Какая песня без баяна?

Его «послужной» список – более 300 песен. 20 лет руководил ансамблем народов Дальнего Востока. А уж концертов дал по всей стране – не сосчитать. Но слава композитора меряется не количеством, а качеством. Николая Губина знают, любят, поют.

18 окт. 2002 Электронная версия газеты "Владивосток" №1252 от 18 окт. 2002

Его «послужной» список – более 300 песен. 20 лет руководил ансамблем народов Дальнего Востока. А уж концертов дал по всей стране – не сосчитать. Но слава композитора меряется не количеством, а качеством. Николая Губина знают, любят, поют.

Еще в 1967-м он подружился с Сашей  Заволокиным. Тот приезжал в Находку записывать свою передачу «Играй,  гармонь!»  Губин своими песнями открывал концерт.  Песни – все о людях. Хотя сложный край – Приморье. Николай Александрович шутит: «Мини-Советский Союз, столько тут разных национальностей понамешано».  Но народная душа – едина. Бывало, в селе или небольшом городе послушать его выступление соберется полный зал, и после первых же песен начинают подпевать. А концерт длится два-три часа. Губин сделает паузу: «Ну вот эту точно не знаете». Развернет баян, начнет петь, и зал подхватывает.

Что интересно, песня живет гораздо дольше, чем человек. Это в общем-то прописная истина. Но проверенная. В 1970-х крайком партии направил Николая Губина в ансамбль народов Дальнего Востока. И он уехал из Приморья в Коми АССР почти на 30 лет. Отработал более 20 лет, потом – в свободное плавание. Благо – знакомых и друзей по всей стране. Потом осел в Москве, но своих из Приморья не забывал, позванивал.

В 97-м Борис Максименко,  руководивший тогда Приморской телерадиокомпанией, позвал Губина назад: «Коля, срочно приезжай, пропадает народная песня. Годы уходят,  скоро мы все уйдем…» «Как чувствовал», - вздыхает Николай Александрович.

Тогда он по-солдатски быстро собрался, в чемодан нехитрые пожитки положил - и бегом на поезд. Подходит к вагону, а проводницы поют тихонько «Мети, метель вишневая». Бригада приморская оказалась. Он спросил, что за песня. Ему ответили – нашего композитора Николая Губина. Наш композитор не стал признаваться, что Губин и есть. Знак?

А в Приморье спешил, знал точно, что здесь талантов народных – несметное число.  И песня для многих – как воздух, особенно для глубинки. Нет уже с нами ни Максименко, ни Заволокина. Но Николай Александрович вспоминает их. Сашина передача «Играй, гармонь!» была незатейлива, безыскусна, а успех имела огромный.  Песню «От печки до печки» пела вся страна. Вспоминает праздник, который его попросили организовать в г. Спасске-Дальнем три года назад, «Любовь моя, гармонь-тальяночка». В центре города собралось около 500 человек. Концерт шел больше трех часов. После него народ не стал   расходиться. Люди развернули скатерть-самобранку с нехитрой снедью, кто-то и бутыль с самогоночкой достал, и устроили народное гулянье.

У Губина давно была мысль - дать народному творчеству трибуну. Но возможность появилась только сегодня. И с весьма неожиданной стороны, как признался Николай Александрович.  Первый фестиваль «Приморский берег», проведенный краевой филармонией в сентябре этого года, собрал таланты из городов и сел Приморья. Пели его песню «И с моим океаном, и Россией моею неразлучно и вечно Приморье мое…» Символично, ее композитор написал много лет назад. А звучит она сегодня, когда многие считают Дальний Восток отрезанным ломтем.  После фестиваля Губин поделился своими замыслами с руководством филармонии. Решили создать коллектив народной песни, который возглавит Николай Александрович.  

Впрочем, пока Губин - свободный художник. Получает огромное количество писем со стихами, просят сочинить музыку. Бывает в Москве и Санкт-Петербурге. На «Ленфильме» снимается сериал о таможне с рабочим названием «Залив Америка». Николай Александрович согласился работать над фильмом.

Вместо ответа на вопрос «Актуальна ли сегодня народная песня?» рассказывает историю. Как-то на одном из концертов, где он пел о событиях на острове Даманском, вышли на сцену мужчины: «Мы там были, знаем эту песню. Играй…» Губин играл, а они пели. Пять раз подряд: «Просто мы остались на Даманском, островке единственном для нас».