Как вы думаете, будет ли эффективна нынешняя борьба с суррогатом алкоголя в Приморье?

Электронные версии
Кумиры

Александр Збруев: Женщина – это больше, чем сама жизнь...

Актер вернулся в кино, чтобы рассказать о любви

Александр Збруев, звезда российского театра и кино, больше десяти лет отказывался сниматься в фильмах. «Ничего интересного, на мой взгляд, не предлагали», – говорит артист. Исключением стал полнометражный фильм «Кино про Алексеева» режиссера Михаила Сегала. Александр Збруев сыграл в нем главную роль – состарившегося барда Николая Алексеева.

Когда-то он был кумиром советских студентов, лауреатом конкурсов авторской песни, а теперь торгует при трассе картошкой и грибами. Его находит женщина, которая любила его всю жизнь. Находит и дарит настоящую сказку, в которой неудачник Алексеев получает все, что недополучил от жизни: успех, всемирную славу, изданную фирмой «Мелодия» пластинку с его песнями. Вот только в этой зрелой состоявшейся в жизни женщине он так и не узнал девочку, которая когда-то призналась ему в своих чувствах…

Накануне выхода фильма на российские экраны Александр Збруев рассказал о любви к женщине, к профессии и театру «Ленком», который стал для него вторым домом.

– Александр Викторович, не секрет, что вы актер, которого зрители очень любят. При этом вы больше десяти лет не снимались в кино. Почему? И почему вы дали согласие на работу в «Кино про Алексеева»?

– Это долгая история. Но если коротко, не нравилось все то, что мне предлагали. У меня есть родной дом – мой театр, и он для меня – прежде всего. А то, что я десять лет не снимался, я совершенно об этом не жалею. Из того, что я видел из снятого за эти десять лет, – один, два, ну, может быть, три фильма, в которых я пожелал бы сняться. Хотя в моей жизни это тоже ничего не изменило бы. Сейчас так мир устроен, что все залезают в компьютер и занимаются какими-то совершенно другими делами, а кинематограф на каком-то четвертом, а может, и пятом плане. И в какой-то момент я уже перестал ждать какой-то особенной роли и целиком переключился на театр. И вот так случилось, что я познакомился с прекрасным режиссером – Михаилом Сегалом. Это человек, который знает, что он делает, у него свое видение, он и режиссер, и композитор, и сценарист. У Михаила очень серьезный взгляд на жизнь. При этом он фокусирует его на том, что может волновать определенную часть публики. И я отношусь к той части публики, которую его мысли волнуют. Все это совпало, и мне захотелось сняться в его фильме.

Об отце

– Вы сыграли человека, который был зациклен на своем творчестве, искал признания и славы, а с женщинами, которые тянулись к нему, вел себя достаточно бесцеремонно. Как вы для себя оцениваете своего героя?

– В каждом из нас есть все: и хорошее, и плохое. Просто мы научились это скрывать. Мы фальшиво улыбаемся, когда надо сказать вслух то, что ты думаешь на самом деле. В нас есть и «за», и «против», и только экстремальный случай может показать нашу истинную суть. Но и экстремальный момент у каждого из нас свой. Я не знаю, как бы я сам себя повел на месте Алексеева, который не только предавал женщин, но и, например, сотрудничал с КГБ. Не хотелось бы об этом говорить, но приходится. Скажу и сейчас. Я не знал слова «отец», поскольку родился в 1938 году, а моего отца расстреляли в 37-м. Но прошло много времени, и наступила оттепель-не-оттепель, не знаю, как это назвать. Меня стали узнавать на улице как артиста, и мне удалось попасть в учреждение, где можно было получить документы на отца. Получить и посмотреть, что там такое случилось. Я пришел туда, вышел человек в форме и сказал: «Александр Викторович, вы понимаете, тогда было очень сложное время, тут может быть такое, что вас может смутить, не обращайте на это внимания». Я сел и начал читать. Я видел почерк следователя, почерк отца, приговор, который вынесли три человека. В течение пятнадцати минут они решили его судьбу – приговорили к расстрелу. Я в чем-то сентиментальный человек, но все же сдержанный. Но, когда я все это прочитал, разрыдался, меня не могли успокоить... Это было страшным откровением. Поэтому моя оценка всего того, что происходит с человеком и со мной лично, она проходит за всю ту мою жизнь, которую я прожил, где я был грешен, волею или неволею. И я таким вот образом воспринимаю тот или иной факт, который вижу со стороны. Поэтому считаю, что в Алексееве, как и в каждом из нас, есть все. И любая наша оценка очень и очень индивидуальна, потому что все мы проживаем разные жизни…

