Буря в стакане воды

Любое торжественное событие, юбилейный концерт или фестиваль не могут обойтись без ведущих. По традиции это ОН и ОНА. Слаженный тандем людей обаятельных, популярных в народе. На церемониях закрытия и открытия ХIII «Кинотавра» такими ведущими были Михаил Ширвиндт и Юлия Бордовских.

28 июнь 2002 Электронная версия газеты "Владивосток" №1190 от 28 июнь 2002

 Любое торжественное событие, юбилейный концерт или фестиваль не могут обойтись без ведущих. По традиции это ОН и ОНА. Слаженный тандем людей обаятельных, популярных в народе. На церемониях закрытия и открытия ХIII «Кинотавра» такими ведущими были Михаил Ширвиндт и Юлия Бордовских.

Их сценический дуэт, за время фестиваля плавно перешедший в более интимный, стал поводом для скандальных событий…

На легкий курортный адюльтер кинотавровцы за 13 лет своего существования всегда смотрели сквозь пальцы. Более того, создатель фестиваля Марк Рудинштейн открыто приветствует эйфорию любовных отношений или ни к чему не обязывающий флирт, возникающий то там, то сям под южным солнцем.

Удачно сложившиеся супружеские пары, детки, народившиеся через девять месяцев после «Кинотавра», - цвет и гордость фестиваля, кроме шуток.

Между тем союз Ширвиндт – Бордовских наделал много шума. Внезапно за день до закрытия на «Кинотавре» появился Ширвиндт-старший. Есть предположения, что он пытался исправить далеко зашедшую историю, в которую попал его сынок… Но, увы, процесс, как говорят, пошел.

Александр Ширвиндт обожает своих внуков, крепкая некогда семья сына была поводом для гордости. Свою невестку, Татьяну Морозову, известную широкому зрителю стройную брюнетку, экс-танцовщицу трио Бориса Моисеева «Экспрессия», Александр Анатольевич просто боготворил. Все смешалось в доме художественного руководителя Театра сатиры…

Эта история стала достоянием фестивальной публики благодаря публикации в «Комсомольской правде». Обложку той злополучной «толстушки» украшал интригующий заголовок: «Ширвиндт-младший уходит от жены к Юлии Бордовских?».

Газета попала в руки фигурантов статьи в день вылета участников фестиваля в Москву. Боже, что тут началось! Миша метал громы и молнии. Его друг режиссер Тигран Кеосаян со свойственным ему темпераментом словесно буквально распял сплетницу-журналистку. Коллеги по перу предупредили виновницу назревающего скандала. Надев темные очки и пиджачок с чужого плеча, она забилась на заднее сиденье автобуса, увозившего кинотавровцев в аэропорт. Но по странному стечению обстоятельств места в самолете у пострадавших и их обидчицы оказались в одном ряду через проход. Салон самолета с незапущенным двигателем содрогнулся, как при выбросе шасси. Стюардессы пытались усадить и пристегнуть к креслам буйствующую группу поддержки во главе с горячим Кеосаяном. Над головой журналистки в клочья разлетались газетные страницы. «Откуда ты взяла эту информацию? Кто дал право лезть в чужую жизнь, чужую постель?»…

Журналистку спасло чудо: в ее диктофоне оказалась та самая пленка с записью беседы с Марком Рудинштейном, в которой он поведал журналистке, что нынешний «Кинотавр», следуя своим традициям, создал еще одну пару: Ширвиндт – Бордовских. И дай им бог!..

Страсти сами собой улеглись. А вот достанется ли Рудинштейну за неаккуратные откровения с «акулой пера» - история пока умалчивает.