Новости какого из местных ТВ каналов вы смотрите?

Электронные версии
Мегаполис

Спираль жизни

Странно, но расписанные художником Всеволодом Мечковским стены ночного клуба или богатенькой квартиры не вызывают чувства разочарования – дескать, продает талант за деньги. Как-то ему удается увязать одно с другим. Впрочем, на упреки Сева (так его зовут многочисленные ходоки в мастерскую) плевать хотел. Слишком много историй можно о нем порассказать.

Странно, но расписанные художником Всеволодом Мечковским стены ночного клуба или богатенькой квартиры не вызывают чувства разочарования – дескать, продает талант за деньги. Как-то ему удается увязать одно с другим. Впрочем, на упреки Сева (так его зовут многочисленные ходоки в мастерскую) плевать хотел. Слишком много историй можно о нем порассказать.

Личная жизнь, как водится, - предмет для изысканий психолога: деликатно скажем, что не одна муза вдохновляла Севу. Есть знатоки его творчества, которые отваживаются заявлять: он же одних уродов рисует! И вообще он не художник, а архитектор. Мечковский машет рукой - пусть так. И удаляется к своим мелкам. Вот и сейчас на прикрепленном картоне невероятно пластичным изгибом вырисовывается женская рука, в ней перо, готовое подписать документ. Овал чуть склоненного лица. А Мефистофеля, услужливо протягивающего бумагу, можно узнать лишь по едва намеченному раздвоенному следу. Как осязаемы формы! Архитектура безусловно присутствует.

Некоторые с неким оттенком иронии называют его главным качеством в жизни умение приспосабливаться. Лагерь апологетов Севиного творчества затыкает уши на всякий негатив. Проторили дорожку в вечно захламленную мастерскую, смотрят картинки, тыщу раз виденные. Да разговоры разговаривают. Модно выражаясь – релаксацией занимаются. Этакий клуб друзей. Один из них, давно живущий в чужих землях, прислал книгу своих стихов с посвящением Севе. Есть там такие строки: “Но обо мне нельзя навзрыд, во мне ребенок мой зарыт”. Вот, уже тепло… В нем действительно много от ребенка, потерявшего мать в малюточном двухмесячном возрасте и оттого вдруг ставшего до срока одиноким.

Материнские наставления он заменил собственными поисками смысла жизни. За то и был преследуем известным при “совке” ведомством, вынудившим Севу сбежать из Днепродзержинска в Приморье. Но эту историю он не афиширует, избегая трескотни: “Я всего лишь выправлял кривизну. Передовики, триумфальные шествия – на деле-то все было иначе”. Именуемый в управлении FESCO живым классиком художник подчеркивает: “У меня сплошной реализм”. Добавим - философский, если позволит критика. Охотников до него много. Хотя, как говорится, овес недешев. Свое творчество Сева продает квадратными сантиметрами. Насколько хватит – то твое. Но не все продается – за “Ночной трамвай” Мечковскому предлагают несколько тысяч долларов. Не продается. Кое-кто решает этот вопрос по-своему. Скандальную историю “Икара” нет-нет да и вспомнят. Судьба картины, взятой в 1990 году Борисом Метелевым, директором советского павильона выставки “Нагасаки. Путешествие-90”, под честное слово, до сих пор неизвестна. Подлинник исчез. В Севиной мастерской осталась факсимильная копия. Нынче в Японию на выставку изобразительного искусства стран АТР отправились его “Борцы сумо”. Вернутся домой – займут свое привычное место в мастерской. Ну и в частных коллекциях, конечно, по миру много Севиного осело. Вполне законным образом. Хотя чай Мечковский по-прежнему пьет из кружки с щербинкой.

Истории, истории… За пятьдесят с лишним лет их не могло не накопиться, Сева оброс ими, как корабль ракушками. При этом он как бы сам по себе, в сторонке. Очень похоже на его последнюю работу: внутри большой клетки – маленькая, а в ней – птаха. Мятущаяся, совестливая, ищущая. Может быть, ее можно разглядеть в Севиных монологах.

