Где вы отдохнули этим летом?

Электронные версии
Гости дорогие

Дык, елы-палы!

Или приключения Митьков во Владивостоке
Или приключения Митьков во Владивостоке С 30 июня по 7 июля во Владивостоке впервые гостили знаменитые деятели новой культуры из Петербурга: основатель художественного объединения «Митьки» Дмитрий Шагин и лидер первой «русскоязычной» группы «Санкт-Петербург», писатель и путешественник Владимир Рекшан. Шагин привез в Приморье персональную выставку живописи и графики «Полосатый рейс», экспозиция выставлялась в Музее современного искусства Артэтаж-ДВГТУ, где Рекшан презентовал свою новую книгу «Родина любви». Корреспондент «МК во Владивостоке» сопровождал «митьковский десант» в экскурсиях по столице Приморья. Он себя под Гоголем чистит Культовые питерцы оказались в наших краях, можно сказать, случайно. С Рекшаном дружит известный владивостокский музыкант Виталий Слабинский. Рекшан, в свою очередь, познакомил друга с Шагиным, когда Слабинский гостил в Санкт-Петербурге. Тогда же в мастерской главного Митька всея Руси и появилась идея сделать персональный вернисаж Дмитрия Шагина во Владивостоке… Если верить Шагину, то самыми первыми Митьками были… Александр Пушкин и Николай Гоголь! Классики мировой литературы об этом, естественно, не догадывались. Они даже тельняшки не носили. Дмитрий, кстати, любит изображать на своих картинах себя любимого рядом с Пушкиным или Гоголем. Две такие работы были представлены в экспозиции «Полосатый рейс», одна – цветная, написанная маслом, другая – монохромная, выполненная тушью. Для более полного восприятия замысла художника на картине давалась пояснительная надпись в виде диалога между ее персонажами. Действие на картине, разумеется, проистекало на Невском проспекте. - Ну что, брат Гоголь? – спрашивает нарисованный Шагин в тельняшке и бескозырке у великого писателя, тоже нарисованного. - Да так, брат, как-то все, - отвечает грустный Николай Васильевич. Видимо, он в этот момент раздумывал, сжигать ему второй том «Мертвых душ» или нет. Шагин объяснял единение Гоголя с Митьками… внешним сходством своего единоверца с великим писателем, а также родством их занятий. - Митек и писатель – это такие символы, - говорит художник. - Вы посмотрите внимательно на Рекшана в профиль, он же точная копия Николая Васильевича, только без усов! А был бы он с усами да с его носярой – вылитый Гоголь, как две капли воды! Поэтому в данном случае Гоголь символизирует Рекшана. И было непонятно, шутит он или говорит серьезно, густая борода скрывала проявление каких-либо эмоций… Для героев «Варяга»– скидка Посещение могилы младших чинов крейсера «Варяг» на Морском кладбище было неотъемлемой частью пребывания Шагина и Рекшана во Владивостоке: у Митьков культ легендарного крейсера и всего, что с ним связано. К примеру, песня о гибели «Варяга» в порту Чемульпо – одна из любимых песен митьковского братства. А моряки «Варяга», по словам Шагина, были самыми настоящими Митьками. - Они, как и я, носили тельняшки и любили море, - басит Дмитрий, тщетно пытаясь прикрепить к своей куртке памятную медаль «100 лет российскому подводному флоту». Ткань у куртки плотная, и булавка на колодке гнется… На Морское кладбище мы добирались на двух машинах, «зафрахтованных» у друзей. Перед въездом на погост Шагин попросил водителя, оператора одной местной телекомпании, остановиться, чтобы купить цветы у придорожных торговок: одна продавала искусственные цветы, другая – живые гвоздики по 50 рублей за штуку. Но узнав, для кого бородатый мужчина в тельняшке берет цветы, женщина сбросила цену до 30 рублей: - Для моряков «Варяга» у меня еще ни разу цветы не покупали. Рассчитываясь за гвоздики, Шагин попросил у Бога здоровья для доброй женщины… На кладбище возникла заминка: Рекшан