Где вы отдохнули этим летом?

Электронные версии
Экономика, финансы

Под флагом “Веселого Роджера”...

Утратив в результате коммерческой сделки спасательные суда, которые оказались в руках иностранных предпринимателей, российские адмиралы, объегоренные ушлыми бизнесменами, вознамерились их вернуть: попросту захватить. В духе старых добрых флибустьерских времен и традиций.

Утратив в результате коммерческой сделки спасательные суда, которые оказались в руках иностранных предпринимателей, российские адмиралы, объегоренные ушлыми бизнесменами, вознамерились их вернуть: попросту захватить. В духе старых добрых флибустьерских времен и традиций.

Как отцы-командиры Тихоокеанского флота корабли в аренду сдавали...

В начале 1992 года в управлении поисково-спасательной службы (ПСС) Тихоокеанского флота объявился некий господин Фридьев, глава судоходной компании “Интертаг ЛТД”, который обратился к начальнику управления ПСС капитану 1-го ранга Борису Косику с весьма заманчивым предложением: заключить соответствующий договор об аренде на предмет использования спасательных буксирных судов соединения “СБ-408” и “Фотий Крылов” в спасательных операциях с целью извлечения прибыли и организации за счет этого их ремонта. Идея эта Борису Николаевичу понравилась, тем более что средства на ремонт судов действительно требовались, а Москва не спешила их выделять. Да и сама компания “Интертаг”, судя по всему, Б. Косику пришлась по душе, в эту компанию 1 февраля 1992 года начальник управления поисково-спасательной службы ТОФ капитан 1-го ранга Борис Косик и поступил на работу по совместительству в качестве флагманского капитана.

В апреле 1992 года в городе нашенском появляется представитель греческой компании “Эмекс” господин Синанидис, деловой и стремительный человек, интересующийся судами поисково-спасательной службы Тихоокеанского флота России “СБ-408” и “Фотий Крылов”, который был построен в 1990 году и считался одним из самых больших и мощных буксиров в мире.

Капитан 1-го ранга Б. Косик вместе с В. Фридьевым организовывают Синанидису встречу с командованием ТОФ, в т. ч. и с командующим адмиралом Г. Хватовым. В ходе переговоров обсуждаются основные условия сдачи в аренду компании “Интертаг ЛТД” судов “СБ-408” и “Фотий Крылов”. При этом особо было оговорено, что компания Синанидиса будет оказывать помощь в поиске работы и организации ремонта этих судов, получая за это часть прибыли, а также сроки аренды: 2 года для “СБ-408” и 1 год для “Фотия Крылова”, и невозможности смены российского флага на иностранный.

Однако вопреки этим договоренностям господа Фридьев и Синанидис подготовили тексты договоров (на английском языке), где были заложены принципиально отличные от тех, которые обсуждались с командующим ТОФ адмиралом Г. Хватовым, условия сдачи в аренду “СБ-408” и “Фотия Крылова”. В частности, в этих англоязычных договорах в качестве владельцев судов выступал “Интертаг ЛТД”, который передавал “Эмексу” оба судна на 5 лет с опционом в пользу “Эмекса” на последующие 5 лет и предоставлял ему возможность двойной либо новой регистрации, перевода судов под новый флаг. В этих же договорах особо отражалась возможность разрешения всех спорных вопросов лишь арбитрами Греции.

Предъявленные Владимиром Фридьевым тексты этих договоров были завизированы и скреплены печатью начальником управления поисково-спасательной службы ТОФ капитаном 1-го ранга Борисом Косиком, который потом простодушно заявит, что содержания сих документов не знал, т. к. не владеет английским, а перевод их отсутствовал.

Позже, в мае-июне 1992 года, будет заключен договор между ПСС ТОФ и компанией “Интертаг ЛТД” на аренду судов “СБ-408” и “Фотий Крылов” на ранее оговоренных вместе с адмиралом Г. Хватовым условиях, которые и были утверждены командующим ТОФ.

