Утро публичной казни

Полиция Китая на днях официально обратилась в правоохранительные органы Приморья с просьбой о выдаче материалов следствия по китайскому торговцу, который прямо на рынке во Владивостоке зарезал российского покупателя. На родине убийце грозит публичная казнь - расстрел.

25 окт. 2002 Электронная версия газеты "Владивосток" №1256 от 25 окт. 2002

Полиция Китая на днях официально обратилась в правоохранительные органы Приморья с просьбой о выдаче материалов следствия по китайскому торговцу, который прямо на рынке во Владивостоке зарезал российского покупателя. На родине убийце грозит публичная казнь - расстрел.

Пока преступник содержится под стражей в ожидании приговора. Но возникла дипломатическо-правовая коллизия: убийца был задержан в КНР, а преступление было совершено на территории РФ против российского гражданина.  С одной стороны, цивилизованная с недавних пор Россия придерживается международных норм, не приветствующих выдачу граждан в страны, где им по законодательству может грозить смертная казнь. С другой – речь идет не об экстрадиции иностранца, совершившего преступление на российской территории, а о передаче материалов дела. Ситуация изучается на уровне МИДа, генеральной прокуратуры РФ и других заинтересованных ведомств. Незадолго до этого китайские кинематографисты завершили в городе Дальнереченске съемки художественного фильма, главным героем которого стал честный предприниматель из Поднебесной, налаживающий дружеские и коммерческие связи с приморскими коллегами и чиновниками. По ходу действия картины они вместе побеждают “плохих парней” - китайских же мафиози, всячески препятствующих бизнесу соотечественника. Все это свидетельствует о том, что официальный Пекин фактически признал существование на территории российского Дальнего Востока китайской оргпреступности и пытается бороться с ней как репрессивными, так и пропагандистскими методами. Однако метод кнута и пряника, судя по всему, пока не столь эффективен, как хотелось бы нашим и китайским спецслужбам.

МОГИЛА ИСПРАВИТ

11 января этого года на одной из оптовых баз Владивостока произошло ЧП. Мужчина, пришедший за недорогой кухонной утварью производства КНР, потрогал лежащий на прилавке нож, однако покупать его отказался, сказав, что тот не заточен. “Тупой? Сам ты тупой!” - воскликнул оскорбленный продавец из провинции Хэйлунцзян и воткнул с этими словами клинок в спину уходящего клиента. Несостоявшийся покупатель скончался на месте. Убийца попытался было скрыться на родине, но вскоре был арестован благодаря совместным оперативным разработкам китайских полицейских и сотрудников УВД Приморья.

Спустя некоторое время из КНР во Владивосток прибыли три офицера полиции с официальным ходатайством: о передаче материалов следствия в юрисдикцию соседнего государства.

Китайская сторона настаивает, чтобы суд и исполнение приговора были совершены на исторической родине убийцы.  

- Российские законы очень мягкие, и десять лет отсидки не исправят преступника, - так обосновали они просьбу о выдаче. Исправить несдержанного торговца должна могила, считают китайские городовые, и его участь в случае передачи материалов следствия на родину практически предрешена. В КНР он, очевидно, будет казнен, причем процедуру расстрела покажут по телевидению, чтобы другие китайцы, работающие за границей, впредь не допускали подобного.

С одной стороны, имеется прецедент, когда в прошлом году китайским властям были переданы члены так называемой банды Инно, большинство из которых на родине были казнены, а остальных приговорили к огромным срокам тюрьмы. С другой - та преступная группировка грабила и убивала только своих соотечественников, а в последнем случае жертвой стал российский гражданин. Поэтому УВД и прокуратура Приморского края пока не приняли какого-либо решения в ожидании, когда ситуацию рассмотрят «наверху» с точки зрения международных правовых актов и законодательства двух стран. Хотя эксперты не исключают: даже если российская сторона откажет своим коллегам, китаец скорее всего все равно будет казнен. 

Возможно, публичный расстрел и вразумит рядовых челноков, еженедельно таскающих через границу баулы с ширпотребом в полцентнера весом. Однако он вряд ли остановит скупку и контрабанду незаконно вырубленного леса, подпольный розлив “левой” водки, кровопролитное “крышевание” рынков в приморских чайна-таунах. Иначе говоря - деятельность этнической ОПГ, которую в народе привыкли называть “китайской мафией”.

ЛЕСНЫЕ БРАТЬЯ

В конце 80-х годов первые челноки ринулись из КНР на приморские вещевые рынки, спасаясь от поборов местного криминалитета, но не прошло и двух лет, как китайские организаторы бандитских “крыш” настигли их и здесь. При этом китайские гангстеры быстро оттерли конкурентов от нового источника доходов. Теперь каждый из почти 20 тысяч гастарбайтеров платит по 100 долларов в месяц только за место на рынке. Дополнительные платежи “крыша” взимает за ночлег в вагончиках и охрану товара. По окончании торговли желающие могут расслабиться в массажных салонах, барах и казино, также принадлежащих китайцам. Последнее предложение, кстати, наиболее прибыльно, поскольку азартные игры на другом берегу реки Уссури находятся под запретом. Часть выручки увеселительных заведений также идет в казну китайской ОПГ. Но основной доход ей приносят водка и древесина.