О музыке

– Ваш герой – бард, в фильме много музыки, песен. И вы тоже поете, что делает картину очень эмоциональной, трогательной.

– Песни, если они о том, что ты думаешь, чувствуешь, всегда вызывают сильные эмоции. Я сейчас ехал с водителем, и мы с ним заговорили о Высоцком. И он мне сказал: «Если честно, мне больше нравится Окуджава». А я люблю и Высоцкого, и Окуджаву, хотя они абсолютно разные. Когда слушаешь Высоцкого, он накрывает тебя своей энергией, эмоцией, только ты услышал его голос, идешь за ним. А у Окуджавы его слова, спокойный тон – именно они вызывают эту же эмоцию. Владимир, человек эмоциональный, страдал от того, что его не признавали поэтом. Его признавали как песенника. А Высоцкого обязательно нужно слушать, только так его эмоция тебя раздирает, тащит. Он от этого страдал, а не от чего-то другого, – об этом даже Белла Ахмадулина рассказывала. Получалось, что его все слушали, но не печатали. И его даже слушали вожди коммунистической партии – на определенных «сходках» ему позволяли петь. А Окуджава не пел на этих «сходках». Потому что его слова – раздумья. И когда он пел такие песни, как «Не верьте пехоте», «Троллейбус», «Всю ночь кричали петухи» и так далее, эти слова надо было слушать…

О славе

– Ваш герой – человек творческий. Но как артист он не сделал карьеры. В масштабах жизни это может быть трагедией?

– Это рассказ про человека с определенными амбициями, которые есть, конечно же, у каждого артиста. Часто жизнь выбрасывает на обочину творческих людей. И такое случилось с некоторыми моими друзьями и товарищами. Это меня всегда очень волновало… Вообще, честно говоря, этот фильм я бы посвятил Михаилу Кононову. Героиня фильма вытаскивает человека, которого она любила всю жизнь, из «болота»: когда-то он был артистом, а теперь продает картошку… Так вот, Миша Кононов тоже продавал картошку, когда уехал в деревню. Когда я был на гастролях в Америке, встретился там со своим другом – он зарабатывает тем, что строит недвижимость и продает ее. И он мне говорит: «Хочешь, покажу тебе квартиру, которую для Бродского строим?» Я согласился, мне было очень любопытно. Я посмотрел ее и спросил: «Нравится Бродскому эта квартира?» Друг говорит: «Вот это нравится и это нравится. А вот это – нет». И в этот момент сам Бродский открылся для меня не как поэт (а поэт он великий), а как простой человек, которому что-то нравится, что-то не нравится. И я подумал: как часто мы сами возносим до небес человека, ничего не зная о нем как о человеке. А может быть, тот, кто торгует картошкой, с таким достоинством прожил сложную и трагическую жизнь, что достоин самого большого уважения и восхищения? Миша Кононов для меня – очень дорогой человек и, безусловно, талантливейший артист.

– В фильме есть сцена, в которой ваш герой попадает на съемочную площадку к режиссеру Андрею Тарковскому. А вы с ним были знакомы?