Впоследствии, как это будет установлено в военном суде, “чтобы обеспечить выход этих кораблей в море и эксплуатировать их на условиях договора о создании совместного предприятия “Эмекс-Интертаг ЛТД” (подписанного Б. Косиком), Фридьев, оформляя документы у капитана Владивостокского порта, совершил подлог, заменив в договорах, утвержденных командующим ТОФ, несколько листов на текст из договоров, заключенных в апреле (с Б. Косиком). Эта манипуляция не только позволила оформить выход судов в море, но и в последующем решить вопрос об исключении их из госреестра, смене флага и портов приписки”.

Как только спасательные суда Тихоокеанского флота вышли в море, “Интертаг ЛТД” и “Эмекс” стали руководствоваться договорами от 24 апреля 1992 года, подготовленными на английском языке и подписанными Б. Косиком, что позволило в дальнейшем компании “Эмекс” использовать “СБ-408” и “Фотия Крылова” как собственность: с июля 1992 года они поступили по владение, управление и эксплуатацию иностранных компаний за рубежом и стали предметом коммерческих операций (купля-продажа, залог).

Так Тихоокеанский флот вступил в рыночные отношения.

Как установит позже военный суд ТОФ, начальник управления поисково-спасательной службы флота капитан 1-го ранга Б. Косик “превысил свои служебные полномочия, что повлекло за собой потерю Тихоокеанским флотом этих судов (одно из которых на тот момент относилось к числу лучших в мире в своем классе), вызвало значительные материальные расходы, обусловленные решением споров о праве собственности на суда. Последние обстоятельства (в финансовом выражении составляющие сумму более 100 миллионов долларов США) военный суд флота расценивает как тяжкие последствия...”

Кроме того, по убеждению военного суда ТОФ, допущенные капитаном 1-го ранга Б. Косиком нарушения во многом были обусловлены общей некомпетентностью, в т. ч. командованием Военно-морского флота России, Тихоокеанского флота, их юридических служб, в вопросах, связанных с ведением договорно-правовой работы в условиях рынка. Об этом, в частности, свидетельствует то, что договоры на аренду судов ПСС ТОФ, одобренные руководством тыла ВМФ и командованием ТОФ, противоречили постановлению Верховного совета РФ (№ 3020-1 от 27.12.91 г.) “О разграничении государственной собственности в Российской Федерации...”

Но разбор “вступления Тихоокеанским флотом в новые экономические отношения”, следствие, суд - все это будет несколько позже. А тогда, осенью 1992 года, в прессе, куда просочилась информация о более чем странной сделке, поднялся скандал.

Вот, к примеру, что писал по этому поводу журнал “Эхо планеты”: “...Эта металлическая громадина, а еще наш буксир “Фотий Крылов” оказались в центре, наверное, самого крупного в истории российского морского флота скандала. Танкер и буксир передали в аренду грекам, но на самом деле продали за... 1 доллар! За символическую сумму, необходимую лишь для регистрации документов”. И хотя журналисты оказались не совсем точны из-за тщательно скрываемых деталей сделки, шум поднялся действительно на весь белый свет. В такой ситуации в Москве и Владивостоке уже не могли сидеть сложа руки.

Секретная миссия в Сингапуре, или Одиссея капитана 2-го ранга Юрия Амахина

Напуганные скандальным резонансом “рыночной деятельности”, в результате которой были утрачены 2 спасательных судна Тихоокеанского флота, российские адмиралы, очевидно, совсем потеряв голову, ничего лучшего придумать не смогли, как затеять новую авантюру, грозившую еще большим, но уже международным скандалом с непредсказуемыми политическими последствиями...

Нынче, правда, флотские начальники, с которыми я пытался поговорить на эту тему, категорически отрицают факт попытки захвата спасательного судна “Фотий Крылов” в порту Сингапур весной 1993 года. Дескать, все это байки, легенды, чья-то неумная злая шутка...

Что ж, ниже мы приводим свидетельства человека, который должен был претворить в жизнь эту самую “чью-то неумную злую шутку”...

