Где вы отдохнули этим летом?

Электронные версии
Только факты

Достучаться до небес

Уроки школьного конфликта
Уроки школьного конфликта Алеша бежал по школьному двору, а одноклассники гнались за ним с криками: - Все из-за тебя! Это ты виноват! Он выскочил на улицу и, увидев на автобусной остановке «микрик», бросился к нему как к спасательному кругу, не обращая внимания на отчаянные сигналы проезжавших машин. Алеша запрыгнул в автобус, и только тогда мальчишки отстали от него, грозя кулаками и скорчив страшные рожи. Он не помнит, как добрался домой и что делал, и только когда приехала, отпросившись с работы, встревоженная его звонком мама, Алеша разрыдался и сказал, что больше он в эту школу никогда-никогда не пойдет. Это не кошмарный сон 12-летнего шестиклассника. Это было с ним наяву несколько дней назад, после того как шестому «А» одной из владивостокских школ кто-то из педагогов сообщил: учительница математики (назовем ее Марья Ивановна) отказалась от класса из-за … Алеши и его родителей. Уроков по этому предмету у них теперь не будет – ведь, кроме Марьи Ивановны, преподавать математику в школе просто некому. На пустом месте До этого никаких конфликтов за все шесть лет учебы у Алеши в классе не возникало. Спокойный мальчик, застенчивый и добрый, на фоне своих более шустрых товарищей он не отличается ни стремлением как-то выделиться, ни гиперактивностью - таково мнение о нем учителей. Уже сейчас заметна его увлеченность техникой – по собственной инициативе он отремонтировал в школе магнитофон, с которым не могли справиться даже старшеклассники, с удовольствием занимался в техническом кружке и даже занял первое место в краевых соревнованиях по автомоделированию. Учится неплохо, хотя отличником никогда не был. Чем же смог этот обычный «домашний» ребенок так расстроить 60-летнюю учительницу математики, всю жизнь проработавшую в школе? - Я и предположить не мог, что мой звонок в школу может вылиться в такой конфликт, - рассказывает папа Алеши. Поговорить с учителем он решил после того, как сын объявил: по математике у него к окончанию первой четверти выходит спорная оценка - «четверка» или «тройка». Новость для родителей была неприятной - ведь математику мальчик всегда любил и пятый класс окончил с «пятеркой» по этому предмету. - Ты на уроках руку тяни, отвечай побольше! – советовали родители. - Я тяну, а меня не спрашивают, - отвечал Алеша. Тогда папа и решил позвонить в школу и договориться о встрече с учителем математики, чтобы выяснить, где у сына пробелы и как лучше позаниматься с ним на каникулах. Но учительница была на уроке, и папа передал свою просьбу о встрече классному руководителю, предупредив ее, что он не собирается просить «натягивать» сыну оценку: «что заработал – то пусть и получает». Встречу ему назначили через несколько дней. За что? Но события нарастали как снежный ком. Вечером Алеша сообщил родителям, что за четверть по математике учительница поставила ему «четверку». Но при этом сказала детям на уроке, что «папаня Алеши» звонил в школу и высказывал недовольство классному руководителю. Дескать, в следующий раз пусть он к ней лично обращается! Тем более что у Алеши и так выходит «четверка», потому что последнюю контрольную он написал хорошо. После этих слов Алеша уже и не рад был оценке - сидел весь красный, со слезами на глазах, а дети, четко уловив вектор учительского негатива, быстро сделали вывод: папа выпросил для Алеши «четверку». О чем и сообщали ему не раз на переменах – со смехом и своими комментариями. Родители, выслушав рассказ мальчика, пришли в недоумение. Назавтра отец пошел в школу прояснить ситуацию – уже с директором и классным руководителем. Вопросов у него было несколько: почему желание родителей встретиться и поговорить с учителем вызвало неадекватную реакцию в школе? Зачем нужно было сообщать о разговорах с родителями всему классу и связывать в сознании детей звонок отца с отметкой сына? За что его пренебрежительно назвали «папаней» в присутствии сына и всего класса? Педагоги твердо уверили его, что ничего подобного не было. Алеша либо фантазирует, либо что-то не расслышал, либо не понял. А слово «папаня» педагог просто не могла произнести, потому что у нее в лексиконе таких слов нет! Надо сказать, папа был обескуражен: у них в семье тем более никто его так не называет, Алешка во вранье замечен не был, да и со слухом у него все в порядке. Если ничего не было, почему же ребенок отказывается идти в школу, рыдает и находится в подавленном состоянии? В кабинет директора был вызван Алеша, который в присутствии папы и учителей, как стойкий оловянный солдатик, снова рассказал о ситуации на уроке математики. После чего педагоги в составе директора, классного руководителя, учителя математики, пригласив с собой папу, пошли разбираться дальше – в шестой «А», где шел в это время урок биологии. Нетрудно догадаться, что ответили дети на их вопросы о «папане» и обо всей ситуации. Но это был еще не конец истории. Папа, дождавшись учителя математики, попросил уделить ему несколько минут. Марья Ивановна отмахнулась, не удостоив того