Спешите делать добро, или Письмо из Сан-Франциско

Один из принципов, которому я стараюсь следовать в жизни, - для себя ничего ни у кого не просить. Так жить легче. Ничего не просишь - ничего не должен. Для себя не прошу. Но я не одна. Есть родственники, друзья... А то, что сейчас большинство из них живет далеко от меня, ситуацию, в смысле моей ответственности, только усугубляет.

5 апр. 2002 Электронная версия газеты "Владивосток" №1148 от 5 апр. 2002

Один из принципов, которому я стараюсь следовать в жизни, - для себя ничего ни у кого не просить. Так жить легче. Ничего не просишь - ничего не должен. Для себя не прошу. Но я не одна. Есть родственники, друзья... А то, что сейчас большинство из них живет далеко от меня, ситуацию, в смысле моей ответственности, только усугубляет.

Началось все с телефонного разговора с моей подругой из Уссурийска. Она сообщила, что моя дальняя родственница - бабушка Вера заброшена всеми.

Восьмидесятилетняя старушка лежит сейчас в холодном, нетопленом доме, одна, под грудой грязных одеял. С фотографии моя бабушка смотрела на меня с бесконечной любовью...

Несколько часов промучившись, я звоню во Владивосток, в управление социальной защиты администрации края.

До этого мне не приходилось иметь никаких дел с социальным обеспечением, но почему-то думалось, что все будет долго. Наверное, понадобится куча документов, кому-то нужно будет отстоять кучу очередей, и много еще не знаю чего.

Но события дальше развивались невероятно стремительно. Делом начала заниматься Лилия Ивановна Мостовая - заместитель начальника управления. Уже на следующий день работники срочной социальной помощи в Уссурийске Лидия Антонова и Алла Белаш нашли мою двоюродную бабушку. Ее поместили в районную больницу в селе Борисовка. Теперь я звоню в Борисовку, получаю информацию от заместителя главного врача Ольги Николаевны Кравченко. С самой бабой Верой говорить не получится - она слышит очень плохо.

Конечно, по телефону я сказала «спасибо» пятьсот раз каждому, но хочется, чтобы и люди узнали, что начальник управления социальной защиты населения - не заоблачный чиновник, до которого ни достучаться, ни дозвониться, а человек, который живет среди людей и готов прийти к ним на помощь, и руководит он так, что все звенья его управления срабатывают четко и слаженно, и дотошные сотрудники социальной помощи в Уссурийске пришли проверить состояние бабушки второй раз (а могли бы не ходить). В результате – человек спасен. Мне пообещали, что когда бабу Веру выпишут домой, то кто-то из сотрудников социальной помощи Уссурийска будет контролировать ее состояние. И я в это верю. И ничего оригинального в конце сказать не могу, кроме самого обычного, человеческого: спасибо всем.