* * *

Капитан 2-го ранга Юрий Амахин вступил в должность начальника штаба соединения спасательных судов Тихоокеанского флота в начале 1992 года, когда уже решался вопрос о передаче в аренду спасательных судов “Фотий Крылов” и “СБ-408”. Волею обстоятельств и начальства он оказался вовлеченным в эпицентр последующих событий, разворачивающихся в авантюрно-приключенческом ключе и приведших его в конце концов к досрочному увольнению со службы. Службы, которую очень любил и которой посвятил всю жизнь. Даже когда настигали несчастья: погиб один младший брат, затем не стало другого, умерла маленькая дочь, Юрий Алексеевич не имел возможности с ними проститься - так складывалась его флотская судьба, что все время был в море. Служил, не щадя себя, Родине. И родина, в лице военачальников, отблагодарила, как это у нас водится, черной неблагодарностью, расплатившись его судьбой за чужие ошибки и авантюры...

Рассказывает Ю. АМАХИН:

- Меня, как только что вступившего в должность начальника штаба, в историю со сдачей судов в аренду никто не посвящал, мол, молодой еще, без тебя управимся. Хотя, конечно, мне приходилось слышать, что у нас крутится некий господин Фридьев, представляющий судоходную компанию “Интертаг ЛТД”, который вроде как собирается нам помочь заработать деньги на аренде наших спасательных судов. Эту версию озвучил командир соединения капитан 2-го ранга Валерий Краснов со слов начальника управления ПСС капитана 1-го ранга Косика.

Через некоторое время после ухода наших судов работать за рубеж в штабе появились слухи, дескать, “Фотий Крылов” и “СБ-408” практически флотом утрачены, коммерсанты нас облапошили, на судах сменен российский флаг на иностранный, их название, порт приписки и объявился новый владелец... Одновременно в прессе по этому поводу разразился скандал.

В феврале 1993 года, видимо, напуганные шумом, наши военно-морские начальники поставили вопрос ребром: во что бы то ни стало вернуть суда, оказавшиеся к тому времени у греков, на родину.

Насколько мне известно, командующий флотом адмирал Г. Хватов приказал начальнику управления ПСС капитану 1-го ранга Б. Косику убыть в Сингапур, где на тот момент находился “Фотий Крылов”, и привести его во Владивосток. Борис Николаевич внезапно заболел. Тогда тот же приказ получает командир соединения капитан 2-го ранга В. Краснов. Однако и он оказался больным. После этого появляется приказ командующего ТОФ адмирала Г. Хватова, где говорится: начальнику штаба соединения спасательных судов убыть в порт Камрань (Вьетнам. - Ред.). Подготовить СБ “Фотий Крылов” к переходу и привести в порт Владивосток. Странный, не правда ли, приказ, когда известно, что “Фотий” находится в Сингапуре. Но тут капитан 1-го ранга Б. Косик уже устно дополнил: убыть в Камрань на самолете, там пересесть на МБ “Калар” - судно вспомогательного флота ТОФ и следовать в Сингапур. По прибытии в Сингапур снять с должности капитана СБ “Фотий Крылов” Зайцева, дескать, он вышел из повиновения, назначить капитаном Петрова (со мной в группу назначили нового капитана, боцмана и двух мотористов), вывести буксир из порта Сингапур и привести во Владивосток.

В начале марта на самолете ВВС ТОФ нас перебросили в Камрань. Там мы пересели на буксир “Калар” и взяли курс на Сингапур. У территориальных вод Сингапура встали на якорь и около месяца ждали, когда будет оплачен сбор за вход в их воды. У флота средств не было, а обратиться выше, очевидно, наши начальники не сразу решились. В конце концов оплата за трое суток была произведена, и нам разрешили войти в терводы Сингапура. Мы встали на рейде порта в 2 кабельтовых от “Фотия Крылова”. Но т. к. нам на это спецзадание никто не выдал ни доллара, опять возникла заминка - добраться до “Фотия” мы не могли: за местный катер требовалось уплатить 10 долларов (5 туда - 5 обратно), а своим пользоваться в Сингапуре воспрещается - сразу арестуют.

