Как вы думаете, будет ли эффективна нынешняя борьба с суррогатом алкоголя в Приморье?

Электронные версии
Исторический клуб

Русская «Хунхузиада»

Хунхузы – слово теперь почти забытое, хотя в XIX веке не было в крае человека, который бы не знал его. Без сообщений об их «подвигах» не обходилось почти ни одного выпуска местных газет, а до появления здесь СМИ жуткие легенды о неуловимых разбойниках передавались из уст в уста, не давая покоя обывателю. Было время, когда Уссурийский край на полном серьезе называли Хунхузией, а русские власти были озабочены не столько защитой границ, сколько борьбой против «внутреннего врага» – шаек китайских бандитов.

Самым страшным обитателем Уссурийского края был «краснобородый» бандит

Кто такие хунхузы?

«Хунхуз» в переводе с китайского на русский язык буквально значит «краснобородый». В старину китайские разбойники, чтобы скрыть лицо и напугать своим видом купцов, прицепляли фальшивые большие красные бороды. Такие бороды сохранились до сих пор у артистов, изображающих разбойников, в традиционном китайском театре. Хунхузы, объединявшиеся в банды на новоприобретенной российской территории, практически ничем не отличались от средневековых грабителей; правда, на русских они нападали сравнительно редко, предпочитая грабить китайцев и корейцев, живших в Уссурийском крае. Они делились на два вида: местные, постоянно живущие здесь, и временно приходящие из-за границы.

Иван Надаров, с 1880 года занимавший должность правителя канцелярии военного губернатора Приморской области, писал: «Хунхузами в Уссурийском крае называют китайских разбойников, грабителей и вообще убийц. В этом смысле слово «хунхуз» приобрело право гражданства среди русских жителей... Это преступники, спасавшиеся от преследований закона; люди, бросившие свои дома и семейства вследствие разорения от кутежей и игры в карты, вообще люди порочные. Не всегда оправдывались расчеты этих людей даже на насущный кусок хлеба. И тогда они под влиянием безысходной нужды обращались в разбойников и грабителей, известных под именем хунхузов».

О хунхузах в Уссурийском крае писали практически все путешественники и ученые, побывавшие здесь. Упомянул об этом местном феномене даже Антон Чехов, описывая сахалинских каторжников в 1890 году: «Мне говорили, что дольше всех могут находиться в бегах китайские бродяги «хунхузы», которых присылают на Сахалин из Приморской области, так как они будто бы могут по целым месяцам питаться одними только кореньями и травами». Хунхузы объединялись во множество отдельных шаек от 3-5 до 30-50 человек, а иногда и более сотни; во главе стояли старшины, как правило, выборные. В шайках существовала строгая дисциплина; главарь в буквальном смысле распоряжался жизнью и смертью подчиненных.

Этническая преступность

Основной контингент шаек составляли китайцы; некоторые современные авторы поэтому называют феномен хунхузничества «этнической преступностью». Однако надо заметить, что русское население, не особенно разбираясь в национальном составе преступных банд, называло хунхузами всех, кто грабил и убивал, по принципу: преступник – значит хунхуз. Перешло такое понимание хунхузов и в газетные сообщения, и даже в официальные документы; нередко можно было встретить выражения типа «шайка хунхузов, состоящая из двух китайцев, двух русских и корейца»… Действительно, к началу XX века появились и смешанные преступные сообщества и даже хунхузские отряды, возглавляемые русскими (!).

Борьба с этими разбойниками, порой приобретающая характер военных действий, продолжалась практически все время существования Уссурийского края. Однако отдельные успехи полиции и воинских команд не приводили к явному перелому ситуации. Местное население, особенно китайское и корейское, смертельно боялось хунхузов. Панические и порой весьма преувеличенные слухи об их страшных злодеяниях распространялись с необычайной быстротой, парализуя саму возможность сопротивления разбойникам. Устные рассказы (вернее, легенды) перерастали в своеобразную хунхузскую мифологию, которую активно поддерживали заезжие литераторы и корреспонденты, а позже и местная печать.

В 1879 году произошел случай, потрясший немногочисленных русских жителей Владивостока своей жестокостью. В июне на дом знаменитого шкипера Гека в бухте Сидеми (теперь Безверхово, на противоположной от Владивостока стороне Уссурийского залива) в его отсутствие напала шайка хунхузов. Жену Гека повесили прямо в доме, трех работников убили, а 6-­летнего приемного сына, видимо, увели с собой. Преследование шайки, ушедшей в Китай, оказалось безрезультатным. Но после этого Фридольф Гек и поселившийся рядом с ним Михаил Янковский, отстроив усадьбы-крепости, объявили настоящую войну хунхузам, так что те стали обходить полуостров Янковского стороной.

