Жесткие контуры мягкого пятна

Недавно во Владивосток из китайского города Чанчунь вернулся известный фотохудожник Михаил Павин. Он был приглашен ректором колледжа искусств провинции Цзилинь преподавать курс рекламной фотографии в институте дизайна. Однако из-за пресловутой атипичной пневмонии спецкурс Михаил так и не закончил и на два месяца раньше срока вернулся домой.

23 май 2003 Электронная версия газеты "Владивосток" №1363 от 23 май 2003

Недавно во Владивосток из китайского города Чанчунь вернулся известный фотохудожник Михаил Павин. Он был приглашен ректором колледжа искусств провинции Цзилинь преподавать курс рекламной фотографии в институте дизайна. Однако из-за пресловутой атипичной пневмонии спецкурс Михаил так и не закончил и на два месяца раньше срока вернулся домой.

- Михаил, это твой первый преподавательский опыт. И сразу же за границей, причем в стране, где люди обладают совсем другим мышлением и мировоззрением, отличным от нашего, «европейского». Трудно было?

- Самым сложным моментом были языковые трудности. Работал, объяснял теорию, давал задания через переводчика. И тут оказалось, что в китайском языке нет основополагающих для рекламы понятий, таких, как «слоган», «позиционирование». Долго учился выражать мысли односложными предложениями без наших, чисто русских метафор. Доходило до смешного – я говорил о композиции фотографии, а студенты спрашивали меня о диафрагме. Приходилось не столько рассказывать, сколько показывать. Я делал несколько снимков и говорил – это хорошо, а это – плохо. Я не рассказывал ученикам, что снимать, но показывал, как. Например, давал им задание снять «мягкое пятно» и «жесткое пятно», оговариваясь, что пушистого котенка можно сфотографировать жестко, а остро заточенный карандаш – мягко.

Кстати, об особенностях китайского менталитета: отношение к учителю там крайне почтительное. Так что, когда я демонстративно рвал свои «плохие» снимки, в аудитории было гробовое молчание. Казалось, студенты не понимают:  как УЧИТЕЛЬ может сделать что-то неправильно, да еще и уничтожить свое творение.

Китайский рекламный рынок развит очень слабо. Думаю, это потому, что у них нет настоящей конкуренции. В каждой провинции делается (и потребляется) свой товар, и особой нужды искать нестандартные ходы для его продвижения нет. Изощренная реклама начинается тогда, когда начинается «битва гигантов», жесткая конкуренция.

- Как технически оснащен институт дизайна?

- Прекрасно. Там есть самая современная компьютерная техника, шикарная фотостудия. Компьютеров в Китае много, только далеко не все могут ими пользоваться. Когда тамошние преподаватели увидели, как я смело подсоединяю провода и разбираюсь с «железом», они решили, что я ни больше ни меньше  компьютерный гений, как я ни уверял их, что по нашим меркам  лишь скромный пользователь. А еще в институте дизайна не оказалось Интернета, поскольку в здании не было ни одного проводного телефона – все с мобильниками. Почему-то компьютеры в Интернет-кафе там все без дисководов.

- Михаил, расскажи о своих учениках?

- Они такие же, как все студенты. Есть талантливые, есть не очень. Есть старательные, а есть и ленивые. А есть такие, кто заплатил деньги за учебу и сейчас «отбывает время», ждет диплом.

- Не было желания сделать в Китае свою выставку?

- Да, мы с художником Евгением Макеевым собирались подготовить экспозицию, но из-за этой странной болезни все массовые сборища (кроме партсобраний, конечно) сейчас запрещены.

- И тем не менее «китайскими мотивами» в своем творчестве ты нас порадуешь?

- В Китае я мало снимал, если не считать рабочих фотографий, на примере которых объяснял материал студентам. Я предпочитаю сначала выносить некую сверхидею, а потом моделировать снимки для ее иллюстрирования. Конечно, можно ходить с фотоаппаратом, наблюдать жизнь и ждать, когда она подарит прекрасное мгновение. Но таких моментов слишком много, никакой пленки не хватит (смеется). Второй путь мне ближе.

За те два месяца, что я провел в Китае, мои давние мысли и эксперименты как раз и оформились в сверхидею. «Любимая натурщица» кукла Барби теперь не что иное, как символ всепобеждающей массовой культуры. Она прошла по России, а теперь проникла и в Поднебесную.