Страна, которая обостряет чувства

В среде русской диаспоры в Австралии ходит байка: первыми на далекий континент задолго до английских исследователей пришли русские мореходы. Вымотанные долгим переходом и штормами, потерявшие большую часть экипажа, они высадились на пустынный берег, оказавшийся слишком скудным и неприветливым. С трудом вернувшись домой, они написали доклад императрице: земля та непригодна для жизни. И пошли… осваивать Сибирь.

12 июль 2002 Электронная версия газеты "Владивосток" №1198 от 12 июль 2002

В среде русской диаспоры в Австралии ходит байка: первыми на далекий континент задолго до английских исследователей пришли русские мореходы. Вымотанные долгим переходом и штормами, потерявшие большую часть экипажа, они высадились на пустынный берег, оказавшийся слишком скудным и неприветливым. С трудом вернувшись домой, они написали доклад императрице: земля та непригодна для жизни. И пошли… осваивать Сибирь.

Разные русские

Нынешнее поколение русских эмигрантов давно оценило здешний мягкий климат вечного лета и спокойствие размеренной, комфортной жизни. Да, русских в Сиднее много, но они из разных поколений. Старики, что приехали еще в 30-е годы, потом – волна послевоенной эмиграции, наконец, самые ловкие перестройщики, рванувшие сюда уже в 90-е. Поколения эти почти не общаются друг с другом. Менталитет совсем разный. Судьбы тоже. И даже язык… Говорят, самый чистый русский – у харбинцев, в Сиднее у них свой клуб.

А вот – молодые персонажи. Саша Савочкин в России был хорошим врачом-реаниматологом, защитил кандидатскую, пять лет назад продал все и уехал в Австралию. Про медицину пришлось забыть – наш диплом там не считается. Выучил английский, устроился в одну из телефонных компаний. Толковый, коммуникабельный, дослужился до высокой позиции – второе лицо в фирме. Легко уезжал – в России ни семьи, ни детей, легко живет – в Австралии тоже ни семьи, ни детей. Работа, спорт для здоровья, немного вина вечером, любовь без привязанностей, а наутро – опять работа. Впереди – покупка дома. Вот только не надо с ним о высоком – извечные российские самокопание и рефлексия не для него.

Другое мироощущение у его ровесницы Марины Самоненко из Киева. В Сиднее она преподает компьютерные технологии в престижном колледже бизнеса и технологий. Выехала по «визе специалиста» - подавала на конкурс и прошла. «Мой случай – скорее исключение, чаще русские заняты неквалифицированным трудом», - рассказывает Марина. Ее муж, в прошлом инженер Чернобыльской АЭС, тоже востребован с руками и ногами, даже несмотря на то, что так и не освоил толком английский. Дочка оканчивает школу, собирается поступать в университет – у родителей теперь хватит денег на ее обучение. «Признаться, ритм жизни здесь мало отличается от того, как мы жили в России: стандартная нагрузка в колледже – 20 учебных часов в неделю, я беру 40. Прихожу поздно, ужин, подготовка к занятиям, а с утра все сначала. Изредка – театр. Быт? Ничуть не легче, те же магазины и плита, а что может быть по-другому? У меня никакого комфорта на душе. До боли в сердце скучаю по Киеву, уже примерялись купить там квартиру… Но теперь на повестке дня – обучение дочери. А там посмотрим…»

Что-то стало жарковато

Для нашей команды – группы журналистов российских газет - любопытной оказалась встреча в редакции русской газеты в Сиднее «Горизонт». К слову, в Австралии издается несколько русских газет. Но, скажем, «Единение» предпочитают читать «старые русские», она и выходит с 1918 года. «Горизонт» создан девять лет назад, его аудитория – вновь прибывшие. И задачи – помочь им адаптироваться, найти работу, привыкнуть к здешним традициям. «Если «Единение» во многом газета, полная ностальгии по России, то слоган «Горизонта» - «Об Австралии по-русски», - говорит издатель газеты, выходец из Узбекистана Семен Пинчук. - Ностальгия гложет тех, кто не нашел себя здесь, но среди русских много успешно устроившихся в жизни – юристы, бизнесмены, строители, им некогда печалиться. Окончательно ностальгия уходит, когда послушаешь ваши новости – положение пенсионеров, Чечня…»

Хлеб здешних журналистов нелегок, их, как, впрочем, и всех репортеров в мире, ноги кормят: минимальный штат, небольшие зарплаты, ежедневный поиск рекламодателей, борьба за тираж. В разговоре с нами забавно мешают русские и английские слова:

- Мы являемся лидерами на маркете, наши журналисты знают менталити и наших бабушек, и молодежи, люди читают нас и имеют респонс. Наши дети и внуки ходят в русскую школу, правда, гавермент пытался уменьшить русский язык, но пока… Да, кстати, в Мельбурне большая русская комьюнити, здесь мы не такие организованные…

Шерсти клок

Офицер английского флота 200 лет назад здесь неплохо устроился, отгрохав солидное по размерам семейное гнездышко и ферму. Сегодня по обширному имению гуляем мы – десяток туристов из разных стран мира.

У имения романтичное название - Gledswood. Две сотни лет фазенда переходила от потомка к потомку, а не так давно ее купила госпожа Тереза Тестони, славная, мягкая такая бабушка с железным взглядом и деловой хваткой. В прошлом, между прочим, мэр города, а нынче пенсионерка по нашим меркам. Когда мясное и шерстяное хозяйство перестало приносить приличный доход, мадам с сыновьями перепрофилировала его в блестящий туристический объект. Тем более что в доме скрупулезно сохранен интерьер в колониальном стиле – начиная с ночного горшка начала XIX века, супружеской постели под пологом на высоченных ножках, дабы крысы не донимали, и кончая потолками гостиной из красного кедра, сработанного умельцами без единого гвоздя.