О любви

Бывает ли ее много? Вчера, а может быть, сегодня поймал себя на мысли – мне чертовски не хватало родительской любви. Это – основа. Этому искусству мы учимся у матери…

Любовь к женщине приходит позже. А с чувством и понимание, что именно она создает пространство любви. Как она захочет, так и будет. Что такое любовь? Это настройка сверху. Никто так и не ответил на вопрос, за что любят и почему, и как это начинается. Настоящая любовь – редкая штука, а потому всегда счастье, даже если больно. Даже если безответно. Не всем оно выпадает. Помню свою первую любовь. В варежку дышал, в сугроб прятался. Так все и происходило – издалека. Но восторг щенячий. Я не страдал. Нес ее, как огонек. Она в тебе есть, даже если объект и не знает. Может быть, это самое светлое.

Любовь у мужчины и у женщины суть разные вещи. Она и он появляются на свет с разными задачами. Она влюбляется, чтобы родить ребенка. Он – для собственного самоутверждения, ради дела. Это чувство отличается от других тем, что его невозможно вырастить в себе. Оно или есть, или нет. Нет щедрее любящего, он способен отдавать, жертвовать, не требуя ничего взамен. А когда начинаешь считать, это уже калькулятор. Значит, любовь ушла…

Мы по-разному любим в 16 и в 40 лет. В 40 трагичнее – ведь способность к этому чувству остается, даже когда тело дряхлеет, становится некрасивым. Глянешь, морщины избороздили, а душа-то та же, способная любить. Может быть, тогда и происходит трансформация. В другую любовь - к детям, жизни. Гляжу на сына – спит, сопит, пыхтит. Мужичок. Нежность – волной. Понимаешь: любовь и есть главная движущая сила. Все мы в общем-то сделаны из одной глины, части единого организма, молекулы, которые, сцепляясь, образуют единое целое. Если бы люди чаще думали об этом, может быть, не было бы войн…

О детях

Без них никак. Дети – это выстрел в будущее, функция всякого живого существа. Если ты не родил ребенка, зачем ты вообще пришел в этот мир? Я вот до сих пор не найду названия тому, что какая-то мать может родить и отказаться от ребенка. Есть же элементарные инстинкты! Но я не о том…

Дети, конечно, цветы, украшающие нашу жизнь. Но их надо пестовать, а то одичают. Я пестую сердцем. Своего Ярика ни разу не ударил, и старшенькая выросла небитая. К сожалению (смеется). Я к ним отношусь как к товарищам. По-другому нельзя. А то отпугнешь. И уйдет в себя, в свой мир. От тебя.

Я заметил, что Ярик за моим столом гораздо лучше рисует. На самом деле мы им нужны. Они же слабые. Помню, так хотелось в детстве, чтобы погладили по голове. А вроде бы должен быть сильным, ты же мужчина. Наша система воспитания с самого начала неправильна – зачем это разделение на сильных и слабых? Хочется и мальчишке иногда поплакать, мужчина тоже не знает, как правильно. Все идем путем проб и ошибок. Вот и опять ушли от детей. Но ведь они в этом же мире живут!

Страшно непонимание, которое неизбежно наступает, когда они взрослеют. Проблема отцов и детей - ничего не попишешь. Дети вырастают, и ты остаешься один на один с собой. Начинаешь осмыслять сверхзадачу…

О творчестве

Кажется, у поэта Олжаса Сулейменова есть: творящий – это ушибленный звездой. Точно. Ушибленный. Тот, кто поймал кайф от творчества, будет делать свое дело без всяких денег, без наград, одобрения и общественного признания.

Мы ведь что – родил, выкормил, сыграл в ящик. Но хоть что-нибудь должно остаться после тебя – стихи, музыка… Человек – единственное существо в природе, кто не просто физически продолжает род. Мне кажется, есть некое мыслительное поле, где все накапливается. Это и есть человеческий багаж. Говорят, мысль пришла… Она действительно приходит. Оттуда.

В настоящем творчестве, как в любви, тоже не знаешь как. Я каждый раз берусь за кисть и не знаю… Ремесленник знает.

О друзьях

У меня есть друг, который давно живет в Израиле. Я даже собирался написать ему письмо, но где-то затерял адрес. А потом нашел, но письмо устарело... Но дело не в этом. Просто друзей помнишь, даже если они перестают ими быть. Все равно помнишь.

Предательство? К этому я отношусь философски. Если тебя предал друг - это твоя ошибка. Ты же видишь, какой человек рядом с тобой. Нельзя быть наивным. По большому счету нет друзей и нет врагов. Есть учителя.

