Как вы думаете, будет ли эффективна нынешняя борьба с суррогатом алкоголя в Приморье?

Электронные версии
Мегаполис

Свадебный вечер с "Пиковой дамой"…

"И не подумаю я его обнимать", - весело отшучивалась Галина Игоревна в ответ на просьбу фотокорреспондента "В" подыграть для кадра. Они сидели во главе красиво накрытого стола рядышком – муж и жена, по-молодому счастливо улыбались и чем-то неуловимо были похожи друг на друга. Говорят, так случается, когда люди долго живут вместе. Семейный стаж Галины Игоревны и Николая Леонтьевича Николенко – 50 лет, полвека. Недавно они отметили золотой юбилей, хотя обручальных колец у супругов отродясь не было. Так жизнь сложилась. Видимо, оберегом их семейного счастья стали доброта, нежность, бережное отношение друг к другу, дети… А может, еще свет той далекой любви, которая досталась им в наследство и за которую было заплачено слишком дорогой ценой….
"И не подумаю я его обнимать", - весело отшучивалась Галина Игоревна в ответ на просьбу фотокорреспондента "В" подыграть для кадра. Они сидели во главе красиво накрытого стола рядышком – муж и жена, по-молодому счастливо улыбались и чем-то неуловимо были похожи друг на друга. Говорят, так случается, когда люди долго живут вместе. Семейный стаж Галины Игоревны и Николая Леонтьевича Николенко – 50 лет, полвека. Недавно они отметили золотой юбилей, хотя обручальных колец у супругов отродясь не было. Так жизнь сложилась. Видимо, оберегом их семейного счастья стали доброта, нежность, бережное отношение друг к другу, дети… А может, еще свет той далекой любви, которая досталась им в наследство и за которую было заплачено слишком дорогой ценой….

С любимыми не расставайтесь…

“…Анна Ивановна Саттеруп покорнейше просит Вас почтить своим присутствием бракосочетание дочери Ксении Владимировны с Владимиром Алексеевичем Свиньиным, имеющим место быть 22 октября 1901 года в 3 1/2 часа дня в церкви Санкт-Петербургской консерватории (площадь Мариинского театра). Поздравления в зале церкви”.

Это свадебное приглашение, теперь уже считай из прошлого века, хранится в семейном альбоме вместе со старинными фотографиями молодых бабушки и дедушки как самая драгоценная реликвия. Они познакомились в Твери, где жила семья невесты – военного врача Владимира Яковлевича Саттерупа, обрусевшего датчанина. Блестящий офицер, выпускник Киевского военного училища Владимир Свиньин, потомок разорившегося дворянского рода, был направлен в этот провинциальный город для прохождения службы, где и увидел свою Ксению. Она была не только хороша собой, но и прекрасно образована: окончила гимназию, свободно говорила по-французски и по-английски, вдохновенно музицировала, искусно шила, а со временем научилась даже сапоги тачать, но это было позже, когда в первую мировую она с детьми, следуя за мужем, исколесила всю Россию: тогда это ремесло помогало кормить семью - все немногочисленные фамильные драгоценности были уже проданы.

Но все это было много позже, а в первый год нового ХХ века молодые попали в блистательный Санкт-Петербург - Владимир Алексеевич прибыл сюда на учебу в Николаевскую императорскую инженерную академию. Увы, экзамен в тот год он не выдержал, но обвенчаться успел. Свадебный вечер Свиньины провели в опере – слушали “Пиковую даму”. А потом на поезде снова отправились в милую Тверь: в объемной корзине на праздничный ужин были припасены шампанское, холодная телятина, конфеты, фрукты… и свечи. В купе Ксения и Владимир были одни. Так начиналась эта семья, где самым большим счастьем были семеро детей - имена им давали исключительно царские: Игорь, Ольга, Владимир, Ростислав, Андрей, Наталья, Алексей. Первые двое детей родились в Санкт-Петербурге – в 1902 году В. Свиньин все же стал студентом Николаевской императорской инженерной академии.