Мадам Тестони говорит, что русские у нее в гостях впервые. Лично проведя по дому, она передает нас в руки «экскурсоводов» - служанки в стилизованном платье и чепце и колоритнейшего пастуха Ника. С четырьмя зубами и нереально длинным носом, в прошлом действительно настоящий пастух, Ник оказывается просто виртуозным артистом от природы. Программа продумана до мелочей: он кипятит чай в огромном котле на костре, сопровождая действо тясячей подробностей из жизни бушменов, потом заваривает его листьями эвкалипта. Чай разливает в огромные железные кружки. А под деревянным навесом висит натуральный дырявый таз! Да любой наш деревенский дом мог бы стать просто туристической меккой! Потом мы кормим лепешками кенгуру, доим корову, учимся бросать бумеранг, который почему-то упорно вонзается рогом в землю.

А потом Ник приглашает нас на настоящее шоу – стрижку овцы. О, я думала, это так просто, а оказалось... Шерстяная шуба овцы должна быть сбрита одним ровным ковром, только тогда она станет тонкорунной нитью! Причем за рабочую смену пастух должен побрить несколько сотен овечек, чтобы получить свою трудовую копейку. Между прочим, с гордостью сообщает Ник, Австралия победила в последних международных соревнованиях по стрижке овец, и рекорд победителя составил 411 штук за 8 часов. Однако гвоздь программы – когда Ник предлагает побрить овечку зрителям. Я выхожу на «подиум», включаю электрическую машинку наподобие той, что есть в мужских залах парикмахерских, и дрожащей рукой начинаю процесс. Знала бы, что придется представлять отечество на международном уровне, потренировалась бы дома на коте…

Муля, не нервируй меня

Дорога от Сиднея к имению Гледсвуд занимает час на машине. Два века назад скарб офицера английского флота везли сюда на телеге почти три недели. Не стоит даже говорить, наверное, что дороги здесь отменные. Изюминка в другом: порядок на шоссе каким-то невероятным образом поддерживается без наличия полицейских. Правда, время от времени на обочине встречаются фотокамеры, которые фиксируют превышение водителями скорости. Потом по вашему адресу просто придет квиток на штраф. Но вот что потрясает: незлобивые австралийцы, дабы зря не нервировать водителя, за полкилометра до каждой камеры выставили гигантские щиты с предупреждением: «Внимание, скоро – камера». Я обожаю их «ГИБДД»!

Кстати, видеокамеры стоят и на станциях наземного метро Сиднея. Русские школьники, которые учатся в Скоттс-колледже, рассказали историю, как, разъезжаясь после уроков по домам, пацаны устроили на перроне «перестрелку» школьными завтраками – бананами и сэндвичами. Уже наутро полная запись «боя» и летающих продуктов была продемонстрирована директору колледжа. Неделю провинившиеся школяры слушали нотации про недостойное поведение, которым они посмели запятнать честь их всемирно известной школы…

А девкой был бы краше

 В Австралии проституция легализована. При этом, прямо скажем, профессию престижной не назовешь, и соответствующие кварталы полны мрачных персонажей, обкуренных молодых людей и зазывал размером со шкаф, которые за пять долларов предлагают исполнение всех грез… Может, самое интересное и впрямь таится за этими мигающими иллюминацией витринами, но тот «товар», что выставлен лицом, прямо скажем, не свеж, потаскан и дрябл. Мы дефилируем вдоль знаменитого квартала и вдруг все независимо от пола застываем от восхищения: на ступеньках богатого заведения две роскошные красотки! Ну наконец-то! Статные, прекрасно сложенные, с упругой обнаженной грудью и голливудскими улыбками. «Учтите, это транссексуалы, в смысле - мужики», - предупреждает наш гид Вадим, который давно живет и учится в Сиднее. В дружном хохоте мужской половины группы мне слышится не столько брезгливость, сколько гордость за мужскую породу. Да уж, и тут обскакали!

Юг притупляет мысли и обостряет чувства

«Ну и местечко! Ни севера, ни запада, ни востока! Всюду – юг», - восклицал герой одного фильма. В Австралии это чистая правда. И если бы не жесткие статистические данные о том, что здесь на высочайшем уровне развивается производство не только шерсти, мяса, но и электроэнергии, автомобилей, металла и прочего серьезного, можно было бы подумать, что австралийцы вообще не работают, а ходят полуобнаженные и расслабленные, в шортах и майках, блаженно жмурясь на жаре. В принципе, деловые российские партнеры подтверждают: не назначайте австралийцам бизнес-встреч в пятницу после обеда, потому как в это время душой они уже на пикнике, на пляже или в одном из многочисленных ресторанчиков… Но вот поди ж ты – гигантская машина всей жизни отлажена и впрямь безупречно, коли результат – комфорт и безопасность.

 Между прочим, 70 процентов территории континента непригодно для жизни людей, а только ящериц и ядовитых пауков – пустыня…

И все же австралийцы научились благословенному умению: не живут, чтобы работать, а работают, чтобы жить и получать от жизни удовольствие, наслаждаться любовью, вкусной едой, роскошным вином, спортом, танцами. Говорят, правда, что материально благополучные австралийцы нищие духом. Словом, кабы к нашей духовности да их климат и вкусное отношение к жизни – получилось бы самое то…

Редакция «В» благодарит компанию Students International за организацию поездки в Австралию.