Наконец к нам подошел на катере представитель ТОФ в Сингапуре и доставил на “Фотий Крылов”. Там уже знали, что наша группа прибыла по их душу. Меня встретили капитан и двое каких-то греков. Не допустив даже в каюту капитана - разговор происходил в ретрансляционной рубке, объявили, что разрешают пребывать на судне не более 15 минут.

Я объявил Зайцеву цель нашего прибытия: отстранение его от должности капитана и назначение на его место Петрова. Он, как и предполагалось, категорически отказался уступать место и сдавать дела, мотивируя это тем, что часть судовой документации находится у греков.

Через представителя Тихоокеанского флота в Сингапуре я обратился к грекам: на каком основании поднят над “Фотием Крыловым” иностранный флаг, изменено название судна и порт приписки, ведь в договоре об аренде это воспрещено делать? И тут они сказали, что кроме первого договора имеется у них второй, где, дескать, это все оговорено, но в данный момент они показать его не могут, т. к. с собой не возят.

Я попросил разрешения дать возможность поговорить с нашими ребятами из экипажа “Фотия Крылова” (часть команды судна состояла из российских моряков).

Греки запретили и приказали покинуть судно по-хорошему.

Мы вернулись на “Калар”. Стали ждать дальнейших указаний.

Через некоторое время представитель ТОФ сообщил, что нас приглашает консул России в Сингапуре, к которому он нас с капитаном Петровым и доставил. Консул знал о нашей миссии и спросил, что мы думаем делать в сложившейся ситуации. Как мы поняли, если бы было примерно 50 тыс. долларов - уплатить сингапурским властям за стоянку “Фотия”, можно было бы без особых проблем увести судно - и греки ничего бы не смогли тогда предпринять. Но денег не было... Что в такой ситуации делать?

Консул говорит, ладно, подождем, я, дескать, сам попробую что-либо предпринять, а вы тем временем следите за обстановкой на судне, и если капитан Зайцев его покинет, убудет в город, тотчас сообщите мне, а затем высаживайтесь на “Фотия Крылова”, а там, мол, глядишь, и российская часть команды подсобит...

В бинокль мы наблюдали за “Фотием”, ожидая, когда Зайцев покинет судно, однако он все время пребывал на борту. Очевидно, подслушал наши переговоры с Владивостоком, которые мы вели на одном из закрытых радиоканалов, ежедневно докладывая обстановку. Правда, через некоторое время интерес к нам у командования угас, т. к. Владивосток с нами перестал общаться, все ушли, что называется, в глухое подполье, дескать, сами там разбирайтесь...

Стоянка в порту Сингапур, как говорил, была оплачена за трое суток. Но тут буксир-баржа пробила фальшборт нашему “Калару”, и мы задержались еще на трое суток, к исходу которых подошел катер с нашим консулом и представителем ТОФ. Они взяли на борт меня, Петрова и капитана “Калара”, и мы отправились на “Фотий”. Однако на борт нас там не пустили, лишь с большим трудом удалось пробиться консулу. Пока мы его ожидали, подошло лоцманское судно, и с него потребовали, чтобы мы вернулись на “Калар” и убирались восвояси, т. к. время пребывания в порту Сингапур истекло, и если мы тотчас не выполним эти требования, нас ожидают дикие штрафы. Нам пришлось подчиниться. Покинув терводы, “Калар” встал на якорь, и мы стали дожидаться информации от консула. Часа через три представитель ТОФ сообщил по радио, что переговоры консула не увенчались успехом, и судно нам никто не собирается возвращать.

Через сутки из штаба ТОФ поступило указание оперативного дежурного: “Калару” следовать в Камрань.