– Тарковский в свое время у нас в «Ленкоме» ставил «Гамлета». И я могу сказать: Тарковский – это Тарковский! Когда находишься у него на репетиции, совершенно не понимаешь, что он говорит и что он хочет. Например, он мог сказать: «Здесь обязательно должна скрипнуть дверь и должен закричать петух!» Ему говорят: «Это театр, тут петуха-то нет!» И он спокойно говорит: «Ну, пусть в следующий раз обязательно будет петух!» А ты сидишь и думаешь: «Господи Боже мой! Ну, не скрипнет дверь, ну, не крикнет петух!..» И я понял, что даже у таких великих людей бывает что-то такое, что не до конца понятно людям. Но он оставил в кинематографе не просто свое имя – целую главу, написанную им самим. При этом были и такие курьезы. Гамлета у Тарковского играл актер Солоницын, и в сцене, где его убивают и несут через всю сцену, у него парик слетел! И тут был хохот в зрительном зале, и мне стало страшно за имя Тарковского, про которого уже говорили так: «Он ставит «Гамлета» в театре Ленинского комсомола!» – так тогда наш «Ленком» назывался.

О любви

– Александр Викторович, ваш герой в фильме часто задается вопросом, что такое любовь. И сам же отвечает на него: «Любовь – это дать человеку то, что ему нужно именно сейчас, в этот конкретный момент, а не то, что ты сам хотел бы ему дать». Вам лично это утверждение кажется справедливым?

– Любовь всеобъемлюща. Это чувство волнует каждого человека, и ответ у каждого свой. Любовь – это наша частица. А если кто-то лишен этого чувства – это бедный человек. Мне понравилось, что режиссер вытащил на обсуждение эту тему: что такое любовь? Наверное, есть и другие режиссеры, которые по-другому рассказали бы нам, что такое любовь. Но Сегал отвечает именно так. Кино – это прежде всего режиссер и драматургия, а актер тут на втором, а может, и на третьем плане. К сожалению (и я это особенно чувствую по театру), у зрителя на это другой взгляд. Куда бы мы ни приехали со спектаклем, предположим, с участием Инны Чуриковой, Андрея Соколова и Александра Збруева, приходят зрители не на спектакль, а «на Чурикову, Соколова и Збруева». Как в зоопарк! И слышно: «Ой, Чурикова, как она изменилась!» – «Да нет же, совсем не изменилась!» – ну и так далее. Поэтому иногда нужно и по десять лет не сниматься, пока не найдешь режиссера, который имеет свою индивидуальность, которая соответствует и твоему «я».

О женщинах

– Александр Викторович, мне показалось, что в фильме прозвучала и очень утилитарная мысль: «Мужчины, держитесь за женщин, которые вас по-настоящему любят, – и все в вашей жизни будет хорошо!» Вы согласны с этим?

– Я вообще думаю, что скоро наступит матриархат. Потому что от женщины очень и очень много зависит в нашей жизни. Я давно уже живу на свете и я это понимаю, глядя на то, что происходит сегодня. Все объяснять не буду, но поверьте, что это так… И даже если у тебя в жизни есть проблемы, любящая тебя женщина каким-то образом так тебя направит, что ты все сможешь решить… Бывает, конечно, наоборот, но я говорю о настоящих чувствах и взаимоотношениях. Конечно, я отдаю себе отчет, что мы совершенно разные планеты – женщины и мужчины – и порой, что бы мы ни говорили, абсолютно не понимаем женщин, как и женщины абсолютно не понимают нас. Но женщина за последнее время очень выросла в понимании жизни и своей значимости в этой жизни. Нужно признаться, что женщина в нашей жизни – это больше, чем сама наша жизнь, если ты ее по-настоящему любишь...

Автор : ИА «Столица»

comments powered by Disqus
В этом номере:
​Крути педали, пока не холодает
​Крути педали, пока не холодает

Велосипедный сезон в приморской столице закрыли гонками и шашлыками

Хронограф Победы

Из сводок Совинформбюро со 2 по 8 октября 1944 года

Светлячок заставил пенсионеров пуститься в пляс
Светлячок заставил пенсионеров пуститься в пляс

В минувшую субботу в Адмиральском сквере Владивостока чествовали горожан золотого возраста.

Виталий Аньков – третий непобедимый

Известный в Приморье фотокорреспондент большой друг газеты «Владивосток» Виталий Аньков стал призером Всероссийского конкурса «Патриот России».

Вакансии выставят на ярмарку

Во Владивостоке – в театре «Андеграунд» – 10 октября пройдет традиционная общегородская ярмарка вакансий.

Последние номера
газета
газета
газета
журнал