вниманием. После урока в шестом «А» с ней попытался заговорить Алеша – учительница проигнорировала и его. В тот же день Марья Ивановна написала заявление с просьбой освободить ее от ведения уроков в шестом «А» классе «из-за конфликта с родителями». Если учесть, что она единственный математик в школе, ученики этого класса могут теперь действительно остаться без уроков математики. Поэтому в шестом «А» было объявлено о срочном родительском собрании в связи со сложившейся ситуацией. По словам Алешиного папы, вслед за сыном теперь уже ему предстояла «показательная порка» с участием родителей двадцати четырех Лешиных одноклассников. Папа понял, что достучаться до учителей, несмотря на его огромное желание, не получается. «Это все равно что достучаться до небес», - горько сказал он. Ситуация, которую они вначале вообще не рассматривали как таковую, зашла в тупик, и на семейном совете они решили обратиться за помощью в редакцию газеты «МК во Владивостоке». От эмоций к здравому смыслу Мы сообщили о происходящем в управление образования администрации города Владивостока, откуда реакция последовала незамедлительно. Директору школы было предложено перенести родительское собрание и встретиться «узким кругом» - родителям Алеши и педагогам в присутствии специалиста из городского управления образования Галины Ковалевой и корреспондента газеты «МК во Владивостоке». Приехав ранним субботним утром в школу, мы с Галиной Юрьевной застали только директора школы и родителей. Директор сообщила, что учительница математики заболела – у нее подскочило давление, а у классного руководителя в этот день были сороковины со дня смерти матери. Непростой разговор продолжался больше трех часов. От попыток заявить, что конфликта вовсе не существует, до обвинения родителей в создании острой ситуации стороны перешли к конструктивному выяснению позиций. И если в начале разговора директор школы категорично заявила, что педагоги вели себя правильно и безупречно, а во всем виноват папа (обратившись к классному руководителю, а не к учителю математики и сказав, что он верит своему сыну), то в конце тяжелого разговора прозвучало другое. Родители сказали, что они всегда с огромным уважением относились к учителю математики и в данном случае искали только одного – взаимопонимания. Директор ответила, что Алешина увлеченность техникой очень радовала учителей и она бы хотела, чтобы в школе остались и Алеша, и опытный педагог по математике. Тем не менее Алеша в эту школу категорически отказывается возвращаться. Родители собираются перевести его в другое общеобразовательное заведение и показать психологу. Хотя, на мой взгляд, помощь психолога не помешала бы сейчас всем, кто был втянут в этот конфликт, – и взрослым, и детям. Слишком много эмоций, несправедливых обвинений, необоснованных подозрений вырвалось наружу, а психологические и педагогические ошибки, допущенные взрослыми, видны невооруженным глазом. - Я уверена, что в конфликте – как в данном, так и в любом другом – виноваты обе стороны, – размышляет Галина Ковалева. – Большинство родителей весь день на работе и, бывает, проблемы ребенка замечают только тогда, когда они требуют незамедлительного решения. Учитель, чтобы хоть что-то заработать, вынужден брать дополнительные часы, а ведь бывает, как в этой школе, что другого предметника просто нет. А это дополнительная нагрузка на нервы, на здоровье, на душу, наконец! И где найти директору школы замену учителю, если выпускники вузов на эту зарплату просто не идут? Чем слово наше отзовется Мне очень жаль, что не удалось встретиться с заболевшей учительницей по математике, не случайно ведь к ней, педагогу с тридцатилетним учительским стажем, специально приводят своих детей мамы и папы, которые когда-то сами были учениками в ее классе. А это дорогого стоит. Знаете, что самое обидное? Что все участники этой сложной ситуации в общем-то прекрасные люди – тонкие, ранимые, интеллигентные, профессионалы своего дела. Может, излишне эмоциональные и вспыльчивые. Но в результате заложниками непонимания, амбиций или самолюбия взрослых стали дети. Давным-давно прекрасный русский поэт Федор Тютчев мудро заметил: «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется…». Да что там слово – порой интонация, подтекст вызывают у окружающих такую реакцию, которую человек и не хотел в них вкладывать. Или все-таки хотел? Это уж останется на его совести. Точно знаю одно: нам, родителям, нельзя бросать ребенка в сложной ситуации - ведь начинается она, как правило, с мелочи, а закончиться может… бог знает чем. Поэтому единственный выход - искать взаимопонимание с педагогами, «проговаривать ситуацию», идти на компромисс в мелочах, отстаивая право ребенка на самоуважение. И учить этой непростой науке своих чад. Пусть даже достучаться до школы бывает порой так же непросто, как до небес.

Автор : Татьяна НАДЕИНА

В этом номере:
Плати, хозяин тайги!

Пятьдесят тысяч организованных приморских охотников могут лишиться охотугодий

Он согласен на медаль. И часы Rolex

Герцог Эдинбургский наградил приморского лесничего

Последние номера