Милиция Уссурийска в среднем каждые две недели закрывает мини-завод по производству фальсифицированной водки, которая продается затем не в привычных русскому сердцу бутылках, а в плотно запаянных полиэтиленовых пакетах. При этом ее производство лишь в последние годы переместилось в Приморье. Раньше готовую лжеводку везли из Китая прямо в торговые палатки, но с ужесточением пограничного и таможенного контроля безопаснее стало разливать ее в Уссурийске, где китайский криминалитет особенно силен. Спирт ввозится официально, якобы на технические цели, но после пересечения границы цистерны пропадают из поля зрения.

Другой источник доходов “китайской мафии” - криминальный экспорт так называемого промышленного леса, то есть ценных пород дуба, кедра и ясеня. По мнению специалистов, именно процветающий черный рынок, где жители Поднебесной скупают древесину в пять-шесть раз дешевле ее стоимости на мировом рынке, подорвал некогда процветавшую лесопромышленную отрасль Приморья. Ясень по 300 долларов  за кубометр не пользуется спросом, если его можно приобрести за 60 баксов.

Арестованный в прошлом году Цзянь Юн, глава одной из подпольных лесных корпораций, рассказал оперативникам приморского УБОП о схеме их работы. Штаб-квартира его группировки находилась в Дальнереченске, откуда в таежные поселки разъезжались агенты. Они по дешевке скупали у деревенских мужиков древесину, которая затем на складе в райцентре формировалась в крупные партии. Чтобы легализовать фактически ворованный лес, китайцы покупали у российских заготовителей проштампованные бланки сертификатов, куда вписывались нужные цифры. После этого пиломатериалы, благополучно минуя таможню, на лесовозах дальневосточных пароходств отправлялись в Японию.

Цзянь Юн не единственный, кто промышляет таким образом в Уссурийской тайге. Благодаря коррупции среди охотоведов и местной милиции десятки таких же структур продолжают получать сверхприбыль. В то же время первая попытка местных властей организовать в начале апреля цивилизованный лесной аукцион для китайских бизнесменов завершилась полным провалом. Те покинули торги, едва узнав начальную цену лотов.

СТОЛИЦА «КИТАЙСКОЙ МАФИИ»

Вопрос о том, куда стекаются финансовые потоки преступных группировок из граждан Поднебесной, долго не давал покоя правоохранительным органам Дальнего Востока, пока представители УВД Хабаровска не сообщили журналистам сенсационную новость: общак дальневосточной “китайской мафии” находится в  Уссурийске.

Любопытна история появления этой информации на страницах газет. В прошлом году сотрудники Индустриального РОВД Хабаровска накрыли очередной конвейер по изготовлению фальшивой водки, принадлежавший главарю одной из китайских этнических ОПГ Пяо Дунь Чуню. Лишившись средств производства, Пяо Дунь Чунь обратился за помощью к авторитетным соотечественникам из Уссурийска, с которыми он регулярно делился прибылью. Китаец был уверен, что его сдал милиционерам кто-то из членов китайской диаспоры, причем подозревал в этом частнопрактикующего лекаря Цзынь Чен Лена.

Гангстеры не заставили себя ждать. Целителя похитили и стали пытать, заставляя признаться в предательстве. Только через трое суток несчастному удалось сообщить в милицию о своем похищении, после чего правоохранительные органы организовали силовую операцию по освобождению заложника. В результате удалось задержать четырех граждан КНР, которые и рассказали про уссурийский общак.

Приморские милиционеры знают историю о китайском общаке и не опровергают ее, хотя конкретных доказательств для суда у них нет. Во всяком случае, трудно придумать для содержания китайской бандитской кассы более идеальное место, чем Уссурийск. Город расположен неподалеку от границы, милиция здесь слабее, чем во Владивостоке, зато каждый третий житель - китаец или кореец китайского происхождения.

Последнее обстоятельство особенно важно для китайских триад, орудующих на Дальнем Востоке. Традиционная закрытость чайна-таунов способствует тому, что жертвами бандитов из КНР становятся преимущественно соотечественники, многие из которых нелегально находятся в Приморье и не обращаются в правоохранительные органы. Местные милиционеры в последнее время наблюдают даже интеграцию китайцев в русские криминальные сообщества, причем жители Поднебесной чаще всего выступают в роли наводчиков, инициируя нападения на удачливых предпринимателей из числа своих земляков.

В то же время сбор доказательств в отношении лидеров китайской оргпреступности на территории Приморья значительно осложняется различиями в воровских традициях двух стран. Россиянин, не имеющий хотя бы одной судимости, лишь в редком случае может стать криминальным авторитетом. Среди гангстеров из Поднебесной, напротив, большим уважением пользуются те, кто сумел “не попасться”. Судимость для них синоним никчемности человека, знак того, что связываться с ним не стоит.

Авторитет у китайцев определяется количеством связей в правоохранительных органах и властных структурах. Так что никто не гарантирует, что бизнесмен из китайского фильма, волей сценариста гуляющий по Дальнереченску под руку с мэром этого города, не является одним из главарей оргпреступности. Во всяком случае, знакомства у него — на зависть многим “крестным отцам”.