Случай на концерте

Быть аккредитованным на кинофестивале международного масштаба – дело ответственное. Боясь упустить что-то самое главное, стараешься не пропустить ни одного события, возможности общения с интересными киноличностями. А вот после публикаций оказывается, что в блокнотах остались записи, не ставшие поводом к материалу, но вполне претендующие на симпатичные зарисовки из фестивальной жизни.

22 нояб. 2002 Электронная версия газеты "Владивосток" №1270 от 22 нояб. 2002

Быть аккредитованным на кинофестивале международного масштаба – дело ответственное. Боясь упустить что-то самое главное, стараешься не пропустить ни одного события,  возможности общения с интересными киноличностями.
А вот после публикаций оказывается, что в блокнотах остались записи, не ставшие поводом к материалу, но вполне претендующие на симпатичные зарисовки из фестивальной жизни.  

Ну что тут, казалось бы, удивительного: купить билет и пойти на концерт Александра Розенбаума? Мне же довелось побывать на не совсем обычном концерте известного исполнителя.

Александр Яковлевич выступал перед участниками и гостями сочинского «Кинотавра» в зале ресторана «Жемчужина». Среди публики - Денис Евстигнеев, Лариса Удовиченко, Леонид Якубович, Алла Сурикова, Петр Тодоровский, Леонид Ярмольник. Маэстро, по славной традиции «Кинотавра»,  пел для друзей. Простым смертным курортникам в посещении этого питейного заведения в тот вечер было отказано, столы сдвинуты вдоль стен, а стулья расставлены полукругом в несколько рядов перед небольшой сценой.   Впрочем, справа от подмостков стоял весьма изысканно сервированный стол на шесть персон… Для кого, зачем? Да мало ли…

Розенбаум пел новые, удивительно проникновенные песни, читал свои стихи, предавался воспоминаниям, как вдруг в зал ресторана  ввалилась шумная компания - и прямиком  к накрытому столу. Вокруг них засуетилась официантка. Розенбаум оборвал на полуслове песню, выжидая, когда они угомонятся. Не тут-то было. Звон бокалов, бряцание столовых приборов, громкий разговор, смех  - полное игнорирование присутствующих. Интеллигентная публика просто онемела от вопиющей беспардонности. Пауза явно затягивалась. «Вы позволите продолжить?» – не без сарказма спросил Александр. Минут на пять за столиком сбавили децибелы. Но тут у кого-то из «нежданных гостей» зазвонил мобильник, и бойкий телефонный разговор ворвался в песенную строку: «…Свет, я вижу свет! Свет в конце тоннеля…»  Опять возникла напряженная пауза. Тут Розенбаум достал свой сотовый телефон. Он еще продолжал что-то говорить в трубу, как в зале уже появились омоновцы. («Ну, - думаю, - сейчас вас попрут, голубчики».) Самое потрясающее, что к ним навстречу с распростер
тыми объятиями поднялся заводила шумной компании, сказал пару слов… и стражи порядка безропотно отошли в сторонку. Закралось подозрение, что отужинать с девочками на концерте Розенбаума  в «Жемчужину» заявилась сочинская мафия. «Вы, вероятно, думаете, что вы – крутые? Да только я-то покруче вас буду, ребята. А пока прервемся…» - сказал Розенбаум и удалился со сцены.

Во  время вынужденного антракта в зале появился глава «Кинотавра» Марк Рудинштейн. Что он говорил нарушителям порядка – осталось за кадром, но к началу второго отделения концерта за столиком справа не было ни души.

Розенбаум пел до трех часов ночи!  Потом вся  киношная компания переместилась в ресторанчик на берегу моря, коротать южную ночь. О случае на концерте не вспоминали.