Планируете ли Вы окунуться в прорубь на Крещение?

Электронные версии
Ситуация

Пациент общей палаты

Новый поворот: потерявший память Вячеслав Работа оказался симулянтом?
Новый поворот: потерявший память Вячеслав Работа оказался симулянтом? О госте из Украины Вячеславе Работе, депутате городского совета города Измаила, активном члене правящей украинской Партии Регионов, бизнесмене и ветеране афганской войны, «МК во Владивостоке» писала неоднократно. В беспомощном состоянии, не помнящего себя и того, как он оказался за 10 тысяч километров в незнакомом городе и в другой стране, Вячеслава поместили в краевую клиническую психиатрическую больницу (ККПБ), что на улице Шепеткова во Владивостоке. Ту, что называется в народе просто «психушка». Депутату Работа повезло: благодаря активному освещению СМИ этого вполне бразильско-сериального сюжета у него быстро нашлись родственники, Вячеслав себя «вспомнил». Почему в кавычках? Да оттого, что у лечащего врача этого необычного пациента Александра Матузенко есть веские резоны полагать, что Работа симулировал болезнь. - Александр Игоревич, еще в первую нашу встречу месяц назад вы осторожно высказывались в том смысле, что заболевание «украинского пациента» вызывает сомнения. Ваши предположения подтвердились? - Да, так как вскрылся ряд новых фактов. Дело в том, что, хотя Работа и говорил о своем беспамятстве, он все же несколько раз звонил домой, после того как уехал на лечение из Измаила в Киев. Дважды - со своего телефона и несколько раз с неизвестных номеров. И молчал. Более того, он оставил дома видео сообщение, в котором просил не искать его! Ему надо, мол, все обдумать, разобраться в себе. И никаких суицидальных мыслей не высказывал. Все это говорит о том, что Вячеслав Работа провел предварительную подготовку своего «исчезновения» и «потери памяти». Зачем ему это было необходимо - этот вопрос не к нам, но следует отметить, что по результатам обследования его коэффициент интеллекта - IQ – равен 140. Это очень высокий показатель и за мою десятилетнюю врачебную практику к нам только однажды попадал пациент с таким коэффициентом умственного развития. Работа получил в больнице не только врачебную, но человеческую помощь и мы считали, что между нами было взаимопонимание. - Но ваш бывший пациент в своих интервью, после того как «вспомнил» себя высказал ряд нелицеприятных высказываний в адрес вашего лечебного учреждения? - К сожалению, да. Причем, применяя достаточно специфическую терминологию: «фашистские условия», «тюрьма строгого режима». Наша больница, в силу своей специфики, действительно является достаточно закрытой структурой, и иначе нельзя. Но эта закрытость нигде и ни в чем не выходит за рамки нормативной документации. Я не думаю, что жители нашего города были бы довольны, если бы наши пациенты имели бы свободный выход на улицу, особенно в остром состоянии. Пациенту же Работе был достаточно подробно разъяснен Закон «О психиатрической помощи», которая оказывается человеку в состоянии, когда он не может отвечать за свои поступки, в соответствии со статьей 29 и только по решению суда. И Работа соглашался тогда, что да, все разумно. - Так значит было и судебное заседание? - Естественно, все в соответствии с законом! - А как насчет чесотки и вшей, о которых упоминал Работа? - Его заявления о чесотке очень хороший пример того, когда желаемое выдается за действительное. Чесотки в больнице нет, но в период его пребывания, из своего дома к нам, я подчеркиваю, из своего дома, был доставлен пациент с чесоткой, которую мы сразу стали лечить в соответствии с регламентирующими приказами. Какие вши? И, разумеется, никто не препятствовал Работе в общении со СМИ и не давал указаний, что и как говорить! - Пострадала репутация вашего лечебного учреждения? - Конечно, но главное все-таки не в этом. После таких заявлений в прессе любой человек попросту побоится обращаться к нам за помощью, а ведь далеко не все случаи душевных заболеваний можно лечить амбулаторно. В психиатрии существует термин «стигматизация» – это выделение индивида из общества по наличию психиатрического диагноза и последующее стереотипное и предубежденное отношение окружающих к «сумасшедшему», порой доходящее даже до дискриминации последнего. Наша общая беда в том, что люди очень мало знают о психиатрии, боятся ее и «клейма» психически больного. Неоднократно у меня были пациенты, которые прошли всевозможных гадалок, экстрасенсов, магов, «бабушек» и других специалистов «смежных» профессий в поисках помощи при развивающемся психическом расстройстве, потратив большие, а подчас и последние средства. Но только в нашей больнице они, наконец-то, получали адекватную терапию и, выписываясь, уходили со словами благодарности и одновременного сожаления о том, что не обратились за помощью раньше. А после описания Работой «ужасов» психбольницы простой человек может еще больше «увериться» в том, что психиатров надо обходить стороной. - И родственники больного, пожалуй, остерегутся обращаться к вам, прочитав о «концлагере». - Конечно. А ведь по открытым и доступным данным Всемирной организации здравоохранения психические заболевания уже к 2020 году, то есть через десять лет выйдут по распространенности на первое место в мире, обогнав онкологические и сердечно-сосудистые заболевания. Речь идет, в частности, о депрессии. - Поясните на бытовом уровне нашим читателям, депрессия, это что? Это опасно? - Чрезвычайно. Заболевший человек становится апатичен, не проявляет интереса к внешней жизни, исключает себя из ее течения. К развитию депрессии не обязательно приводят стрессовые события, потери, кризис, несчастная любовь, в психиатрии существует понятие «эндогенное», т. е. не находящее видимых причин, развитие заболевания. Для больного характерно «взваливать» на себя ответственность за проступки, которых он не совершал, он теряет смысл существования. Известны случаи, когда больные депрессией просто переставали есть и умирали от истощения. - Жуть какая. Без помощи специалистов здесь не обойтись? - Нет, конечно. И мы, персонал ККПБ, все - от врачей до младшего медперсонала способны ее оказать. Люди работают профессионально и честно, за совсем небольшую зарплату. Другое дело условия, в которых находятся пациенты и персонал больницы. Ведь здание, в котором располагается больница - не профильное, абсолютно не приспособленное для нормального проживания пациентов и решения таких сложных задач, как излечение больных душой. Может быть, именно бытовые условия пребывания и подтолкнули Работу к вышеуказанным заявлениям. Обещания построить новую больницу мы слышим постоянно уже много лет. Даже десятилетий. Сдвигов никаких. Стыдно. Мы живем в двадцать первом веке, веке высоких технологий, а условия содержания душевнобольных остались на уровне девятнадцатого века! Хочется надеяться, что этот случай обратит внимание властей и общества на проблему содержания пациентов психиатрической клиники, ведь это же наши, хоть и страдающие, сограждане! Что же касается Вячеслава Работы, то пусть то, что он сделал, какими бы причинами подобное не было вызвано, останется на его совести.

Автор : Юрий ГУЗЕНКО.

comments powered by Disqus
В этом номере:
Ударный дуэт

Легенды барабанного мира едут во Владивосток

Морг замедленного действия

Почему в Приморье до сих пор нет современного судебно-медицинского морга?

Последние номера