В юношеском возрасте друзья появляются сами собой. Ты был один, глядишь – рядом друг появился. И понимает вроде с полуслова. Друзья из юности - на всю жизнь. Иногда дружба истончается. Что ж. Так тому и быть, процесс должен быть естественным. С возрастом становишься более одиноким…

Об уродливом и прекрасном

Все относительно в мире, как это ни банально. У моей мастерской в самом центре города - помойка. И никого это не волнует. А рядом красивое здание. Как-то все это уживается. Хотя прекрасного, конечно, больше. Надо уметь его замечать. В самом элементарном. Незатейливая клумба – кусочек природы, огороженный асфальтом, тоже прекрасна.

Вообще уродливое нам дано, чтобы мы ценили прекрасное. Например, боди-арт. Как-то я участвовал в этом мероприятии, красил женщину. Кистью коснулся самой ее женской сущности – казалось бы, мужское должно во мне восстать. Низменные инстинкты, так сказать… Но ведь в тот момент она являлась для меня всего лишь материалом.

С художника особый спрос. Он находит образ, и уродливое перестает быть буквальным. Допустим, смерть сама по себе некрасива. Но кисть меняет дело - она, не перестав быть трагичной, перестает быть уродливой...

О жизни

О бытие, о вечном, о космосе… Допускаю, что есть нечто такое, что ведет нас по жизни. Пусть его зовут бог. Но только нужны ли мы ему? Я обращался к нему и в трудную минуту, и в периоды гармонии только с благодарностью. Спасибо, мол, создатель, за жизнь. Она-то всегда оказывается права. Хотя порой бывает и жестока. Взять Ван Гога или Модильяни - ничего они от жизни не получили, кроме пинков, и умерли в нищете. Да только толку жаловаться? Не надо сильно задумываться – делай дело, знай себе. Тяни свой воз. А то ведь в жизни чаще как бывает? Одни тянут, другие сверху сидят и недовольны при том, что медленно все происходит.

В сущности, наша жизнь идет по спирали. И в какой ее точке окажешься, зависит от нас самих. Эта истина не нова. Некоторые и даже многие как живут – поспал, поел, сходил на работу. И так проходят дни, годы… Важна идея – священный алтарь должен быть. Человек – существо нравственное, без идеи никак нельзя.

Однажды мне стало страшно, кажется, в 39 лет это было или в 40. Мне показалось, что все закончилось. Но ничего такого не произошло. Скоро очередной юбилей, и я наконец понял, что надо относиться к жизни чуть небрежно. Утром встал - и хорошо. Еще один день бог подарил. Хотя все мы живем с надеждой на завтра. А хочешь, чтобы завтра было хорошо, делай хорошо сегодня.

О совести

Это как раз тот оселок, на котором духовно шлифуется человек. Он не будет делать больно хотя бы потому, что знает, что такое боль… А слова – духовно, нравственно – это все прилагается…

Автор : Ольга ЗОТОВА, Василий ФЕДОРЧЕНКО (фото), "Владивосток"

В этом номере:
К нам едет вся журналистика региона

Ровно через неделю, 8 декабря, во Владивостоке начнется форум журналистов “Дальневосточная пресса – век ХХI”. В его работе примут участие представители СМИ всех территорий, входящих в состав ДВ федерального округа.

Особенные подарки художника Быкова

В городском музейно-выставочном комплексе Находки открылась своеобразная художественная экспозиция. Художник Вадим Быков сделал выставку-подарок к 50-летию города. На ней представлено 50 графических работ, у которых особенная история.

Борьба с обледенением продолжается

Прошло больше недели после сильного снегопада. И все это время в городе не утихает работа по преодолению последствий стихии. Почти круглосуточно работают на дорогах города 42 единицы снегоуборочной техники.

Баскетбол: все решают снайперы

Продолжаются игры чемпионата России по баскетболу в дальневосточной зоне первой лиги. В очередных турах баскетболисты “Динамо-ДВГУ” дважды обыграли “Энергию-Приморье” из Артема и еще более упрочили свое лидирующее положение.

Телефонное право

Резко сократилось число городских служебных телефонов в администрации края и всех ее структурных подразделениях для ведения междугородных переговоров. Все аппараты отключены от кода “8”, дающего право выхода на автономную междугородную связь. Эти новшества введены распоряжением губернатора Е. Наздратенко от 20 ноября.

Последние номера