Александр Бедарев: Нам нечего скрывать!

В приемной управляющего ЗАО «ЛуТЭК» Александра Бедарева поток людей и к концу рабочего дня не иссякает. Впрочем, само понятие рабочий день здесь условно – с корреспондентом «В» управляющий встретился часов в 8 вечера.

29 окт. 2002 Электронная версия газеты "Владивосток" №1257 от 29 окт. 2002

В приемной управляющего ЗАО «ЛуТЭК» Александра Бедарева поток людей и к концу рабочего дня не иссякает. Впрочем, само понятие рабочий день здесь условно – с корреспондентом «В» управляющий встретился часов в 8 вечера.

- Александр Антонович, сегодня вы два часа доводили до рабочих свой взгляд на экономику предприятия. Что будете делать дальше, если понимание так и останется в дефиците?

- Методично разъяснять всем суть нашей финансовой политики. Я не против единого фонда оплаты труда - мне важно не допустить общего перерасхода, но сомневаюсь, что специалисты других подразделений согласятся содержать разрезоуправление. Имея опыт подобной полемики, могу сказать, что здравомыслящих людей в коллективе гораздо больше, чем  настроенных на обострение обстановки в преддверии зимы.

- «ЛуТЭК» долгое время отличался не самым лучшим имиджем…

- Имидж мутной компании с темными делишками канул в Лету. Ни одна проверка не нашла у нас ни малейшего нарушения.

Мое оружие – это открытость: нам нечего скрывать. Да, мы еще не так платежеспособны, как хотелось бы. Но, не проедая средства, а ремонтируя на них оборудование, мы постепенно достигнем того, что техника позволит нам больше зарабатывать. Причем все это – не за счет фонда оплаты труда. Все шесть тысяч работающих на «ЛуТЭКе» должны понять, что мы работаем на один результат. А рваческую идеологию я не поддерживаю и, более того, буду искоренять.

-  Как обстоят дела с запасами топлива, оборотными средствами, с давно накопившимися долгами?

- Вначале мы планировали добыть в октябре 580 тысяч тонн угля, но в силу объективных причин, видимо, добудем 500. Недостающие 80 тысяч мы намерены возместить дальнепривозным харанорским углем.

С оборотными средствами напряженно. Отрицательно сказывается и груз прошлых лет – раньше на «ЛуТЭКе» была практика брать материалы и не рассчитываться за них. Сегодня мы гасим текущие платежи и постепенно отдаем долги.

- Оправдало ли себя за пять лет существования «ЛуТЭКа» объединение угольных разрезов с электростанцией?

- Схема себя оправдывает, но необходима корректировка некоторых законодательных актов. Все остальные предприятия угледобывающей отрасли сами назначают цену на свою продукцию, а у нас ее регулирует государство. Это по-своему справедливо, но, к сожалению, сегодня при определении цены часто учитывается не экономический расчет, а политическая целесообразность. Сегодня стоимость нашего угля установлена в размере 228 рублей 40 копеек за тонну (мы предлагали 256). Приходится ужимать объемы ремонтов.

Запланированную выработку мы выполним. Задача в другом - поднять планку, работать максимально экономично.

- Вам приходится докупать уголь для Приморской ГРЭС на стороне. Как меняются в объеме привозных углей доли местных – с Раковского, Павловского                         разрезов и дальнепривозного харанорского?

И по калорийности, и по зольности наш уголь проигрывает не только харанорскому, но и остальному приморскому. Однако он гораздо дешевле, и в конечном счете потребитель выигрывает – ведь тарифы и так достаточно высоки. Поэтому наша политика – вытеснение дальнепривозных углей за счет повышения добычи собственного и приморских углей (хотя возможности приморских разрезов очень ограничены). Давайте смотреть: за девять месяцев прошлого года на ГРЭС было поставлено 4,7 млн. тонн угля, из них 71 проц. нашего, 0,5 проц. – ближнепривозного, т. е. приморского, и 28,3 проц. харанорского. За 9 месяцев текущего года на станцию поставлено уже 5,3 млн. тонн, из них 77,8 проц. собственного, 8,5 ближнепривозного и только 13,7 проц. харанорского. Для нас это принципиально: приморские партнеры получили больше денег, эти средства остались в крае, сохранились рабочие места, в бюджеты пошли налоги.