Галстук оставил на работе

Игорь Пушкарев рассказал, зачем перевез во Владивосток из Забайкалья дом своего деда

19:49, 6 июня 2013 Политика
c2d30a9f1e6545642cadd397f0db925c.jpg

В прошедшую среду глава Владивостока Игорь Пушкарев откликнулся на зов журналистов и прибыл на неформальную встречу в здание газеты «Владивосток». Со стороны журналистов были заботливо подготовлены конфеты, чай и нетрадиционные вопросы.

Мэр зашел в конференц-зал в легкой куртке и футболке, оставив галстук с пиджаком на работе вместе с цифрами, датами и отчетами, на которые были богаты предыдущие недели. Из динамиков чуть слышно раздавалась «Ольга» Гарика Сукачева.

- Гарик мне очень нравится, - улыбнулся Игорь Сергеевич. - Хотя больше люблю Высоцкого. Но Сукачев на втором месте, - продолжил он, видя замешательство журналистов, желавших сделать сюрприз. И все-таки лед был растоплен.

Отец и дети

- У меня вопрос в рамках вселенной не глобальный, - начал Вячеслав Булавин, радио VBC, - но с точки зрения семьи – очень для меня важный. Моя жена постоянно ставит мне вас в пример, - горько посетовал он. - И прическа у вас аккуратная, и галстук подобран к пиджаку, и работаете постоянно. Но ведь, когда начинаешь вкалывать – меньше уделяешь внимания семье. Наверняка, у вас такая же ситуация: работа, праймериз, выборы. Что на это говорит жена? И кого она ставит вам в пример?

- Никого не ставит, - ответил Пушкарев. - Есть такая японская пословица, которую моя жена иногда в шутку любит повторять: хороший муж тот, кто никогда не болеет и которого никогда нет дома. Так что в этом плане, я думаю, она подходит с юмором. В семье очень важно, чтобы тебя понимали. С чем-то нужно мириться, выстраивать отношения.

Мэр слегка задумался.

- Это как улица с двухсторонним движением, - сравнил он и создалось впечатление, что сейчас пойдет речь о работе дорожных служб. Но Игорь Сергеевич продолжил. - А для мужчины всегда необходимо дело. Слышал, есть те, которые дома сидят, а жены их в это время работают. Я не понимаю таких мужчин.

Последовал вопрос: как дети относятся к занятости родителя.

- Один из нобелевских лауреатов, когда его спросили, как он добился успеха, ответил: воспитание отца, - сказал мэр. – А в чем оно проявлялось? Отец его был главным инженером и целый день проводил на работе. Когда он ложился в постель - отца еще не было. Просыпался ночью – видел, как горит свет в его рабочем кабинете. Вставал утром – отец уже уходил. И это не помешало ему вырасти и стать нобелевским лауреатом. Здесь, безусловно, большую роль сыграла жена. В семье и в воспитании детей, я считаю, от женщины зависит 80 процентов.

Недавно мы совершили автопробег по России: от Москвы до Владивостока. Поехали с братьями, отцом и старшим сыном. Он ехал наравне со всеми нами. Сам не рулил, но был штурманом. За шесть суток одолели больше девяти тысяч километров. И я вижу, что парень растет нормальный, крепкий. Была ситуация в школе. Как это обычно случается, какой-то подросток пытается поднять свой авторитет в классе за счет других. И один раз сын приходит домой – а у него порваны штаны, куртка. Фамилия же – Пушкарев, вот и пристали. Сам он скромный, но подраться пришлось. Я знаю, что он повел себя очень достойно, как мужчина. Я его за это уважаю.

Праймериз с другой стороны

Затем в беседе всплыла тема прошедших праймериз и отчета перед городскими депутатами.

- Так как у нас встреча без галстуков, - предупредила Мария Чевычелова, канал ТНТ. – То хочется задать вопросы не те, которые обычно задают. Как вы психологически выдержали этот пятидневный марафон? Не было желания плюнуть на все это и сказать себе: зачем я ввязался во все это?

- Первый день был самым тяжелым, - сказал Пушкарев. – По ощущениям. Трудно было сдержаться и не ответить соперникам. Спорили по этому поводу всем штабом. Если честно, хотелось ответить. Но в конечном итоге важен результат. Я понимаю, что мои оппоненты многое бы отдали, чтобы вывести меня из равновесия. Для меня же главная угроза в том, если я начну нервничать и действовать на эмоциях. Некоторые, может быть, только с этой целью и выступают: ждут, чтобы я ввязался с ними в спор.

- Есть такое выражение: «Если о тебе плохо не говорят, значит ты уже умер», - продолжила Мария.

- Насколько я знаю, это Маргарет Тэтчер сказала, - заметил мэр. - Для политика, наверное, это справедливо. Есть и другое выражение: если тебе плюют в спину, значит ты впереди. Еще мне нравится английская пословица: «Делай, что должен, и будь что будет».

Большая семья

- Для того, чтобы выступать и быть публичным человеком, нужно чувствовать себя уверено, - предположила корреспондент «В» Любовь Берчанская. - Я, как и вы, росла в большой семье. И когда я была маленькой, и сейчас, я всегда знала, что, если приду домой, то меня поддержат. Это чувство уверенности осталось. У вас есть чувство большой семьи за плечами?

