Спецпроект РИА VladNews: Война из первых уст

Ветераны Великой Отечественной - о своей жизни на фронте

9:13, 9 мая 2017 Общество
22b9f97e1133e78159d0cf5c04d3dafb.jpg
Фото: Фото: Семен Апасов, РИА VladNews

В этом году вся Россия отметит 72-ю годовщину Победы в Великой Отечественной Войне 1941-1945 годов. И, несмотря на столь внушительный срок, что прошел с тех пор, ветераны до сих пор помнят утро 22 июня 1941 года. О своей жизни на фронте корреспонденту РИА VladNews рассказал командир взвода зенитной артиллерии, ветеран Великой Отечественной войны Григорий Антонович Вакулишин.

- Григорий Антонович, вы родом из Владивостока?

- Нет, я родился на Украине, в Запорожье. В обычной деревне. Рос обычным деревенским мальчишкой. А перед войной я закончил семилетку, поступил в Запорожский авиационный техникум, где проучился два года, до 1941 года.

- Каким для вас было утро 22 июня 1941 года?

- 22 Июня 1941 года сдал последний экзамен в техникуме по немецкому языку. До сих пор помню, сколько счастья и радости было у нас на глазах … А в 12 часов дня мы услышали объявление Вячеслава Михайловича Молотова о начале войны. И потом нас, человек 10 пацанов, призвали в военкоматы, дали по 10-15 повесток. И мы по адресам разносили их. Однако на фронт нас не отпустили, а отправили на Авиационный завод моторостроения. Мне 16 лет тогда было. И к тому времени я умел уже работать на токарном станке. И работали мы там до августа 1941 года, потому что потом завод эвакуировали. Мы переправились в Омск в сентябре, а завод в ноябре снова начал свою работу. Родители мои на тот момент уже перебрались в Забайкальский край. И я, без билета, с зачетной книжкой в руках, приехал в Алтайский край, чтобы закончить школу. И в 1942 году я уже закончил 10 классов. Летом проработал в колхозе, а в марте 1942 меня призвали на фронт, но для начала необходимо было закончить Ленинградское зенитно-артиллерийское техническое училище.

- И когда же вы попали непосредственно на фронт?

- На фронт попал я только в 1944 году после полутора лет учебы в техническом училище. Зенитная артиллерия в то время была сложная. Сразу меня позвали командиром приборного взвода зенитной артиллерии. В моем взводе было 14 девушек. Я - младший лейтенант, 19-летний юноша. Задача этих девушек заключалась в прибороуправлении зенитным огнем: каждая из них сидит и смотрит на этот прибор, и маховиком совмещает полярность. И этим самым электрическим путем передается сигнал на центральный ящик, а оттуда на шесть пушек. И вот куда они смотрят, туда и поворачиваются эти пушки. У меня было преимущество в том, что я, хоть и только заступил на должность, а уже очень хорошо знал зенитный прибор. Но, хочу сказать, что некоторые девушки уже раненые были на тот момент.

- Какие были ощущения в первый день на фронте?

- В первый же день, как только я попал на фронт - июль 1944 года - налетают немецкие штурмовики и убивают у меня во взводе одну девушку сразу, а вторую тяжело ранят. А потом вечером она умерла тоже. Поэтому в самый же первый день увидел кровь, увидел, что такое война.

- Григорий Антонович, а как преодолевали чувство страха?

- Страх, обычно, бывает перед боем. Бой есть бой, конечно, но, когда он уже начался, уже нет страха. Рядом погибают ребята, снаряды рвутся… Ты думаешь, как бы выполнить то, что ты можешь сделать. Я-то на войне всего год пробыл. Были у меня ребята в подчинении. Мне пришлось похоронить 28 человек. Но никогда за всю войну я не увидел случая, когда ребята бы бросили всё и бежали с поля боя. Каждый занимается свои делом, каждый приносит пользу.

- А какой день был для вас самым волнительным, самым тревожным?

- Самый волнительный - это, конечно, день, когда в январе 1945 года поставили нас на противотанковую оборону. Шесть пушек, батарея. Помню, семь немецких танков на нас шло. Бой длился полтора часа. Из этих шести пушек «в живых» осталось две. Я был ранен в этом бою, потому что на пушке сидит два человека. И вот в одной из пушек ранили наводчика. И мне пришлось сесть на его место. И вот тут я в жизни в первый раз увидел, что я навел на танк пушку, и мой снаряд попал в этот танк. И я до сих пор считаю, что сбил эту немецкую технику.

- А где встретили День Победы? Дошли до Берлина?

- Войну закончил под Кенигсбергом, потому что зенитную артиллерию тогда уже поставили на противотанковую оборону из-за малого количества самолетов. Все они улетели на Берлин, а сам я до Берлина не дошел. А День победы до сих пор помню… Мы были в походе. Колонна машин, слякоть, дождь. И вдруг колонна остановилась, и слышим, что впереди колонны что-то пролетело. А потом крик: «Ребята, закончилась война!!!». У кого что было, тот тем и начал стрелять: кто с автомата, кто с пистолета. Днем уже в этот день по 200 грамм водки досталось каждому. Ликовали, конечно. Каждый радовался, что жив остался.

- Григорий Антонович, а как сложилась ваша жизнь после войны?

- После войны 36 лет служил, последние 24 года служил в Забайкальском военном округе начальником отдела в управлении артиллерийского вооружения. Сейчас тоже не сижу на месте: принимаю участие в работе Совета ветеранов Первореченского района. Возглавляю секцию по работе с ветеранами войны. Оказываем непосредственную помощь, которая может им потребоваться.

- Как планируете в этом году встретить День Победы?

- Каждый год в День Победы хожу посмотреть парад на Центральную площадь Владивостока вместе со своей семьей. У меня же двое детей, 5 внуков и семь правнуков. Хотя два года назад я был по приглашению, по направлению Совета ветеранов, в Берлине. И вот тогда, через 70 лет после победы, я увидел столицу Германии.

- Что бы вы хотели пожелать ветеранам, труженикам тыла?

- Прежде всего, конечно же, здоровья. И оптимизма хочется пожелать. Что тут осталось. Мне уже 93-й год идет. Осталось мне тут семь лет. Оптимист в таком положении скажет: «Доживем до ста лет, потом и будем разговаривать»!