С чем связан социально-экономический застой в Приморье?

Объясняет политолог Пётр Самойленко

15:55, 10 июля 2019 Интервью
49848437_10213475472221510_3944242487106732032_o.jpg
Фото: Лада Глыбина

Важные события, имеющие непосредственное отношение к предстоящему V Восточному экономическому форуму, который состоится во Владивостоке 4–6 сентября, произошли в конце июня. Во-первых, президент России Владимир Путин на полях саммита G20 в Осаке пригласил во Владивосток в начале осени премьер-министров Японии и Индии Синдзо Абэ и Нарендру Моди. Ранее подобные приглашения получили президент Республики Корея Мун Чжэ Ин и лидер КНДР Ким Чен Ын, а также президент Монголии Халтмаагийн Баттулга. 

Во-вторых, председатель верхней палаты российского парламента Валентина Матвиенко обрушилась с критикой на министерство по развитию Дальнего Востока. По ее словам, министерство, созданное специально для того, чтобы заниматься развитием отдаленной территории, а также информированием о том, что здесь происходит, в должной мере не выполняет возложенных на него задач. Свое негодование спикер Совета Федерации адресовала лично главе ведомства Александру Козлову, заявив, что за год его работы на этом посту у нее сложилось ощущение, что Минвостокразвития информационно выключили, особенно в части Приморья. Валентина Матвиенко призвала в рамках предстоящего ВЭФ обсудить нездоровую обстановку в регионе и наметить пути улучшения ситуации.

За комментарием корреспондент обратился к кандидату политических наук, доценту Школы искусств и гуманитарных наук ДВФУ, члену Российского общества политологов Петру Самойленко, сообщает РИА VladNews со ссылкой на газету "Владивосток".  

– Петр Юрьевич, с чем связана критика в наш адрес?

– Хорошо, что есть критический взгляд на проблемы реализации курса по развитию Дальнего Востока. Исходя из тональности официальных сообщений федеральных медиа, а также частоты упоминания нашего региона руководством страны можно предполагать, что со стороны высших должностных лиц есть запрос на более быстрые и качественные изменения здесь, прежде всего в экономике, нежели это происходит реально. К примеру, Владимир Путин прямо сказал о Дальнем Востоке, что сюда надо заводить серьезный бизнес и экономические проекты. Это позволит оперативно улучшить ситуацию – мессэдж (послание) был именно в этом. 

И критика со стороны руководства Совфеда в адрес Минвостокразвития, и периодически появляющиеся негативные оценки или скепсис в медиа и соцсетях направлены на необходимость срочного изменения обстановки на тихоокеанской окраине России. Вместе с тем до тех пор, пока не появятся объективные критерии оценки ситуации, вряд ли можно будет однозначно давать такую оценку. 

Статистика статистикой, но, думаю, основное значение имеет придание гласности успехам развития региона, тем случаям, когда здесь развиваются новые проекты, пусть и небольшие, прежде всего связанные с ТОРами, ДВ-гектаром и порто-франко. Чем больше будет таких примеров, тем лучше. 

– Насколько развитие региона сегодня соответствует классическим экономическим моделям?

– Жизнь всегда несколько, а зачастую существенно отличается от того, как она описана в книгах, – от сказок и фантастики до беллетристики и научных монографий. Экономические модели, безусловно, работают, но они обязательно должны быть соотнесены с другими важнейшими аспектами: политическими особенностями и социальными реалиями.
Развитие региона с экономической точки зрения, по сути, лежит сегодня в плоскости двух экономических парадигм. Во-первых, мы стремимся открыть Дальний Восток для АТР, усилить экспортные потоки. Именно поэтому и приглашаем на ВЭФ глав правительств и государств соседних стран. И в то же время мы стараемся «нарастить мускулы» внутри региона – развивать здесь экономику, прежде всего промпроизводство и сельское хозяйство, а также сферу услуг в отдельных секторах. Яркий пример – туризм. 

То есть мы говорим о внешней и внутренней парадигмах экономического развития региона. Причем если вторую здесь так или иначе развивали, то внешнеэкономические аспекты развития региона далеко не всегда были в приоритете – во всяком случае, в советский период больше внимания уделялось стратегически-оборонным аспектам, усилению неприступности дальневосточных рубежей. 

