Под пекинским зонтиком

На следующей неделе, 23 апреля, в Пекине должны открыться консультации по ядерной программе Пхеньяна с участием КНДР, США и Китая. Американскую делегацию возглавит замгоссекретаря Джеймс Келли - тот самый, после посещения которым Пхеньяна в октябре прошлого года началась эскалация корейского кризиса. Именно тогда, сославшись на признания, которые якобы сделали г-ну Келли сами северокорейские лидеры, Вашингтон обвинил КНДР в подготовке к производству ядерного оружия.

18 апр. 2003 Электронная версия газеты "Владивосток" №1344 от 18 апр. 2003

На следующей неделе, 23 апреля, в Пекине должны открыться консультации по ядерной программе Пхеньяна с участием КНДР, США и Китая. Американскую делегацию возглавит замгоссекретаря Джеймс Келли - тот самый, после посещения которым Пхеньяна в октябре прошлого года началась эскалация корейского кризиса. Именно тогда, сославшись на признания, которые якобы сделали г-ну Келли сами северокорейские лидеры, Вашингтон обвинил КНДР в подготовке к производству ядерного оружия.

До конца прошлой недели Пхеньян настаивал на прямых двусторонних переговорах с США: свою ядерную программу он был готов

«сдать» только в обмен на четкие, зафиксированные на бумаге гарантии от американцев - желательно в виде пакта о ненападении и договоренности об установлении дипотношений. У суровых людей в Вашингтоне такие претензии долгое время вызывали только смешки - там выражали готовность в рамках «многосторонних консультаций» вести разговор лишь о немедленном прекращении северокорейских ракетных и ядерных разработок, а также о возвращении Пхеньяна в систему нераспространения без всяких условий. В конце концов Ким Чен Ир, похоже, сдался - вне всякого сомнения, на него произвела нужное впечатление демонстрация американской мощи в Ираке.

Новым элементом игры, по данным информированных источников газеты The New York Times, стало

«активное и деятельное участие китайцев», которые инициировали проведение консультаций. Якобы именно Пекин уговорил Пхеньян не настаивать на прямом диалоге с США и убедил Вашингтон пока ограничиться трехсторонним форматом встречи. В результате был достигнут компромисс: переговоры «многосторонние», но пока только с подключением Китая. По логике Ким Чен Ира, это «почти похоже» на прямые переговоры с США, что дает пхеньянскому правителю приятную возможность ощутить себя столь же важной персоной, как президент Джордж Буш. Дипломатические соображения, судя по всему, перевесили у Ким Чен Ира приятные воспоминания о железнодорожных путешествиях в Москву и Владивосток, а также о серых в яблоках скакунах, подаренных «любимому руководителю» по случаю его дня рождения от имени российского президента.

Одновременно МИД КНР решительно опроверг сообщение южнокорейской The Korea Herald о

«нежелании» Китая видеть за столом переговоров Россию и Японию. В Москве отсутствие приглашения из Пекина восприняли спокойно, подтвердив готовность поучаствовать в последующих раундах переговоров. «Многосторонний формат может быть полезен как «зонтик» для проведения диалога между Вашингтоном и Пхеньяном, - заявил замглавы российского МИДа Александр Лосюков. - Важно, чтобы в рамках многостороннего обсуждения произошли контакты КНДР и США». Токио сдержанно приветствовал «первый шаг к мирному урегулированию».

Глава патронируемой американцами Организации содействия развитию энергетики Кореи (КЕДО) Чарльз Картман отметил, что согласие КНДР на многосторонние переговоры - это

«не большой прорыв, а небольшой шаг вперед». Однажды начавшись, эти переговоры могут идти «сколько угодно». Напомним, что на КЕДО лежит значительная доля вины за нынешний кризис, поскольку она не обеспечила своевременную поставку в КНДР обещанных десять лет назад легководных ядерных реакторов.

По словам госсекретаря Колина Пауэлла, для достижения договоренности

«пришлось соединять вместе очень много разных кусочков». Его сотрудники пояснили, что именно Пхеньян, отказавшись от идеи диалога с американцами, настоял на встрече с участием только трех сторон. Однако Штаты зарезервировали за собой право ежедневно информировать о ходе консультаций своих ближайших азиатских партнеров - Южную Корею и Японию, а в последующем увеличить число участников консультаций за счет подключения к ним сначала Сеула, а затем Токио и Москвы.