О чем японцу с русским говорить?

Ответ на этот вопрос искали участники юбилейного – десятого – конкурса выступлений на японском языке, организованного генеральным консульством Японии во Владивостоке, администрациями Приморского края и префектуры Тояма. Школьники и студенты представляли на суд компетентного жюри четырехминутные эссе на вольную тему. Ограничение одно: тема должна быть связана с Японией и Россией.

6 июнь 2003 Электронная версия газеты "Владивосток" №1371 от 6 июнь 2003

Ответ на этот вопрос искали участники юбилейного – десятого – конкурса выступлений на японском языке, организованного генеральным консульством Японии во Владивостоке, администрациями Приморского края и префектуры Тояма. Школьники и студенты представляли на суд компетентного жюри четырехминутные эссе на вольную тему. Ограничение одно: тема должна быть связана с Японией и Россией.

Как рассказал вице-консул генерального консульства Японии во Владивостоке  господин Томиока, за 10 лет, что проходят конкурсы, уровень представляемых работ вырос значительно. В этом году жюри впервые оценивало отдельно содержание и подачу эссе, и отдельно - умение говорить по-японски.

Призовые места в своих возрастных категориях заняли десятиклассницы Екатерина Фролова и Екатерина Краева, студентка ВГУЭС Татьяна Елсукова и представительница ДВГУ Виктория Глушнева. Но всех обошла третьекурсница Владивостокского института международных отношений Ульяна Шипитько. Ее эссе на тему «Женщина-дипломат» безоговорочно было признано лучшим. Победа Ульяны  тем более весома, что для нее японский – не профилирующий предмет.  А вот обошла же даже восточников-японистов хрупкая девушка из Арсеньева!

- На первое место я вообще не рассчитывала – уж больно конкуренты серьезные, - говорит Ульяна. – Но почти не волновалась, когда читала эссе перед жюри и отвечала на вопросы, и все потому, что мой преподаватель японского господин Кобаяси так много со мной работал… Он не только  исправлял грамматические ошибки, но и учил читать текст с выражением (ну что ты молотишь как компьютер, возмущался он!), не смущаться перед жюри. А уж сколько раз заставлял переписывать сочинение! После такой тренировки я уже почти ничего не боялась! Но вот когда стали объявлять результаты… Слышу: третье место не мое, второе – не мое, ну, совсем пала духом, а тут – называют мою фамилию… Я даже не поверила сразу…

- А вот я был уверен в победе Ульяны, - вступает в разговор господин Кобаяси. – И когда понял, что ее работа занимает первое место, подумал: это не конец, дальше – самое сложное. Да, сразу оговорюсь: судейство было абсолютно беспристрастным, несмотря на то, что я был в жюри (мне несколько человек уже намекали: мол, порадел своей ученице. Нет! Учитывался средний балл, выставленный всеми членами жюри). Главное было – правильно определить тему эссе. Я считаю, что задача моя как учителя – помочь своим ученикам общаться с японцами, находить темы для разговоров, уметь понимать друг друга. У японцев и русских разные подходы к публичным выступлениям. Когда выступают русские, они ссылаются на прочитанные книги, японцы – рассказывают о своем опыте, о том, чему они научились. Так что вопрос состоит не в том, умеет ли человек говорить по-японски, а в том, чего он может добиться с помощью своих знаний.

Свое эссе Ульяна построила вокруг деятельности  первой женщины-консула Александры Коллонтай.

- Сначала я пыталась писать на русском и переводить на японский, но затем поняла, что это неверно, нужно думать по-японски, - продолжает Ульяна. - И я написала, что хочу, став дипломатом, развивать отношения между Россией и Японией. Мечтаю остаться работать во Владивостоке, это очень перспективный город, интересный, яркий…

Прав был учитель: самое сложное еще впереди. В сентябре после каникул («Где же мне в Арсеньеве найти японца для языковой практики?» - вздыхает она) победительница краевого конкурса выступлений на японском языке будет отстаивать честь Приморья на аналогичном состязании, но уже – на уровне Сибири и Дальнего Востока. Держи марку, Ульяна!