приехал в шортах (в этот день с утра пекло солнце), а по убеждению Митьков, возлагать в полуголом виде цветы на могилу моряков «Варяга» - святотатство. Но прозорливый Владимир захватил с собой джинсы, только кабинок для переодевания на кладбище не было. И Рекшан растерялся. Примерно в десяти метрах от нашей компании возле памятника из черного мрамора на лавочке сидели три печальные разновозрастные женщины, пришедшие помянуть родного человека. Дамы с любопытством рассматривали колоритного Шагина, одетого во все черное, исключая тельняшку, и конечно, они не знали о цели нашего прибытия. А теперь представьте, как вытянулись у них лица, когда Рекшан отошел в сторону и разделся среди могил до трусов. Кустов на кладбище не наблюдалось, и видимость была великолепной. Глядя на долговязого седого мужика в цветном исподнем а-ля «Ну, погоди!», пожилая женщина несколько раз перекрестилась и что-то зашептала себе под нос… - Наверх вы, товарищи, все по местам! Последний парад наступа-а-а-ет. Врагу не сдается наш гордый «Варяг», пощады никто не желает, - запел басом Шагин после возложения цветов к подножию могилы героев крейсера «Варяг». Было видно, что чувства его переполняют. Рекшан тоже было подхватил песню, но на втором куплете сбился и замолчал. Наш телеоператор снимал все действо на камеру. Поэтому песню о героической гибели крейсера «Варяг» Шагин допел вместе со мной. - Я, как и две трети русского народа, знаю только первый и последний куплеты, - оправдывался чуть позже Рекшан, в жилах которого бежит латышская кровь. Во времена Советского Союза ему предлагали перебраться в Латвию и даже давали земельный надел, но он отказался. - Я представил, что буду ездить на тракторе по полям, а из леса в меня будут целиться из винтовок «лесные братья». Меня такая перспектива не устроила, - говорит мудрый Рекшан с каменным лицом. Он, кстати, вообще редко шутил, улыбался и был немногословен в отличие от добродушного балагура Шагина. - Что ты чувствуешь на могиле героических моряков? - Я не буду говорить, что готов разрыдаться и покончить собой. Но я ощущаю сопричастность к истории. Одно дело, когда мы об этих событиях знали по книжкам или чьим-то рассказам, другое – видеть конкретный исторический монумент. Если Митьки позиционируют себя как патриоты, любители моря и тельняшек, то не прийти сюда, оказавшись во Владивостоке, было бы просто моральным преступлением. На Морском кладбище Митьки осмотрели еще могилу первого подводника России, механика с субмарины «Дельфин» Михаила Сюткина. «Дельфин» доставили из Санкт-Петербурга во Владивосток в начале Русско-японской войны, но в боевых действиях он не участвовал. Шагин на могиле Сюткина перекрестился. В этот же день Митьки посетили Музей ТОФ, где хранятся подлинные реликвии с крейсера «Варяг». Сотрудники музея, признав в лохматом бородаче в тельняшке известного питерского художника, организовали Шагину и Рекшану индивидуальную экскурсию и даже разрешили фотографировать в залах. Митьки собирались еще побывать на корабле-музее «Красный вымпел», но, к нашему неудовольствию, дальневосточная «Аврора» оказалась на ремонте. Не удалось Митькам побывать и на БПК «Адмирал Шапошников», куда они получили приглашение и где собирались выступить перед братками-краснофлотцами. Буквально за день до визита на БПК с них потребовали телеграмму из штаба флота с указанием числа гостей. Дело было в субботу, когда в штабе флота – никого… Орден Ленина за русский рок Шагин и Рекшан никогда не были в Приморье, тем не менее с нашей «глубинкой», с Дальним Востоком их многое связывает. Например, жена Дмитрия, Татьяна, родилась и много лет жила во Владивостоке. У Рекшана в Приморье с 1945 по 1948 год на флоте служил отец, после окончания войны с фашистской Германией его перебросили