Сегодня же мы демонстрируем политику открытости и делаем это достаточно активно. Примеры? Пожалуйста! Владивосток всегда позиционировался как форпост на Тихом океане и крупная военная база, нам ведь и статус города воинской славы присвоили аккурат накануне провозглашения политики «разворота на Восток». А сегодня у нас на острове Русском – традиционное место проведения ВЭФ и даже офшор для возврата «утекших» за границу капиталов. Это достаточно явное прочтение коренной смены экономической политики в силу изменения политических причин. Это хороший показатель с точки зрения развития экономики…

– Так насколько у нас сегодня работают рыночные законы и механизмы, ведь государство продолжает контролировать многие проекты, тарифы, остается высокой государственная доля в бизнесе?

– Ну, я не экономист и не могу сказать с применением уравнений и вычислительных методов, как что работает или должно работать. Давайте обратим внимание на другой аспект: экономика не существует в форме каких-то книжных моделей, а всегда формируется исходя из реалий и потенциала соответствующей территории – города, регионы, страны и так далее. 

Вот если исходить из этих двух аспектов – реалий и потенциала, мы увидим, что реалии, в общем-то, неблестящие, а потенциал пока реализуется если не сказать чтобы слабо, то как минимум в меньшей степени, чем нам всем того хотелось бы. 

Да, традиционно наша экономика имеет достаточно крупный государственный сектор, и тут еще большой вопрос, плохо это или хорошо. Ведь мы помним, к чему привела приватизация в 90-х годах, когда многочисленные ранее весьма прибыльные предприятия банкротились и уходили с молотка. Таких примеров немало и у нас, в Приморском крае и Владивостоке, я говорю о крупных транспортных и рыболовецких компаниях и других предприятиях. 

Поэтому наличие госсектора в бизнесе – это определенная гарантия для государства. С другой стороны, это не должно ущемлять интересов других участников рынка, для всех должны быть одинаковые условия. 

Государство, по сути, в период 90-х и начала 2000-х пыталось развивать Дальний Восток путем субсидий, но довольно быстро стало понятно, что для этого банально не хватает бюджетных средств. Поэтому в начале 2010-х и была принята принципиально новая парадигма развития экспортно ориентированной экономики на основе рыночных принципов. Пока все это работает не в полную силу, однако тут сложно ожидать очень быстрых изменений.

– А можно ли говорить о том, что политика «разворота на Восток» приносит плоды? Ведь пока успешных примеров в сфере бизнеса не так много…

– Говоря об экономическом развитии ДФО в рамках реализации политики «восточного вектора», необходимо отметить, что ключевые задачи, которые здесь ставятся, – это повышение конкурентоспособности региональной экономики и социально-экономического развития региона, что в итоге должно привести к улучшению качества жизни и созданию позитивного бренда территории – российского Дальнего Востока. При этом мы должны понимать, что задачи непосредственно экономического развития региона тесно связаны с его спецификой и могут реализовываться с учетом прошлого опыта освоения этой территории. Социально-экономические задачи, такие как массовое создание высокотехнологичных рабочих мест, повышение уровня жизни и реальных доходов населения, улучшение социальной инфраструктуры и ее доступности для граждан, – все они должны решаться в привязке к экономическим проектам развития территории. 

Если вернуться к сути вопроса, то сегодня можно говорить о том, что за последнее время достигнуты отдельные позитивные результаты. Которых, с одной стороны, недостаточно для достижения поставленных руководством страны целей по развитию региона и сотрудничества с экономиками АТР. Но которые, однако, дают возможность говорить о формировании определенной позитивной практики и тренда на изменения. Попросту говоря, нельзя преобразовать огромный и достаточно сложный для управления и развития регион «вдруг». 

 Если оценить ситуацию с 2014 года, уже создан правовой каркас для проектов развития региона, сформирована нормативно-правовая база, ежегодно проводится экономический форум, в котором всегда принимает участие президент России, что само по себе является мощным фактором привлечения внимания иностранцев, в том числе и потенциальных инвесторов. Также постепенно начинает создаваться инфраструктура для ТОР, растет количество участников программ ТОР и свободный порт Владивосток. 

