Белый, белый день…

Белый, белый день… Он длится бесконечно у Сергея Черкасова, который представит свою новую выставку в галерее современного искусства “Арка” 25 сентября.

3 апр. 2002 Электронная версия газеты "Владивосток" №1146 от 3 апр. 2002

Белый, белый день… Он длится бесконечно у Сергея Черкасова, который представит свою новую выставку в галерее современного искусства “Арка” 25 сентября.

К слову, экспозиция так и называется “Бесконечный день”. Что, в общем, отражает не столько сюжет, сколько процесс работы: художник буквально не расставался с кистью в течение последних месяцев. В “Арке” будут представлены 20 новых работ. Все тот же Владивосток, которому не изменяет Сергей Черкасов, любовно выписывая привычные уголки. С той лишь разницей, что на сей раз он вышел очень светлым, почти белым (что и послужило поводом к названию заметки), будто заметенным январскими снегами, а на самом деле залитый вечным, бесконечным светом дня.

Еще одна тема выставки – Соловки, святое место, где удалось наконец побывать Сергею Черкасову, исполнив давнюю свою мечту. Любовь художника к Соловкам до сих пор была заочной. Он собирался туда еще 30 лет назад вместе со своим однокашником Олегом Яхниным, ныне знаменитым петербургским художником-графиком. Но сложилось так, что пути разошлись: Черкасов тогда съездил в Кирилло-Белозерский монастырь, и знакомство с Соловками состоялось через работы Яхнина. Сегодня знакомиться с одним из святых российских мест мы будем уже по картинам самого Сергея Черкасова.

- Мне было необходимо это, - признается художник. – Сегодня модно ездить в Иерусалим - искать корни христианства. Наверное, это необходимо, чтобы расставить некие точки – Голгофа, Гефсиманский сад… Несколько лет назад я стремился в Европу, в Венецию, чтобы прикоснуться к вечному искусству. Но Соловки – это нечто особенное. Тем более для русских. Пришвин как-то упомянул, что Соловки – это Италия по цвету. А для меня это в первую очередь – водная стихия. Так что Соловки, Венеция, Владивосток – это все связано и очень мне близко. Я не выхожу из этого круга…

Да это, пожалуй, и невозможно - вечность, которую являет собой море, поселяется внутри. Как у Черкасова. И это очень понятно, если живешь у воды. Впрочем, об этом очень много есть у Бродского, для которого вода была старшей из стихий и море центральной метафорой. Одну из его любимых формул - география плюс время есть судьба - следует понимать как город у моря…