Прибыв во Вьетнам, я стал ожидать дальнейших указаний, но их все не было и не было. Тогда я составил шифротелеграмму, где изложил всю нашу эпопею, и отправил в штаб ТОФ. Недели через две на связь вышел начальник управления поисково-спасательной службы флота капитан 1-го ранга Б. Косик и сообщил, что нам следует в такое-то время следовать в Сингапур. На сей раз вместе с большим противолодочным кораблем “Петропавловск”, на котором идет специальная группа захвата. Оперативный дежурный штаба ТОФ подтвердил это указание шифротелеграммой.

И мы повернули обратно. Под Сингапуром встретили БПК “Петропавловск”, стоявший на якоре. Как выяснилось, на нем приключилась поломка - что-то с котлами. Мы встали в милях 3-4 от него. Через несколько суток оперативный дежурный штаба ТОФ шифровкой приказал всем возвращаться в Камрань, а затем и во Владивосток.

По возвращении домой интереса ко мне никто не проявил. Словно ничего вышеизложенного и не было.

Через некоторое время меня срочно затребовали в управление кадров ТОФ, где сказали, что, мол, печально, конечно, Юрий Алексеевич, но главком ВМФ адмирал Ф. Громов приказал командующему Тихоокеанским флотом Г. Гуринову (сменившему на посту адмирала Г. Хватова в связи с трагическими событиями на острове Русском) снять вас с должности и уволить в запас...

“По какой статье?” - спрашиваю. “Громов сказал за невыполнение приказа”. Но позвольте, главком не давал мне никаких приказов, это во-первых. А во-вторых, коль приказ не выполнен - это уже уголовное доле, за это под суд отдают...

В возникшей щекотливой ситуации кадровики решили обратиться к адмиралу Гуринову, после чего мне сообщили: командующий ТОФ предложил мне самому выбираться из сложившейся ситуации, писать письма во все высокие инстанции...

И я стал писать. Правда, на почте, как в застойные времена, пытались было отказать мне в приеме писем в адрес высоких лиц государства: Ельцину, министру обороны Грачеву, главкому ВМФ Громову, в главную военную прокуратуру...

В ответ - тишина. Наконец пришло письмо от заместителя главкома ВМФ вице-адмирала В. Еремина: “По поручению главнокомандующего военно-морским флотом ваше письмо, адресованное президенту Российской Федерации и министру обороны, рассмотрено. Принято решение главнокомандующим ВМФ оставить вас для дальнейшего прохождения службы в занимаемой должности, учитывая сложность и нестандартность ситуации, в которой вы находились”. Было это в начале августа 1993 года.

Друзья и сослуживцы поздравляют. А у меня ощущение, что радоваться нет причины - скоро все равно снимут.

Так и случилось. В октябре прибывает к нам комиссия во главе с начальником штаба ТОФ вице-адмиралом О. Фалеевым, составляет акт о выявленных недостатках, который, кстати, мне так и не показали, и дают месяц на устранение. Я устраняю замечания, но тут за неделю до окончания “исправительного срока” выходит приказ за подписью 1-го заместителя командующего ТОФ И. Хмельнова, где говорится, что за низкую организацию боевой подготовки соединения снять с должности и назначить с понижением начальника штаба соединения поисково-спасательных судов... После чего мне была предложена должность командира дивизиона судов обеспечения, от которых остался, по сути, один металлолом и где я должен был поднять на соответствующий уровень их боеготовность. Насмешка, мягко говоря, да и только... В общем, вынужден был уволиться в запас до срока...

Возвращение блудного “Фотия”

Отказавшись в последний момент от операции по захвату спасательного буксира “Фотий Крылов” в Сингапуре (поломка ли БПК “Петропавловск” тому причина, трезвомыслие ли, вдруг снизошедшее на наших флотоводцев, или еще что-то), российские адмиралы додумались наконец избрать иной путь вызволения утраченных спасательных судов Тихоокеанского флота - через суд. Именно так.