Реализация программы «Дальневосточный гектар» оказалась сопряжена с серьезными трудностями практического выделения и оформления земельных участков и обеспечения их коммуникациями, начиная с подъездных дорог. Но вместе с тем программа уже существенно усилила известность региона в рамках всей страны, а значит, создала потенциальные возможности для внутристрановой миграции на Дальний Восток. 

Но тут как всегда: пока не начнешь что-то делать, не увидишь минусы и слабые стороны. Вот и сейчас, говоря о развитии экономики Приморья и Дальнего Востока, необходимо думать не только о преимуществах региона, но и о его слабых сторонах, которые существенно нивелируют, снижают возможности реализации экономических проектов, прежде всего направленных на развитие сотрудничества с экономиками АТР. Минимизация таких рисков, улучшение общих условий для бизнеса в регионе и диверсификация его экономики могут создать условия для нового роста экономического потенциала и, соответственно, для улучшения социально-экономической инфраструктуры в дальнейшем. 

Минусы – это высокие транспортные и эксплуатационные расходы, определенные климатические особенности и недостаточно высокий уровень жизни населения – прежде всего по его собственным оценкам. А применительно к бизнесу – низкая доступность для региональных субъектов экономики земли и финансовых заемных средств, высокая стоимость подключения к электрическим и инженерным сетям, относительно высокая стоимость труда, существенные коммунальные издержки для предпринимателей. 

– Приморье призывают стать лидером с перспективой экономического роста на Дальнем Востоке. Получится ли?

– Ну тут как в одной известной книге: с одной стороны, система управляет людьми, с другой – эти же самые люди создают систему… Зависеть это будет от всех, причем не только от власти, на которую у нас принято возлагать стопроцентную ответственность за все, но и от самих жителей, в том числе и от их местного патриотизма. 

Мы живем в демократической стране, и административными методами никого на территории не удержишь. Времена комсомольских строек, переселения по команде прошли. А это значит, что нужно задействовать такие рыночные механизмы, которые позволят развивать территорию и закреплять здесь население, а также привлекать высококвалифицированные кадры. Нужно формировать патриотизм населения по отношению к собственному краю и региону. Ведь, по данным социологов, у нас в Приморье до 50 % молодежи хочет уехать из края, по другим территориям округа (за исключением Камчатки) ситуация еще более сложная. А привлекательность территории для людей – это высокие доходы и высокий уровень жизни, комфортность. 

Основными нашими преимуществами на сегодняшний день являются уникальные для страны правовые режимы ТОР, свободного порта и проект ДВ-гектара, возможности организации в регионе логистических и транспортных коридоров с использованием потенциала морской и железнодорожной инфраструктуры. Также к активу можно отнести возможности развития отдельных секторов экономики, например, сельского хозяйства и производства экологически чистых продуктов питания, а также многопрофильного туризма, что востребовано на азиатских рынках. 

На недавнем медиафоруме журналистка с Чукотки задала президенту РФ вопрос как раз об этом: малая родина ей нравится, но явно недостает инфраструктуры. Владимир Путин ей ответил, что ключ к развитию региона – создание высокооплачиваемых рабочих мест и производств. Это как раз одно из подтверждений того, что именно экономические рычаги будут ключевыми для развития Дальнего Востока… 

– Как вы считаете, чего не хватает для более быстрого развития региона?

– Необходимо прежде всего учитывать те мессэджи, которые посылает зарубежный бизнес в ходе обсуждения перспектив развития сотрудничества с Дальним Востоком. В основном это ожидание от нас практических предложений сотрудничества в рамках микроэкономической среды. Это как раз не теоретическая, а практическая экономика в ее территориальном выражении применительно к Дальнему Востоку. 

Так, мне кажется, что в качестве приоритетов сегодня необходимо рассматривать несколько ключевых направлений системной работы, которую должны вести федеральные, региональные и местные власти во взаимодействии с бизнесом и предпринимательским сообществом. При этом показателями успешности должны быть не только статистические данные, но и позитивные практические виды бизнеса в рамках таких проектов. А также факты роста популярности дальневосточных товаров и услуг в АТР наряду с повышением позитивной известности и узнаваемости региона в глазах иностранцев. 