с Балтики на Тихий океан. Самый первый рассказ Владимира Рекшана был опубликован в хабаровской газете «Тихоокеанская звезда» в 1980 году. В Хабаровск будущий писатель попал по направлению Ленинградского отделения Союза писателей России. - Я тогда сидел без денег. А через несколько дней, по возвращении домой, получаю перевод на 46 рублей. Оказалось, что это гонорар за рассказ о моем отце, где я написал, как он воевал с японцами. Потом пришел еще один перевод, потом еще один. Видимо, мой рассказ попал в тему, дело было накануне очередной даты окончания войны на Тихом океане, и хабаровчане его активно распространяли. Своей активностью они спасли меня от безденежья, - рассказал Рекшан. Во Владивостоке Рекшан и Шагин дали три концерта: один акустический с участием местных музыкантов и два с владивостокской группой «Календарь». Неизменным успехом у слушателей пользовалась песня Рекшана, посвященная строительству в Санкт-Петербурге многоэтажного офиса компании «Газпром». Как известно, против этого дикого проекта, разрешенного губернатором Ленинградской области Валентиной Матвиенко, выступил практически весь город на Неве. Публика щедро награждала музыкантов аплодисментами: уж больно творение петербуржца Рекшана оказалось актуальным для столицы Приморья. Жители Владивостока ассоциировали его текст со строительством гигантской гостиницы на Корабельной набережной, которую возводят вопреки мнению горожан. Многие сожалели, что во Владивостоке в свое время никто не догадался сочинить такую же песню. Может быть, что-нибудь да изменилось бы… Кстати, мало кто знает, что в конце 90-х годов лидер КПРФ Геннадий Зюганов наградил Владимира Рекшана… орденом Ленина «за многолетнюю пропаганду рок-музыки на русском языке». Про то, как Медведева в рок-клуб не приняли В середине 80-х годов прошлого века Владимир Рекшан был членом художественного совета Ленинградского рок-клуба, базировавшегося на улице Рубинштейна, 13. В те годы этот адрес знала вся молодежь Советского Союза. В обязанности худсовета входило прослушивание рок-групп, желающих стать членом рок-клуба, дабы впоследствии выступать легально. Однажды на прослушивание пришла неизвестная команда, исполняющая тяжелый рок, в которой на гитаре играл… нынешний президент России Дмитрий Медведев, большой, кстати, фанат Deep Purple. - Я не помню почему, но мы эту группу не приняли – то ли они играли плохо, то ли отвратительно пели. Сейчас не вспомню! Но это и не важно. Главное, что Медведев не стал музыкантом. Иначе непременно бы спился. А так вырос и сгодился Родине: стал президентом страны, - рассказывал Владимир Рекшан, завязавший с алкоголем 17 лет назад. Как и Дмитрий Шагин. - Если бы мы пили, сейчас были бы в другом месте, - так разъяснили Митьки свое отношение к спиртным напиткам. Многие их друзья-музыканты спились и ушли в мир иной… В последний вечер во Владивостоке перед отъездом домой Шагин и Рекшан угощались лапшой «Доширак»: на ужин в кафе времени не было, надо было упаковывать картины и подарки, коих им надарили предостаточно. Как выяснилось, до этого Рекшан «Доширак» никогда не ел! - Это будет моя премьера. У нас в Петербурге этого навалом. Я слышал, что есть такая лапша, но никогда ее не пробовал. Это мой первый «Доширак» в жизни! У меня почему-то эта лапша ассоциируется с Шираком, французским премьер-министром, - смеется музыкант. Кстати, автор статьи и редактор «МК во Владивостоке» были удостоены почетного звания братков и посвящены в Митьки.

Автор : Сергей КОЖИН.

В этом номере:
Море волнуется раз...

День рыбака-2010 в Приморье: ни широкого праздника, ни обилия качественных морепродуктов на прилавках. Что дальше?

Вузов много, студентов мало

Учиться надо там, где тебя уважают еще на этапе приема документов

Последние номера