Судебная сделка

На этой неделе произошла тихая ползучая юридическая революция, причем в нашу пользу. С 1 июля вступили в силу несколько фундаментальных актов: новый Уголовно-процессуальный кодекс и новый Кодекс об административных правонарушениях, закон “О государственной регистрации юридических лиц” и парочка законов «помельче» – о гражданстве и об адвокатской деятельности.

5 июль 2002 Электронная версия газеты "Владивосток" №1194 от 5 июль 2002

На этой неделе произошла тихая ползучая юридическая революция, причем в нашу пользу. С 1 июля вступили в силу несколько фундаментальных актов: новый Уголовно-процессуальный кодекс и новый Кодекс об административных правонарушениях, закон “О государственной регистрации юридических лиц” и парочка законов «помельче» – о гражданстве и об адвокатской деятельности.

У того, кто будет все эти новые законы изучать, не останется времени их нарушать.

Начнем с простого - с закона про адвокатов. Он подводит к тому, что и так известно: закон защищает каждого, кто может нанять дорогого адвоката.

Чуть хитрее закон о регистрации юридических лиц. С 1 июля многие предприниматели забудут дорогу в отделы регистрации при местных администрациях. Местные чиновники теряют не только поступления от сборов, которые они зачастую самовольно вводили, но и своеобразный административный рычаг.

Интересно также, что в течение полугода все прежде зарегистрированные фирмы должны будут представить в налоговую инспекцию свежую информацию о себе или они будут исключены из Госреестра. Мало кто обратил внимание на то, что новый закон не только облегчает жизнь предпринимателям, но и работает на укрепление вертикали власти. Его цель - не только упрощение процедуры регистрации предприятий, но и усиление контроля за бизнесом. МНС надеется избавить бизнес от подставных фирм.

Такие фирмы создаются зачастую по подложным документам для проведения одной – двух финансовых операций, после чего хозяева фирмы растворяются, а сама фирма обрастает недоимками по платежам в бюджет.

Одна из проблем отечественного бизнеса – регистрация фирм по утерянным паспортам или по документам на подставных лиц и по несуществующим адресам. Теперь все документы будут проверяться по милицейской базе, и тот, кто подает в налоговую инспекцию информацию об учредителях, будет нести за нее персональную ответственность вплоть до уголовной.

В административном кодексе нас, потенциальных правонарушителей, прежде всего интересуют новшества, связанные с нарушением правил дорожного движения.

Итак, ныне запрещено сотрудникам ГАИ взимать штрафы на месте. Нечто подобное было при советской власти. Тогда у нарушителя изымали права и отправляли его в сберкассу уплатить штраф. Теперь отбирать водительское удостоверение в качестве залога запрещено. Разработчики этого положения считают, что оно направлено «против взяточничества». Но мне кажется, что взяточники - не такие дураки, чтобы потерять свой «заработок». Что нам, потенциальным нарушителям, предлагают взамен? Тот же штраф плюс потеря времени. Теперь сначала будет составляться протокол о ДТП, затем он будет рассматриваться в отделении ГАИ. И что, много у нас шансов поспорить с протоколом? Ведь такой вариант предлагается и сейчас: если не согласен с мнением инспектора, можешь выбрать вариант путешествия по кругам гаишного ада - протокол, комиссия, суд, расходы на адвоката. Процедура – страшнее наказания.

Больше всего приятных сюрпризов содержится в новом УПК.

Его разработчики исходят из того, что народ больше всего доверяет судам. И судьи – самая честная, неподкупная, независимая и высококвалифицированная часть всего юридического сообщества. А как же иначе? Совсем нет жалоб на то, что судья при исполнении кому-то отбил почки, вломился в квартиру, подбросил улики или, напротив, их уничтожил.

К тому же только судебный процесс идет гласно и состязательно. И приговор всегда можно оспорить, и каждое слово на суде протоколируется и т. д.

Так что с 1 июля судьям доверяется выносить решение о задержании подозреваемого на 48 часов, а потом еще на 72. Судебный контроль вводится на всех этапах предварительного следствия. Теперь суд дает санкции на содержание под стражей, обыск, прослушивание телефона и т. д.

Но, на мой взгляд, более важным является положение о том, что суд теперь не вправе отправлять дело на доследование. Если в суде вина подозреваемого не доказана, то ему выносится оправдательный приговор.

Вводится и совсем новинка для постсоветского законодательства: «судебная сделка». В случае, когда речь идет о преступлении не очень тяжком, подозреваемый, написав «чистосердечное признание» или явившись с повинной, может значительно облегчить свою судьбу, коли он такой совестливый. Это освобождает правонарушителя от предварительного следствия, а суд сразу назначает ему наказание: либо отбывание срока заключения в колонии, либо денежный штраф. Причем, в поощрение, срок будет назначен в две трети от максимального.

Кодекс упраздняет народных заседателей, мирно дремавших справа и слева от судьи, вводит мировые суды и повсеместно - суды присяжных. Суды присяжных запугать или купить труднее, чем судью. Но самое сложное - присяжных выбрать и заставить их ходить не на работу, а в суд. Приговоры по особо тяжким преступлениям, прежде всего против личности, может выносить только суд присяжных. Сейчас такие суды действуют лишь в девяти из 89 российских регионов.

Федеральный судья будет вести дела о преступлениях, максимальное наказание за которые не превышает десяти лет лишения свободы. Мировой судья будет судить тех, чьи преступления не тянут больше, чем на три года заключения.

Но самое интересное для нас, для журналистов и для публики, в следующем. При всех судах рекомендовано создать пресс-центры. На специальном семинаре для судей председатель комиссии Совета судей РФ Алимжан Шаймердянов заявил: ”С начала процесса реформирования судебной системы России, примерно с 1991 года, судейское сообщество занимало пассивную позицию в отношениях с прессой, предпочитая общаться с нею, читая газеты. Когда настали более открытые времена, судьи почему-то ждали, что работники СМИ придут к ним первые и спросят, как надо писать. И будут писать то, что хочет суд. Тогда мы и получили настоящий удар от средств массовой коммуникации, которые стали писать то, что хотели, и далеко не всегда были объективны. А зачастую прибегали к прямому давлению на суд».

Шаймердянов пообещал, что судьи повернутся лицом к общественности: «Судья - лицо независимое, и, конечно, никто не может вынудить его отчитываться перед кем бы то ни было за то или иное решение. Но судья может на добровольной основе, когда посчитает нужным, объяснить прессе, почему он принял такое решение, вынес такой приговор. Это можно сделать визави, можно на пресс-конференции. Надо быть ближе к народу. Чем более открыта информация из суда, тем меньше у средств массовой информации возможностей для намеренного или ненамеренного искажения. Тем больше доверия к суду у граждан”.

Что ж, подождем хотя бы полгодика, чтобы понять, как новые законы и кодексы реально впишутся в нашу жизнь.