Во-первых, необходимо интенсивно продолжать развивать уникальные проекты территорий опережающего развития, свободного порта Владивосток и ДВ-гектара. Все они в случае системной их реализации придадут существенный толчок развитию экономики региона. 

На сегодняшний день существует достаточно большое количество проблем, связанных с реализацией этих проектов. Их необходимо решать в скорейшем порядке: это и алгоритм выдачи и оформления земельных участков по программе «ДВ-гектар», и обеспечение транспортной и инженерной инфраструктурой площадок под строительство ТОР, и обеспечение логистических схем для трансконтинентального, включая Севморпуть, транзита грузов через Приморье и Дальний Восток. 

Во-вторых, необходимо уделить особое внимание развитию малого и среднего бизнеса, поскольку в нашем регионе на сегодняшний день рост и отраслевое расширение этого сектора хозяйственной деятельности является приоритетной задачей. Именно малый и средний бизнес должен получить дополнительный вектор развития в рамках стратегии «восточного вектора» и стать своего рода базисом экономики региона. При этом малый и средний бизнес может как выполнять отдельные заказы и субподрядные работы в рамках крупных хозяйственных проектов, так и осуществлять самостоятельную деятельность по обеспечению и населения, и нужд в области внешнеэкономической деятельности (ВЭД) конкурентными товарами и услугами. Такое развитие будет полностью соответствовать нынешней политике руководства страны, направленной на повышение конкурентоспособности экономики вообще и роста доли малого бизнеса в национальной экономике в частности. 

В-третьих, необходимо развивать иные «дорожки» сотрудничества с ключевыми экономиками АТР. Это прежде всего культурное взаимодействие, которое должно выполнять функцию повышения толерантности жителей стран АТР к нашей территории. 

В этом отношении необходимо определить потенциал отдельных регионов Дальнего Востока для того, чтобы диверсифицировать подобное сотрудничество, сделав акцент в одних случаях на традиционные ценности и народную культуру, а в других – на возможности туристического, исторического и культурного потенциала конкретных городов и территорий. 

Также необходимо создать связку между бизнес-проектами и неделовым туризмом, чтобы граждане стран АТР, приезжая к нам первоначально с деловыми целями, возвращались вновь уже для отдыха, познавательных поездок, экологического туризма и так далее. 

В-четвертых, приоритетной задачей является здоровый лоббизм местных производителей товаров и услуг. У нас есть удачные примеры, когда, например, отдельные товары и продукты питания местных производителей (ювелирные изделия, кондитерская продукция, пищевые масла, мороженое, квас и минералка, хлеб и другое) пользуются устойчивым спросом у иностранцев. Такую практику нужно развивать, создавая условия для того, чтобы дальневосточные производители товаров и услуг во все большей степени были интегрированы в ВЭД в рамках политики «восточного вектора» и расширяли свое присутствие на внутреннем рынке. Речь идет прежде всего о пищевой промышленности, производстве БАДов и товаров для туризма. При этом практическим вопросом остается и необходимость создания устойчивых «зонтичных» брендов для позиционирования таких товаров как здесь, так и за рубежом. 

В-пятых, необходимо определить мэйнстрим развития региональной экономики, прежде всего выделив те приоритетные отрасли, которые должны стать прорывными в развитии региональной экономики. Это туризм, агробизнес, отдельные направления производства, такие как пищевая и обрабатывающая промышленность, услуги в области образования. Такие «точки экономического прорыва» должны естественным образом учитывать региональную специфику территорий ДФО и основываться на том, в каком конкретно регионе условия более оптимальны для конкретного вида деятельности. 

В-шестых, актуальной задачей для нас является развитие технологической составляющей в экономике Дальнего Востока, создание здесь базы для производства технологий, востребованных для внедрения как в России, так и за рубежом. Это могут и должны быть технологии и софт самого широкого спектра действия – начиная с программного обеспечения для нужд производства и заканчивая используемым в современном городском и коммунальном хозяйстве. При этом речь совсем необязательно может идти о каких-то глобальных проектах, крупных стартапах и так далее – на практике необходимо разрабатывать готовые к внедрению и привлечению инвестиций технологические инициативы самого разного уровня и масштаба. 

