К полету готов

Полет в космос первого советского журналиста Валерия Шарова не состоялся из-за развала СССР. Но появилась книга «Приглашение в космос», вышедшая в свет осенью этого года. В ней автор пытается ответить на вопросы: «Почему человек так неудержимо стремится за пределы Земли?» и «Кто этот человек – романтик, герой, исследователь?»

20 нояб. 2003 Электронная версия газеты "Владивосток" №1463 от 20 нояб. 2003

Полет в космос первого советского журналиста Валерия Шарова не состоялся из-за развала СССР. Но появилась книга «Приглашение в космос», вышедшая в свет осенью этого года. В ней автор пытается ответить на вопросы: «Почему человек так неудержимо стремится за пределы Земли?» и «Кто этот человек – романтик, герой, исследователь?» На 224 страницах тиражом в 3 тысячи экземпляров Валерий рассказывает о неизвестных героях наших побед в космосе, о сложности подготовки к космическому полету, приводит уникальные фотографии. У рассказчика - легкое перо, от книги не оторваться. В жизни Валерий Шаров оказался не менее увлекательным собеседником. Корр. «В» встретился с ним в ДВГУ, где автор представлял свою книгу аудитории лично:

- Валерий, мальчишки советской страны мечтали стать космонавтами. Вы стали им, пусть и теоретически. Мечта воплотилась в жизнь – это о вас?

- Как раз нет. Я никогда не мечтал о космосе. Но, получив предложение, сразу же согласился. Я понял, что не могу не участвовать в конкурсе, это судьбоносный момент, в котором я пойду до конца. Предыстория проекта такова: я работал во Владивостоке собкором «ЛГ» по Дальнему Востоку в тот момент, когда компания TBS подписала контракт с Россией о подготовке японского журналиста к полету в космос. Цена вопроса - 15 млн. долларов. В то время достаточно активно обсуждался вопрос полетов в космос гуманитариев, которые исследовали бы человеческие аспекты. В прессе поднялась «волна» по поводу того, почему японский, а не советский, был объявлен открытый конкурс среди журналистов, который я выиграл. К слову, еще раньше в одной из бесед Королев, отвечая на вопросы Ярослава Голованова, сказал: «Вам бы посмотреть на космос собственными глазами». Голованов написал заявление и был включен в команду подготовки. Но полет не состоялся, в то время погибли три космонавта - Волков, Добровольский и Пацаев и тему «свернули». Трагедия перечеркнула многие планы не только журналистов, но и ученых.

Дело в том, что в США вместе с космонавтами, которые по существу являлись операторами, в космос летали узкие специалисты (к примеру, астрофизики), что позволяло работать гораздо продуктивнее. Все технологии, проверенные в космосе, тут же внедрялись в промышленность в определенной области. От космоса получали максимальную материальную отдачу. В СССР был другой подход (по существу сохранившийся и сегодня): космонавты выступали в роли лаборантов, проводящих конкретные эксперименты. И только. В освоении космоса мы были и остаемся извозчиками (правда, надежными). В 90-х годах появилась возможность изменить ситуацию...

- Вы готовились по какой-то индивидуальной, щадящей программе или все было по-настоящему?

- Попав в Звездный городок, я получил нагрузку, которой никак не ожидал. Полная 2-годичная программа по подготовке к полету в космос. Я изучал системы обеспечения жизнедеятельности станции, кинофотодело, занимался астрофизикой, астрономией.

Кроме того, моя личная задача заключалась в том, чтобы сформулировать и передать то, чем отличается космос от Земли и чем он привлекателен для землян. Ведь от первых шагов, полета Гагарина до длительного пребывания  на космических станциях, где живут и работают люди, прошла целая эпоха. Люди получали информацию, массовое сознание менялось.

- В вашей книге много страниц посвящено не космосу вообще, а конкретным людям…

- Мне довелось познакомиться с множеством интереснейших, замечательных людей, они составляют своего рода пирамиду, с которой начинается космический полет задолго до непосредственного старта. Это конструкторы, испытатели, техники, врачи. От них успех зависит не меньше, чем от конкретного человека. Каждая человеческая история  уникальна. Есть в книге страницы, где я рассказываю об инженере-баллистике. Он прошел подготовку, но по некоторым причинам его вылет откладывали на неопределенный срок. Человек понял, что полет вряд ли состоится...… И тогда он пишет заявление: «Прошу отправить меня на Марс или Луну без возврата…» Понятно, что никто не воспользовался жертвой. Но личный героизм был разумеющимся. Мы ведь соревновались тогда с Америкой, кто первый, кто сильнее…... Сегодня, к слову, этому человеку исполнилось 74 года, он готовит космонавтов в области баллистики. Есть в книге еще эпизод, где я рассказываю об эксперименте на Земле по пребыванию человека на Луне. Опыт проводился в специальной камере, имитирующей безвоздушное пространство. Испытуемому было очень трудно физически, психологически, последние часы он терпел адскую головную боль. Когда его несли на носилках из барокамеры, люди выстроились в коридоре, будто он и правда вернулся с Луны... Я узнал много историй, происходивших с космонавтами. Это есть в книге.

- Валерий, вы говорите о героике. Но сегодня другие настроения в обществе, другое отношение к космосу. Вайль и Генис в своей книге «60-е. Мифы и реальность» вообще рассматривают космос как один из советских мифов. Профессия осталась героической?

- Безусловно. Это самая опасная профессия. 5 процентов космонавтов гибнет и сегодня. «Приглашение в космос» начинается с того, что я вспоминаю совсем недавнюю трагедию – гибель шаттла «Колумбия» в феврале 2003 года при возвращении на космодром на мысе Канаверал (США). Погибли семь астронавтов... Но, вы правы, сегодня ситуация другая. Идеологического пресса, который позволял сконцентрироваться, с одной стороны, с другой - предопределял трагедии (Волков, Пацаев и Добровольский погибли из-за того, что мы хотели опередить американцев), больше нет. Отношение к космосу стало более прагматичным, и в нашей стране в том числе. Тем не менее профессия не перестает быть уникальной, связанной с существованием человека в другой среде.

- Но дети стали меньше читать научной фантастики…

- Что-то стало яснее, человечество вышло на какой-то определенный уровень и остановилось. Но философская фантастика Лема и Стругацких – на все времена. Ведь она посвящена не столько научным вопросам, сколько философским, общечеловеческим. Дорога в космос долгая и трудная, но назад пути нет. Человечество обречено на выход в космос – это жесткая логика развития живой материи во Вселенной, эволюции человека разумного.

- Где вы храните свой диплом космонавта-исследователя? Он пригодится вам?

- Я привез его с собой во Владивосток, город, ставший точкой отсчета в этом эксперименте. Пригодится ли? По возрасту и здоровью я подхожу для полета в космос. Я готов...

СПРАВКА "В"

Валерий Шаров родился в Москве в 1953 году. Образование – биолог и журналист. Работал в «Литературной газете» корреспондентом отдела науки, затем собкором по Дальнему Востоку. В 1990 году в ходе проекта полета на станцию «Мир» первого советского журналиста прошел творческий, медицинский отборы и был направлен на общекосмическую подготовку в Звездный городок. По завершении ее в 1992 году получил специальность «космонавт-исследователь».