В 1905 году, когда началась русско-японская война, В. Свиньина откомандировали на Дальний Восток – в распоряжение начальника-устроителя Владивостокской крепости. Два года спустя в чине капитана Владимир Алексеевич занимался строительством казарм, укреплений, батарей крепости, позже участвовал в сооружении форта № 5. Когда началась первая мировая, на фронт капитан отправился вместе с Шошиным и другими строителями крепостных сооружений, а закончил ее уже в чине полковника, имея немало орденов за храбрость.

Между тем годы шли, и дети подрастали, всецело отданные заботам матери. Когда грянула революция, старшему, Игорю, исполнилось 16. Он принял советскую власть восторженно, вступил в комсомол, был очень дружен с Владимиром Фадеевым, братом будущего писателя. И своих дочерей назвал соответственно: Искра и Правда.

– Свое имя – Правда – я сменила, когда стала студенткой Хабаровского медицинского института, - рассказывает Галина Игоревна. - Думаю, отец не очень обиделся. К тому времени он уже успел побывать в застенках НКВД, прошел Великую Отечественную от рядового до подполковника, потерял горячо любимую жену Лидию, нашу маму, – ее расстреляли в 37-м за то, что она, сама работая в органах, в числе еще 11 следователей открыто выступила против пыток, которые применялись при допросах.

Дедушки Владимира Алексеевича в ту пору тоже не было в живых. Его в генеральских погонах арестовали сразу после Блюхера, под началом которого он служил в штабе армии. Это произошло на наших глазах: буквально за два дня до того рокового вечера тетя Оля, мамина сестра, вызволила нас с Искрой из далекого сибирского детского дома, куда мы были отправлены после ареста родителей.

Бабушка вместе с осиротевшими внучатами и одной из дочерей в 24 часа оказалась на улице. Но, как видите, мы не сгинули – она смогла нас вырастить. И откуда только бралось у этой женщины столько мужества, силы и терпения. Я помню немало ее рассказов о далеком прошлом, которыми она скрашивала нам длинные вечера. Один меня особенно поразил. Девочкой она дружила с дочерью Ильи Репина. В один из дней, когда они играли в мяч, он залетел на чердак. Пока мяч доставали, дочка художника поранилась и со слезами бросилась в мастерскую отца. В это время он как раз работал над своим знаменитым полотном “Иван Грозный убивает своего сына”. Увидев кровь, художник воскликнул: “Это как раз то, чего мне так не хватает!” И провел кистью по ране…

Встреча в прокуренном вагоне

Они познакомились в поезде “Владивосток - Хабаровск”. Николай, пройдя всю войну и демобилизовавшись из армии подчистую, ехал поступать в юридическую школу. Галина, уже студентка третьего курса мединститута, спешила к началу учебных занятий. Прокуренный общий вагон, переполненный людьми, шумел и веселился. Но они сумели разглядеть и расслышать друг друга. Второй раз стройный парень с волной кудрей встретил свою кареглазую улыбчивую попутчицу в научной библиотеке. И больше уже не терял из вида.

19 августа 1950 года они поженились. Все было просто, без затей. Пришли в загс на ул. Ленинской и расписались. Ни фаты, ни свидетелей не было. Весь наряд невесты – светлая креп-сатиновая блузочка да шелковая синяя юбка с широким поясом, который подчеркивал и без того стройную талию. Жених был в вышитой украинской рубахе.

День тогда выдался удивительно солнечный. Молодые купили бутылку шампанского, пирожные и отправились к родителям Николая. В этом небольшом деревянном домике на ул. Громова пролетели их десять медовых дней. И были прогулки по набережной, и было море, и был темный кинозал, где влюбленная парочка в который раз смотрела “Большой вальс”.

А потом молодая жена отправилась в Хабаровск заканчивать институт, а новоиспеченный муж - в Лазовский район, где он к тому времени уже работал судьей. И полетели письма.

– Помню, как-то, набравшись храбрости, я попросила Николая купить мне валенки и указала размер, - улыбается Галина Игоревна. – Он тут же прислал посылку с заказом и “осторожной” запиской: подойдут ли, уж очень крохотные. Оказались впору. У меня действительно нога была очень маленькая. Но мы тогда еще так мало знали друг о друге…”

– Зато сейчас понимаем с полуслова, да что там – с полувзгляда, – добавляет Николай Леонтьевич, ласково и озорно поглядывая на жену.

