму – давали в газеты объявления. Но потом пришло сообщение, что ее нет в живых, хотя мальчик до сих пор в это не верит.

Короче, с начала года Коля часто гостил у нас, провел летние каникулы. Работал по дому и на даче, занимался уроками (когда охотно, когда сам себя заставлял, когда я его заставляла). В центре реабилитации несовершеннолетних меня оформили как воспитателя семейной группы, и я получала зарплату. Мы всегда могли проконсультироваться у врача, учителя и психолога, нам выдавали для мальчика одежду, обувь, лекарства. И можно точно сказать: для семьи с детьми не так уж сложно взять под свое крыло еще одного малыша. К тому же выгодно: мама устроена на работу, идет стаж и зарплата, выдается большой продуктовый паек.

Очень хотелось, чтобы Коля увидел, что такое хорошая, добрая семья, и мы с ним поехали в Анисимовку, в гости к моей подруге и ее четверым детям. Ему там очень понравилось. Подруга рассказывала:

«У меня теперь два человека все делают беспрекословно – старший сын и Коля. Конечно, не все было гладко. Бывали конфликты, можно привести примеры благородства Коли и, наоборот, капризного и обидчивого нрава. Но более всего хотелось бы припомнить эпизод, как соседская девчонка, частая гостья моей подруги, узнав, что Коля - сирота, начала дразнить его детдомовцем. Как странно! Вместо сочувствия – мальчик потерял маму – в душе ребенка просыпается желание уязвить, задеть, сделать больно. И это не единичный случай в жизни Коли. Мы стараемся теперь не говорить, откуда он, представляю мальчика своим племянником. Но случалось, малыш в порыве откровения сам рассказывал новому другу, что у него нет мамы. В ответ его дразнили детдомовским. Откуда это? Черствость взрослых провоцирует злобу в детях? Увы, очевидна особенность современного российского общества: не замечать тех, кому больно, а увидев – добавить, сделать еще больнее.

Как по-разному ведут себя люди, когда к ним обращаешься за помощью для сироты! В начале лета я услышала объявление, что частная школа

«Святая Ольга» предлагает детям позаниматься на каникулах, подтянуть «двойки» и «тройки». Я позвонила, рассказала директору Ольге Владимировне Лупаловской про Колю, и нам пошли навстречу – целую смену почти бесплатно занимались с мальчиком русским и математикой. Помню Колины утренние восторги: «Почему я встаю рано и так легко? Мне нравится в «Святой Ольге» - там хорошие дети, учителя, там я катаюсь на лошадях и пони!». Мне осталось только прокомментировать: «Я желаю тебе получить образование и найти работу по душе, на которую ты так же легко, с радостью просыпался бы по утрам».

Когда моя подруга из Анисимовки поехала работать в военно-спортивный лагерь

«Импульс» под Уссурийском, директор А. Г. Дрозд без разговоров взял Колю на целую смену на полное довольствие. Кстати сказать, Александр Геннадьевич давно работает с трудными подростками, совместно с командованием воинской части воздушно-десантных войск они смогли создать в лагере атмосферу настоящей воинской дружбы, братства и при этом железной дисциплины. И обратный пример: когда Коля пошел в соседнюю школу, в его класс приходил тренер и приглашал детей заниматься восточными единоборствами. В ответ на мою просьбу принять Колю руководитель секции Городецкий ответил: «Когда я стану богатым, я буду заниматься благотворительностью». Позвольте усомниться. Если человек ставит жизненной целью богатство, то сколько бы он ни заработал, ему всегда будет мало и всегда будет не до благотворительности.

Конечно, никто не поверит мне, если я скажу, что все у нас шло гладко. Общаясь с Колей, я поняла, каким надо быть, чтобы скатиться вниз по социальной лестнице и закончить свои дни в вонючем подвале.

Перечислю. Надо быть рабом своих капризов: не хочу и не буду, а будете заставлять

– убегу. И действительно убегают: пока маленький – из дому, когда взрослый – с работы, и меняют места работы в поисках такой, где можно ничего не делать и получать большую зарплату. А раз никто эту зарплату не платит, то значит, все – козлы. Большая претензия ко всему миру встречается нередко и мало радует.

Что спасало ситуацию? Прекрасное чувство юмора и любовь к игре, присущие Коле. На этих точках опоры удавалось перевернуть многое. Но не все

… Вопрос вопросов остался открытым: не дома, не в школе, а далеко от меня – в детдоме – он страшно агрессивный. Мне уже жаловались на него маленькие дети, что он всех бьет. Будем искать психолога и вместе думать, что делать.

Дело в том, что пришел день, когда нам позвонили из центра реабилитации несовершеннолетних и сказали: для Коли пришла путевка в детдом, срочно привозите его, нужно проходить медкомиссию. Как-то мы общались с Ольгой Петровной Храпченковой, начальником отдела по делам семьи и детства краевой администрации, и она говорила:

«Это распространенное заблуждение: нам кажется, что если ты связываешь судьбу с ребенком из детдома, то ты обязан его усыновить. Вовсе это не так, детям нужна хоть какая-то опора, им нужны внимание, доброта. Мы рады, когда, особенно в сельских детских домах, практикуется форма семейного воспитания, когда ребенка берут в гости на каникулы, на все лето. Детям необходимо видеть, что такое семья. Такое общение может в корне изменить их судьбу».

Но вопрос об усыновлении Коли все же не раз возникал в моей голове. Говорить, что этому препятствуют Колины недостатки

– смешно. У моих родных детей столько недостатков, что случись мне их выбирать – я бы их не усыновила. Тем не менее я беспредельно люблю их. Значит, речь идет о чем-то другом. И вот как-то в конце лета мы с Колей, будучи на даче, припозднились – сидели и уже в сумерках лущили фасоль. Под такую непыльную работу хорошо беседуется. Я сказала: «Знаешь, Коля, я по возрасту гожусь тебе в бабушки. Вдруг я умру, и ты опять останешься один. Не будем рисковать. Ты пойдешь в детдом, и мы будем с тобой общаться, как во Франции, в Англии. Там родители отдают ребенка в частную школу и видятся с ним только на каникулах. А мы будем встречаться даже чаще – каждое воскресенье». Он согласился.

Оказалось, это было правильное решение: Коля попал в детдом, а там его определили в коррекционную школу-сад

№ 3 для детей с проблемами зрения. Это на бухте Тихой. Теперь его постоянно наблюдают врачи, он каждый день принимает дорогостоящие физиопроцедуры. Учебная программа рассчитана так, чтобы меньше давать нагрузку на зрение и больше на уши, на руки. При этом объем знаний дети получают не меньше, чем в обычной школе. И еще занимаются музыкой, хореографией».