- Конечно, и я стремлюсь, чтобы у меня была большая семья, братья, родители, - ответил мэр. - В селе, где я рос, все занимались хозяйством. У нас только коров было больше десяти, а еще гуси, куры, овцы. Отец с матерью до вечера на работе. И так получалось, что я был за старшего. Отвечал за братьев. Потом был такой момент, когда отец сказал: как Игорь решит, так и будет. Передал мне бразды правления.

В поселке основным предприятием были золотодобывающие шахты. Страна тогда открылась, железный занавес рухнул, появился свободный рынок. И руководство предприятия решило продавать золото напрямую на лондонской бирже металлов. Нужны были специалисты. Провели конкурс по поселкам. Лучших отправили на обучение во Владивосток. Я выиграл конкурс в поселке, прошел собеседование и был направлен на учебу по специальности международные экономические отношения и менеджмент. Помню, за первый курс обучения за меня заплатили 10 тысяч рублей. Когда я приехал на каникулы в деревню и отправился на сенокос с отцом, мужики взволновались: десять тысяч! Это ж целый Жигули можно купить – зачем тебе такая учеба?!

- Времена моего обучения пришлись на конец нулевых, ваши - на 90-е, - резонно заметил я. - Помню, как подрабатывал, разгружая фуры. За 40-тонку и 80-тонку платили одинаково – по 500 рублей. Где вы подрабатывали в студенческие годы. На что жили? Времена тогда были не простые.

- Мой отец работал в совхозе, где десять лет зарплату не выдавали деньгами, - ответил Игорь Сергеевич. - Оплата была натуральная – давали трактор, чтобы можно было огород вспахать. У родителей денег было не много. Продавали мясо, картошку - тем и зарабатывали. Когда я поступил, договаривались с проводниками – отправляли мне во Владивосток баулы с продуктами. Тяжелые – на полгода вперед - даже ручки отрывались. Работал на выгрузке – на станции Первая речка. На стройке - с детства люблю плотничать. Охранял стоянки, магитофоны ремонтировал.

- Есть фильм «Большая семья», снятый по роману «Журбины», - продолжила Любовь Берчанская. – Там семья живет работой, которой занимаются мужчины. Их семья – это их завод, их город. Для вас Владивосток – это такая же семья?

- Таким он становится, - сказал Пушкарев. – Хочу, чтобы не только я мог сказать: Владивосток – моя семья, а чтобы вы все могли так сказать.

Когда я приехал в Приморье, у меня здесь не было родственников. Жил только папин одноклассник. У него была гостинка на Луговой, 65. До сих пор помню. А у нас как заведено – если с одной деревни, то почти как родственники. И я жил у него, когда поступал в университет. Потому уже, когда появилась возможность, перевез сюда братьев. Они приехали на учебу в университет. Жили у меня в квартире. Потом и родителей перевез. Потом бабушку с дедом. Сейчас их уже нет в живых. Похоронены на приморской земле, в спасском районе, так что я уже как минимум в третьем поколении приморец. Моя семья здесь. И для меня это очень важно.

Кстати, здесь уже и мой отчий дом. Во время поездки по России мы заехали на малую родину, посетили всех наших родственников по деревням забайкальским. И приняли решение, что наш отчий дом, где мы родились и в котором еще дед жил, перевезем в столицу Приморья. Он рубленный. По возрасту даже старше, чем Владивосток. Сейчас этот дом уже здесь. Мы его потихоньку собираем. На Садгороде будет стоять. Русскую печку восстановим. Привезли ставни, перегородки, где еще сохранились зарубки, как росли я и мои братья. Это уже означает, что мы здесь и никуда уезжать не собираемся.

Блиц-вопросы

- А что вас удивляет? По-настоящему и всерьез?

- Меня могут удивить наши строители, если сделают так, что думаешь: «ну молодцы, хорошо сделали!».

- Как вы снимаете стресс?

- Я устаю, как и все. У нас семейная традиция – на отдых мы едем кататься на лыжах. Два три дня проходит, и я понимаю, что не могу без работы, не могу сидеть без дела.

- Как вы готовитесь к выступлениям, на ком репетируете речи?

- Репетиций, как таковых, нет. Речь на праймериз, например, готовилась довольно долго. Надо было уложиться в 10 минут. Утром я ехал на машине и читал ее. Меня слушали помощник и водитель. Отчет перед депутатами хотелось рассказать своими словами. Долго думали, какой сделать доклад: интересный или насыщенный. Решили, что будем придерживаться традиционной формы, чтобы все перечислить. Просто, если этого не сделать, то работа быстро забывается. Например, памятник Муравьеву-Амурскому. Такое ощущение, что он всегда стоял в сквере. А ведь мы его открыли только в прошлом году. Мы уникальное поколение, которое видит, как строился новый Владивосток. Те же мосты – теперь они сотни лет будут стоять. И мы видели, как они возводились.

- Вы сами занимаетесь по дому, мастерите?

- С удовольствием, когда есть возможность что-то сделать. Но больше это получается, когда приезжаю к родителям – картошку посадить, что-то вспахать. Село у родителей тупиковое. Дальше только Сихотэ-Алинь. Нет транзитных людей, проезжающих. У отца трактор. Когда продукты выращены на своей земле, своими руками, то ты знаешь, что никто их никакой гадостью не поливал. Поэтому и картошка, и овощи у нас не с рынка, а домашние.

Кстати

Полную версию неформальной встречи Игоря Пушкарева с журналистами смотрите в проекте «В рабочий полдень» на 8 канале.

Источник: Сергей Петрачков, газета «Владивосток»