Они действительно удивительно подходят друг другу. Он шутник и острослов. Она – “мягкий” тормоз, прирожденный семейный дипломат. Николай Леонтьевич несет на стол смородиновку собственного изготовления – дача и рыбалка сейчас главные его увлечения, не считая, конечно, семьи. Галина Игоревна радушно потчует котлетками из камбалы необыкновенной вкусноты и папоротником особого приготовления – пальчики оближешь.

И вновь звучат в гостеприимных стенах воспоминания, которые перебирают даты любви, а значит, жизни. Окончен вуз, жена наконец-то приезжает к месту работы мужа в Преображение, по специальности санврач, а ее определяют гинекологом, причем единственным на весь район. А тут как раз тяжелая роженица с двойней из отдаленного оленеводческого совхоза. Молоденькая докторица боится к ней подступиться. Прибегает в слезах, а муж ей: “Галя, успокойся, возьми себя в руки! И пока роды не примешь – домой не приходи!” И приняла – двух здоровеньких малышей. И мамочку сберегла. Медицине Галина Игоревна отдала почти полвека, как говорится, с полной выкладкой. Вполсилы работать никогда не умела. И в этом она вся в мужа. Николай Леонтьевич, заслуженный юрист РФ, сейчас судья в отставке, оставался на посту, как сам признается, пока мог работать по 12 часов в сутки. Будь это в краевом или Фрунзенском районном суде, где он председательствовал, в крайкоме профсоюзов работников госучреждений или во владивостокском комитете партийного государственного контроля.

Такими же трудолюбивыми, неравнодушными, умелыми воспитали Николенко двух своих дочерей. Только вот младшей с ними уже нет…

Сейчас внуки подрастают. Павел пошел по стопам деда – работает следователем, Катя еще учится в школе.

А совсем недавно супругов разыскала через Фрунзенский загс семья Павловых. Четверть века назад, на свой серебряный юбилей, Николенко напутствовали молодоженов. С их легкой руки судьба новой семьи сложилась очень счастливо. Да и могло ли быть иначе!

На память о той встрече сейчас хранятся в серванте итальянские стопки – подарок. Николай Леонтьевич любит из них угощать гостей домашней наливочкой. Надо сказать, она у него всегда получается отменная.

Автор : Тамара КАЛИБЕРОВА, Василий ФЕДОРЧЕНКО (фото), "Владивосток"

comments powered by Disqus
В этом номере:
Открытка на Рождество

Новая выставка “Рождественский звон колоколов” открылась в Приморской государственной картинной галерее.

Уссурийск спасли от замораживания

С каждой железнодорожной станции ДВжд, как во фронтовых сводках, шло сообщение о продвижении состава с мазутом для Уссурийска. Столь пристальное внимание к обычному маршруту с жидким топливом было не случайным: в городе на двое суток раньше срока закончились запасы на котельных.

Служба на Кавказе проходит нормально

В течение недели начальник УВД края генерал-лейтенант милиции Александр Васильев и его заместитель Валерий Яшин находились на Северном Кавказе, где знакомились с условиями несения службы в местах временной дислокации отрядами приморской милиции, а также принимали участие в совещании, проводимом министром внутренних дел Владимиром Рушайло.

Ледовая навигация достигла Приморья

В заливе Петра Великого началась ледовая навигация. Лед встал на большей части Амурского залива. Поэтому все суда, направляющиеся в сторону Хасанского района, двигаются по чистой воде с востока и юга через Уссурийский залив.

У “Лакомки” на всех тортов хватит

Вовсю идут приготовления к ударной выпечке предновогодних тортов в дочерней структуре “Владхлеба” - ООО “Хлебный дом”, известном своими фирменными магазинами “Лакомка”. В эти предновогодние дни к почти тридцати уже понравившимся покупателям наименованиям тортов добавились еще и “Морозко”, “Метелица”, “Новогодний” - сделанные на растительных сливках, суфле и покрытые белым шоколадом.

Последние номера