Губернатор Наздратенко встретился с журналистами «В»

Во вторник губернатор Приморья Евгений Наздратенко посетил редакцию газеты «Владивосток» и в течение трех часов отвечал на вопросы журналистов.

24 апр. 1997 Электронная версия газеты "Владивосток" №125 от 24 апр. 1997

Во вторник губернатор Приморья Евгений Наздратенко посетил редакцию газеты «Владивосток» и в течение трех часов отвечал на вопросы журналистов.

Разговор коснулся практически всех основных проблем политической и экономической жизни Приморья, а также личной жизни самого губернатора.

«Зачем вас вызывает Чубайс в Москву?» - был первый вопрос.

«Самое смешное, что этого я сам не знаю, - ответил Евгений Наздратенко. - Говорят, якобы по ОРТ прошло, что он хочет поговорить по угольной проблеме. Но пока я с ним никакого разговора не имел... Хотя мы с вами сделали очень такой шаг в Приморье... Мы вывели три угольных разреза и назвали их «Приморскуглем». Хотя, я думаю, что на этом не остановимся и дальше будет идти реорганизация угольных моментов. Я бы хотел, чтобы создан был ЛуТЭК, что в три раза понизит стоимость угля на Лучегорском разрезе. В три! Не в два, не в полтора, а в три! И даст, естественно, понижение составляющих киловатт-часа. Семь шахт ушли на реструктуризацию - вот на этот Валютный фонд. Два подразделения ушли в «самостоятельное плавание». Хотя есть технические предприятия, есть предприятия контроля - ну, там масса контроля всякого под землей - они будут работать на договорных отношениях с другими горнодобывающими предприятиями. Это то, что мы сделали».

Далее речь пошла о ситуации в топливно-энергетическом комплексе Приморья. На вопрос, представляет ли администрация Приморья, как создать ЛуТЭК - с организационной и правовой точки зрения, губернатор ответил: «Очень сложно. Вот так, как примерно рассыпали мы их по частям, и потом я три года собирал. Вот лучше бы не проводить то, что провели - реорганизацию: когда сделали из единого угольного разреза транспортную развязку - отдельно, строящийся участок - отдельно, добычной участок - отдельно. И если кто был тогда со мной на угольной разрезе, когда прилетал Большаков, я задал вопрос двум людям с известными вам фамилиями - Козлов и Швец (генеральный директор Приморской ГРЭС и генеральный директор Лучегорского угольного разреза. - Ред.): вы где встречаетесь и разговариваете по поводу того, какой уголь нужен? Они говорят: нигде. Иногда встречаемся в поселке, иногда - в магазине, иногда - у гаражей. Это еще что за ужас? И они правы - и те и другие: они акционеры, никто никому не обязан. Поэтому часть лучегорского угля минувшей зимой продавалась в Хабаровск, хотя у самих треск стоял".

«Значит, о создании ЛуТЭКа пока идут одни лишь разговоры?»

«Нет, опять немножко не так, за эти три года я достаточно много пережил, чтобы все собрать. Скажите, сколько там сегодня акционерных предприятий? Два. Ну а было четыре. Мы собрали железную дорогу, строящийся комплекс и добычной - и сделали из трех один. Это было много судебных тяжб и прочее, потому что часть акций вышла из-под контроля этих предприятий - их купили люди, кто просто хотел купить эти акции. Нам было очень тяжело, и с Госкомимущества мы немало бились. Но мы все сделали. Теперь осталось объединить два предприятия. У шахтеров есть головной институт в Новосибирске, мы ему оплатили проект создания ЛуТЭКа, как это сделать с правовой точки. Это очень непросто, тут вы правы».