Заместитель главкома ВМФ России вице-адмирал В. Еремин подает иск в суд первой инстанции порта Пирей (Греция), нанимается греческий адвокат, привлекается на подмогу АООТ “Совфрахт” с его средствами, т. к. денег у нашего военно-морского флота на оплату различных расходов, и немалых, по обыкновению не было.

Суд накладывает арест на “Фотия Крылова” и “СБ-408”, находившихся в тот момент в порту Пирей, над которыми развевался мальтийский флаг и которые числились собственностью иностранных компаний.

Начавшаяся судебная тяжба проходила с переменным успехом. В конце концов она увенчалась победой для российской стороны: было признано, что ловкие предприниматели объегорили наших флотоводцев, в результате чего завладели спасательными судами Тихоокеанского флота.

Над “Фотием Крыловым” и “СБ-408” вновь взвился российский флаг, церемония подъема которого проходила торжественно и весьма трогательно, при участии прибывшей из Москвы в Грецию делегации флотских военачальников. При этом создавалось впечатление, что буксиры, утраченные адмиралами, возвращены не по решению суда, а отбиты в результате ожесточенного боя с супостатом. Не хватало лишь сцены с вручением орденов наиболее отличившимся в этой схватке...

В настоящее время, насколько нам известно, многострадальный “Фотий Крылов” и “СБ-408”, поизносившиеся за годы мытарств и скитаний, вновь обретшие российское гражданство, продолжают затянувшееся плавание у чужих берегов во фрахте.

Ну, а капитан 2-го ранга, теперь уже запаса, Юрий Амахин нынче трудится на гражданке простым электриком за 500 тыс. рублей, имея на содержании больную неработающую супругу и двоих детей.

Сегодня его судьба никого из флотских военачальников, заваривших авантюрную кашу и посылавших Юрия Алексеевича ее расхлебывать к берегам Сингапура, не интересует.

P.S. Бывший начальник управления поисково-спасательной службы ТОФ капитан 1-го ранга Б. Косик военным судом Тихоокеанского флота осужден на 5 лет условно с испытательным сроком 4 года.

Автор : Евгений ШОЛОХ, “Владивосток”

В этом номере:
Российское судно село на мель в Антарктиде

Научно-исследовательское судно “Профессор Хромов”, принадлежащее Дальневосточному научному институту гидрометеорологических исследований (ДВНИГМИ), утром 5 января село на мель в Антарктиде, неподалеку от российской антарктической станции “Беллинсгаузен”. Об этом корреспонденту “В” сообщили в аппарате ДВНИГМИ.

Поручения по выходу из энергокризиса есть. Нет денег

В правительстве под председательством первого вице-премьера Алексея Большакова накануне новогодних праздников состоялось заседание с повесткой дня “Развитие угольной промышленности Приморского края в 1997-1998 годах и выполнение поручений правительства Российской Федерации по стабилизации энергоснабжения потребителей Приморья”.

Город должен ТЭЦ-2 более полутриллиона рублей

Некачественный, крупный, с большой долей мусора уголь с Павловского разреза стал причиной аварии ночью 8 декабря дробильного аппарата на Владивостокской ТЭЦ-2. Из-за этого в среду на станции была снижена нагрузка с 330 мегаватт до 200-250.

Виталий Коберский станет главным тренером владивостокского “Динамо”?

Как стало известно редакции “В” из неофициальных, но заслуживающих доверия источников, администрацией Приморского края и краевой федерацией футбола планируется смена руководства футбольного клуба “Луч” и его перерегистрация. Один из наиболее вероятных претендентов на пост главного тренера клуба Виталий Коберский, известный тренер, отдавший приморскому футболу более 15 лет. С начала 80-х и до 1991 года с перерывами он был главным тренером “Луча”, а с 1992 по 1995 - начальником команды.

Возобновились отключения электроэнергии

Сразу после завершения рождественских праздников в Приморье начались отключения потребителей от электроэнергии. По словам главного инженера “Дальэнерго” Юрия Лихойды, пока что они носят веерный характер и осуществляются в незначительном объеме.

Последние номера