И, наконец, в-седьмых, развитие экономики региона должно преследовать не только цель развития внешнеэкономического сотрудничества, но и ориентироваться на внутренние цели развития федерального округа, развитие внутренней инфраструктуры, превращение ДФО в территорию, привлекательную для внутренней миграции россиян с высоким интеллектуальным и кадровым потенциалом. Создание такой миграционной волны наряду с закреплением здесь местных жителей позволит создать принципиально новые условия для развития экономики региона, усилить кадровый ресурс для местных хозяйствующих субъектов. 

Таким образом, развитие Дальнего Востока должно основываться на синтезе политических решений, экономических возможностей и социальных задач повышения качества жизни на территории округа.

– Насколько, на ваш взгляд, для нас будет полезен опыт стран самого АТР в развитии нашего региона как кластера для международного сотрудничества?

– Весьма полезен, и без этого нельзя. Только нужно оговориться сразу, что нужно НЕ ЗАИМСТВОВАТЬ какие-то экономические модели, а УЧИТЫВАТЬ их в собственной работе и НА ИХ ОСНОВЕ создавать собственные модели. Вот тогда мы сможем реально подойти к созданию оригинальной системы экономического развития территории, достаточно уникальной, поскольку мы живем в действительно уникальном регионе. 

Если говорить о полезных практиках, то это Сингапур, Южная Корея – в части привлечения инвестиций и создания открытой модели экономики, ориентированной на ВЭД. Это может быть отчасти Вьетнам – с точки зрения примеров развития туризма при минимуме вложений. В отношении организации производства – конечно же, Япония, в вопросах развития экспорта – Китай. Но, повторюсь, нельзя просто смотреть на соседа и подражать ему, нужно переосмыслить его опыт на свой лад…

– А в чем Приморье может служить примером для наших соседей?

– Вопрос сложный: в том-то и дело, что все регионы АТР имеют свою специфику и нельзя прямо говорить о том, что вот у нас в Приморье сделано так-то и это нужно повторить всем остальным или, по крайней мере, большей части. Однако полагаю, что в любом случае мы должны быть примером в качестве работы с иностранцами всех рангов – от туристов до деловых и официальных делегаций. По объективным причинам основной поток иностранцев идет к нам, мы с ними работаем, и вот тут как раз нарабатывается тот опыт, который понадобится и другим регионам. 

Хотя и нам в Приморье еще много чего нужно делать для улучшения ситуации. Например, обучать английскому языку персонал сферы обслуживания и торговли – как минимум во Владивостоке и в пределах столичной агломерации, улучшать топографию для туристов – в части табличек, онлайн-поисковых сервисов и карт, и так далее… 

– Каков ваш прогноз на ближайшее будущее с учетом значимых событий последнего времени, в частности, недавней встречи лидеров России и КНДР во Владивостоке?

– Прогноз, в общем-то, благоприятный. Деловые контакты, безусловно, будут продолжаться, и Владивосток сохранит статус официальной деловой площадки на фронтире (то есть границе) в АТР. 

Другой вопрос, что контакты внешнеполитического уровня необходимо дополнять и активностями сугубо экономического характера – практическими проектами в сфере международного делового сотрудничества. Экономика в эпоху глобализации – это сочетание нескольких основных составляющих: прежде всего это геоэкономические преимущества территории, на которой мы живем, это потенциал рабочей силы, это гуманитарная составляющая – культура, спорт, образование, менталитет людей. 

Лично я вообще убежден, что наш главный капитал – это люди, тот самый кадровый капитал, о котором любят рассуждать экономисты: дальневосточники всегда были сильными, самостоятельными и творческими людьми. И патриотичными. Надеюсь, что мы и следующие поколения такими и останемся. И это будет лучшей основой для нашей экономики и развития Приморья и Дальнего Востока. 

Автор: Николай КУТЕНКИХ