Займемся любовью в широком смысле этого слова

В семнадцать лет все говорят и думают о сексе. На самом же деле ждут любви – той самой, первой, большой и настоящей… Эти размышления легли в основу фильма Дениса Евстигнеева «Займемся любовью», который был представлен в основной конкурсной программе на тринадцатом открытом российском кинофестивале «Кинотавр».

28 июнь 2002 Электронная версия газеты "Владивосток" №1190 от 28 июнь 2002

В семнадцать лет все говорят и думают о сексе. На самом же деле ждут любви – той самой, первой, большой и настоящей… Эти размышления легли в основу фильма Дениса Евстигнеева «Займемся любовью», который был представлен в основной конкурсной программе на тринадцатом открытом российском кинофестивале «Кинотавр».

Киножурналисты обрушились на режиссера, обвиняя его, взрослого мужчину, в заигрывании с поколением next. Впрочем, Денису Евгеньевичу не привыкать. Его предыдущие фильмы «Лимита» и «Мама» в свое время тоже стали поводами для дебатов.

Наша встреча с режиссером Денисом Евстигнеевым состоялась сразу после просмотра фильма, но разговор, как водится, коснулся разных тем.

- Денис, скажите, надо ли расценивать название фильма как несколько лобовой призыв, обращенный к молодежи?

- Здесь скорее игра слов. Ведь из сюжета становится очевидным, что секс как самоутверждение, но без любви терпит фиаско. Займитесь любовью – читай – найдите свою любовь… Остальное придет само собой.

- Есть такое мнение, что режиссер так или иначе снимает кино про свою жизнь?

- Представляете, насколько должна быть интересна твоя собственная жизнь, чтобы возникла потребность ставить о ней фильм? Кино – это история про других людей. И самому мне интересны такие фильмы, которые смотрю, открыв рот, забывая о режиссуре, о сценаристе, об операторе. Чей-то жизненный опыт привлекательнее на уровне эмоций, а не биографических подробностей.

- Тем не менее часто ли вам в связи с фильмом задают вопрос о сексуальном опыте вашей юности?

- Часто… У меня, знаете, опыта похождений героя моего фильма не было. И время нам выпало другое, и условия игры. Но ожидание, потребность, поиск – эти элементы, конечно, пережил, как все юноши.

- Действие фильма разворачивается в общежитии с обшарпанными стенами, допотопными кроватями с металлическими спинками. Скажите, это было обязательно - погружать героев сюжета в такие условия проживания?

- Я не знаю, как обстоят в этом плане дела во Владивостоке – не бывал, а про Москву могу сказать. Перед началом съемок мы отсмотрели штук двадцать общежитий – хороших вузов, скромных учебных заведений, но ничего более унылого, безрадостного я в своей жизни не видел. У меня осталось светлое чувство к вгиковской общаге. Там было весело. Но я зашел туда нынче и ошалел. Это просто кошмар. Мы построили павильон для съемок под впечатлением увиденного. И то приукрасили его. Бытовки оклеены картинками, в коридоре на стенах граффити. Зайдите во Владивостоке в любое общежитие и сравните свои впечатления от фильма с действительностью…

- Вас интересует дальнейшая судьба актеров, открытых вами?

- Мне небезразлично, как сложится их творческая судьба, хотя никаких контрактных отношений мы не оформляем. Тем не менее я рад за исполнительницу роли Лизы (студентку факультета иностранных языков), которую уже пригласили в новую картину.

- Денис, а чем живет режиссер от фильма до фильма?

- После банкета по случаю выхода фильма на меня наезжают страхи о надвигающемся простое, о неизбежном вакууме. Вдруг делается жутко, что никуда не надо спешить, звонить, кого-то теребить. Тут и до депрессии недалеко. И лишь когда это состояние разрешается хотя бы намеком на новый сюжет – отпускает.

- Не пробовали в качестве снятия подобного стресса заняться телесериалами?

- Я их, честно говоря, побаиваюсь. Я предпочитаю скрупулезность в работе. В сериалах этого не предполагается. Как говорит Валера Тодоровский, последнее время работающий телепродюсером: «Не получился кадр? Снимаем дальше. Следующий получится…» Это же поток! А для меня важно добиться максимального в каждом кадре.

- И театральная режиссура вас, сына одной из лучших женщин-режиссеров, не привлекает?

- Я, конечно, рос закулисным ребенком, но не смирился с театральной мерой условностей. Может быть, это и примитивное объяснение, но, как киношник, я понимаю, что герой должен входить в настоящую дверь, а не в предполагаемую…

- Уж коль скоро мы упомянули ваше детство: легко ли вам жилось как сыну знаменитых родителей? (Отец Дениса – актер Евгений Евстигнеев, мать – художественный руководитель театра «Современник» Галина Волчек.)

- В детстве, юности, честно скажу, комплексовал. Избегал появляться рядом с ними. И если отец подвозил меня до ВГИКа, то по моей просьбе высаживал за квартал. Наверное, это было проявление юношеского максимализма, период самоутверждения. Сейчас во мне живет нормальное чувство гордости за моих родителей…

- Какой вы человек в жизни?

- Я ленивый человек. Как в армии: пока второй раз не скажут – не шевельнусь. А вдруг рассосется?..

- А как отреагируете на просьбу друга?

- Нет, это уж слишком. Своих друзей, их не так много, я люблю. И убежден, что все лучшее в жизни делается друзьями. Тут армейские штучки не работают.

- Значит, ваши «пороки» в основном достаются жене?

- Катя - человек удивительно сдержанный. Может быть, потому что увлеченный своим делом.

- Я слышала, что Екатерина Гердт – известный в Москве дизайнер квартирных интерьеров.

- И не только квартирных. Она оформляет дизайн любых пространств: от витрины до выставочных помещений.

- Вы как-то соприкасаетесь с ее творчеством?

- О, да! Ее творчество массированно проникает в нашу жизнь. Мы уже два года перманентно находимся в состоянии «квартирного вопроса», говоря телевизионными терминами. Она перестраивает наше жилище в каком-то новом стиле. И все время, проведенное нами на «Кинотавре», в нашем доме сносили стены, стучали отбойными молотками… Мне трудно предположить, куда мы вернемся и что нас ждет в собственном доме. Лучший выход избежать временного дискомфорта – уйти в новую работу.

Давно отшумел банкет по случаю выхода на экраны фильма «Займемся любовью». Скажу больше, были подняты бокалы и за полученные фильмом призы - за лучшую мужскую роль второго плана и специальный приз жюри «Кинотавра». Но о новых задумках Денис Евстигнеев предпочел умолчать.