Другой жизни не существует

Вчера на “Первом канале” состоялась премьера сериала “Другая жизнь”. Он мог бы оказаться очередной историей об очередной Золушке, жаждущей завоевать столицу и найти большую любовь, если бы не блестящий актерский состав (Татьяна Лаврова, Дмитрий Харатьян, Екатерина Стриженова, Алексей Кортнев и др.) и не профессиональная режиссерская работа Елены РАЙСКОЙ, которая рассказала о своем взгляде на любовь, другую жизнь и телевидение.

3 апр. 2003 Электронная версия газеты "Владивосток" №1335 от 3 апр. 2003

Вчера на “Первом канале” состоялась премьера сериала “Другая жизнь”. Он мог бы оказаться очередной историей об очередной Золушке, жаждущей завоевать столицу и найти большую любовь, если бы не блестящий актерский состав (Татьяна Лаврова, Дмитрий Харатьян, Екатерина Стриженова, Алексей Кортнев и др.) и не профессиональная режиссерская работа Елены РАЙСКОЙ, которая рассказала о своем взгляде на любовь, другую жизнь и телевидение.

- Почему “Другая жизнь”?

- Другая жизнь - это то, где нас нет, к чему мы стремимся и чего на самом деле не существует. Потому что, как только ты в ней оказываешься, она перестает быть другой. Сериал о разнице представлений людей о том, чего им хочется, и того, в чем на самом деле состоит их предназначение.

- Как ваш сериал соотносится с одноименным романом Трифонова?

- Никак. По форме сериал сделан как ток-шоу. То есть история дана не линеарно, что при таких объемах тяжело смотреть, а оформлена как беседа, во время которой герои стремятся осмыслить происходящее. На “Первом канале” было ток-шоу “Другая жизнь”. Учитывая два этих фактора, решили дать сериалу такое название.

- “Другая жизнь” еще и история отношений. Есть что-то новое, что можно сказать по теме?

- Чтобы сказать новое, надо говорить свое. Единственная тема, которая никогда не наскучит, - это отношения между мужчиной и женщиной. Особенно если говорить о нюансах, деталях, подробностях. Они всегда будут новыми. Если пересказывать сюжет любого произведения искусства о любви, то это получится, конечно, однообразно и скучно. Важно же, как это происходит.

- Ваша история со счастливым концом или с поучительным?

- Если человек берет у продюсера большие деньги, снимает кино и заставляет зрителя его смотреть, просто чтобы сказать, что жизнь - дерьмо, это уголовно наказуемое преступление. Нужно дать надежду, сказать, что если жизнь и не прекрасна, то все равно надо найти силы, чтобы жить дальше.

- Сериалов про любовь на нашем телевидении немало. Что особенного в вашем?

- На самом деле большинство их основано все-таки на криминальном сюжете - все бегут, взрывают, стреляют... Лично я не понимаю, что на экране происходит и зачем это мне. Мой сериал построен по другому принципу: его герои выстраивают отношения, у них есть проблемы, но они вне потоков крови на асфальте.

- И как вы заставите зрителя смотреть кино без интриги?

- В обыкновенной человеческой жизни немало драмы и интриги. Либо вы их не замечаете, либо вам повезло и они прошли стороной. Есть столько интересного, что грех об этом не рассказать.

- В “Другой жизни” много звезд. Как вам с ними работалось?

- Не было никаких проблем, несмотря на то, что и Татьяна Лаврова, и Александра Захарова, и Дмитрий Харатьян - большие актеры. Дима вообще открылся с неожиданной стороны. Он может сыграть почти любую роль, но это пока никем не востребовано в полном объеме.

- Ваша героиня пишет книгу “Как заполучить чужого мужа”, которую к выходу сериала выпустило “АСТ”. Это потрясающая идея, но кто же написал книгу - не вымышленный же персонаж?

- Я написала, между съемками, но вышла она под именем героини сериала. Мне показалось, что это очень интересный ход.

- И что же это за технология по уводу чужих мужей?

- Да нет ее. Если мужчина тебе предназначен, ты и так его получишь.

- Какие у вас ощущения от работы для телевидения?

- Это особый мир. Я им говорю: вы здесь все облученные Останкинской башней, вы давно мутанты и сами этого не замечаете. Они отвечают: “А киношники - клиенты палаты номер шесть”. Телевидение - это использование: ты сделал дело, до свидания. В кино по-другому. Но это условия игры. Однако при этом телевидение сохраняет киношные кадры, задействуя их в работе над сериалами. И за это ему можно памятник поставить. Но есть один нюанс, с которым совершенно невозможно иметь дело. Начальники разных каналов, не сговариваясь, любой разговор начинают с Марьиванны: ей это интересно, неинтересно, она хочет того, не слишком ли это для нее сложно. Ощущение такое, что все они живут где-то в захолустье в коммуналке рядом с ней. Я не могу понять, откуда они ее знают и существует ли она. Вот в этом вечная рогатка между кино и телевидением: телевидение хочет как проще, а кино ищет нюансов, тонкости. Но постепенно кинорежиссеры начали отвоевывать свои позиции.