Столь же обстоятельно губернатор ответил на другие экономические вопросы: по поводу создания корейского технопарка на территории СЭЗ «Находка» («мы и так вложили 2,5 миллиарда долларов в экономику Кореи, создавая там рабочие места»), по недавно принятому закону «О разделе продукции» («я не очень себе представляю, как тянуть газовый трубопровод через Терней, Дальнегорск - мы взорвем экологию"), по поводу строительства атомной электростанции в Приморье («склоняюсь ли я к атомной энергетике под давлением такого кризиса - я считаю, да: часть локальных АЭС я бы поставил»), распределения квот на добычу рыбы и морепродуктов («я слежу за каждым рублем, поступающим от продажи квот»), о взаимозачетах с федеральным бюджетом («казалось бы, создали идеальный механизм, но из него вышло несколько городов, у которых на бумаге был положительный бюджет, а к концу зимы все-таки в краевую администрацию обратились - замерзаем. Но правительство может сделать взаимозачет всему краю, а не одному городу»), а также о перспективах развития в Приморье горнорудной промышленности - необходимо вернуть выкупленный иностранцами свинцовый завод в Рудной Пристани, и тогда можно возрождать отрасль.

Губернатор Приморья в очередной раз обратил внимание журналистов на то, что он оказался прав, когда еще три года назад говорил о необходимости остановить повальную приватизацию и рост энерготарифов, что - как и следовало ожидать - привело к развалу экономики.

С явной неохотой губернатор выслушал вопросы, касающиеся взаимоотношений краевой администрации и мэрии Владивостока, о чем свидетельствует приведенный ниже отрывок беседы:

- Расскажите о взаимоотношениях с мэрией.

- Не хочу.

- Могут ли они, на ваш взгляд, нормализоваться?

- Друзья, я не могу.

- Но мы живем во Владивостоке, и конфликт между...

- Да не было никогда - ни в один год, ни в один день - у меня конфликтов ни с жителями города, ни с мэрией Владивостока...

- Лично у вас, может быть, и нет, но на уровне органов власти.

- Да нет на уровне органов власти и не было никогда. Все вице-губернаторы работают, председатели комитетов работают. Нефть ночью (для обеспечения зимой городских ТЭЦ топливом. - Ред.) возили специалисты края. И нет такого, даже вопрос стоять не может. Он возник благодаря московской прессе, мол, противостояние. Да в чем оно заключается, это противостояние? Но когда один заявляет, что он на связи с космосом, заявляет, как электроэнергию перевозить по шпалам или по рельсам... И что, мне ответственным быть за все это?..

Касаясь вообще ситуации в здравоохранении края, губернатор рассказал о предстоящих кадровых перестановках в администрации и лечебных учреждениях, а также об укреплении материальной базы служб скорой помощи.

Достаточно откровенно губернатор ответил на вопросы о его личной жизни. Он сказал, что его сыновья учатся в местных университетах, а плату за их обучение внесли «ДВМП» и «Приморскнефтепродукт» - «ну я просил, конечно». Что охотиться - особенно на слонов - не любит («один раз я выезжал в тайгу, несколько выстрелов сделал и, к сожалению, попал: это был олень...»). Что отдыхать предпочитает «примитивно: попозже встать, в этот день не бриться, почитать книгу и снова заснуть». Что во время недавнего своего отпуска «за 11 дней сменил 7 гостиниц, посмотрел Киото, хотя дождь был проливной, посмотрел древнюю столицу Кореи, но в Африке не был - ни с ружьем, ни без».

На вопрос, хотел бы Наздратенко оставить после себя что-то запоминающееся во Владивостоке, подобно берегу здоровья, созданному при Ломакине, или путепроводу, достроенному Толстошеиным («а кто 6 миллиардов ему для этого дал?!»), губернатор привел много примеров того, как администрация края заботится о воспитании молодого поколения, которое будет определять нашу жизнь через 10-20 лет: это и всевозможные стипендии, и конкурсы мастерства, и восстановление детского лагеря отдыха «Океан», и пр.

На встрече поднимались также проблемы демаркации российско-китайской границы, сохранения памятников истории, развития культуры в крае, соблюдения свободы вероисповедания и свободы печати, доступа журналистов к архивным документам и коррупции в краевой администрации («я не могу сказать, что этого нет - аппарат большой»). В некоторых случаях откровенность губернатора стимулировалась журналистским обязательством принять информацию к сведению, то есть «не для печати». В целом же губернатор постарался объяснить журналистам собственное понимание краевых и государственных проблем, а также обоснованность принимаемых администрацией решений. «Я не осуждаю никого, я просто рассказываю, как жизнь строится - грустно», - сказал Е. Наздратенко.

Следующая подобная встреча с журналистами «В», предположил губернатор, состоится не раньше, чем через два года.