На войне как на войне

Летом 1896 года на реке Уссури была проведена российско-китайская войсковая операция против хунхузов. Тогда в Амур на лодках вышла шайка в 120 человек и, разграбив китайский золотой прииск, двинулась к Хабаровску. Генерал Чжоу Мянь, имевший 400 солдат в подчинении, обратился за помощью к российским властям. Зафрахтовав пароход «Ингода», он со своим воинством направился вдогонку бандитам. Тем временем хунхузы, войдя в Уссури, взяли в плен четверых русских. Для захвата разбойников в станице Венюковой было собрано около 400 казаков и солдат, смотр войск провел сам генерал-губернатор Приамурья. Этими силами при поддержке китайских солдат удалось разгромить банду только через два месяца.

Бывали случаи (весьма редкие), когда сами жители задерживали разбойников. Например, в октябре 1906 года газета «Дальний Восток» сообщала: «29 сентября корейцами-крестьянами дер. Николаевки, на станции Сица Сучанской ветки, задержаны 4 хунхуза: Кэн-чхен-ко с револьвером, Кэн-сун-лин с револьвером, Ван-зун-лан с кинжалом и Сун-чан-хва с патронами. На хунхузов была произведена облава жителями д. Николаевки после получения ими письма с угрозами напасть на деревню, если им не будет представлен денежный выкуп. Во время облавы несколько человек хунхузов бежало». Кстати, если судить по приведенным фамилиям пойманных вымогателей, они были отнюдь не китайцами, а корейцами…

Порой столкновения с бандами представляли собой настоящие бои, об одном таком случае рассказывала заметка в газете «Приамурье» (Хабаровск) в июне 1909 года. Около полуночи 15 июня на село Шкотово напали две шайки хунхузов численностью до 100 человек, вооруженные трехлинейными винтовками. К счастью шкотовцев, в их селении случайно находился в это время отряд драгун, которые стали отстреливаться. Как пишет газета, «началось настоящее правильное сражение, продолжавшееся до 2 час. ночи. Со стороны хунхузов было сделано до 2000 выстрелов, драгуны выпустили до 800 зарядов». После перестрелки часть бандитов, прихватив четырех местных китайцев, ушла в горы, другие скрылись на джонках в море. Разумеется, преследование ничего не дало.

Криминальная хроника

Однако это лишь очень редкие исключения из общих правил, гласивших: «Невозможно сопротивляться хунхузам – они жестоки, неуловимы и мстительны». Такое мнение поддерживалось и слухами, и – после появления первых газет – хроникой текущих событий. Это было отражением реального положения: действительно, хунхузы терроризировали Уссурийский край, порой действуя в непосредственной близости от русских воинских гарнизонов, которые по мобильности никак не могли сравниться с бандитами. Правда, время от времени – когда разбойники особенно распоясывались – властями проводились крупные войсковые операции и полицейские облавы, но они лишь тревожили бандитов, не принося им особых неприятностей.

Причины такого положения дел пояснял Владимир Арсеньев в работе «Китайцы в Уссурийском крае» (1914 год): «Обыкновенно при появлении хунхузов крестьяне собираются неохотно; они требуют войска, а вследствие нашей проволочки и канцелярщины войска всегда опаздывают, выходят без всяких инструкций, вступают в распоряжение полицейского чиновника, который и сам-то не знает, где следует искать разбойников, и потому такие экспедиции против хунхузов всегда безрезультатны. Стоит ли искать разбойников, когда после появления их в данной местности прошло уже несколько суток и хунхузы ушли отсюда по крайней мере верст за сто, если не больше?». Хунхузские шайки оперировали буквально по всему краю, не исключая и крупные города. Поэтому регулярные «хунхузские новости», конечно, выглядели пугающими.

Газета «Владивосток», июнь 1903 года: «По слухам, в устье Суйфуна появились хунхузы; в четверг, 26 сего июня, туда выслана воинская команда в числе 20 нижних чинов при одном офицере от 8-го крепостного полка. Не так давно к манзам, работавшим в лагерях на Первой речке, пришел вооруженный китаец и спрашивал подрядчика, которого в то время среди рабочих не было; а затем потребовал у рабочих денег или муки и, не получив ни того, ни другого, объявил им, что ночью на них будет сделано нападение хунхузами, которые в числе 20 или 40 человек находятся будто бы близ сухопутной обороны. В ту ночь были приняты меры для защиты манз; хунхузы как в то, так и в последующее время, пока там работали манзы, не появлялись».

Газета «Далекая окраина», июнь 1908 года: «Хунхузы в долине р. Монгугая (Барабаш) свили себе прочное гнездо. Они засели в ущельях и сопках, идущих вдоль монгугайского тракта, по которому из китайского Хунчуна ввозят в нашу область разные сельскохозяйственные продукты и гонят скот для потребностей барабашевского и славянского гарнизонов, и грабят сопровождающих обозы корейцев и китайцев (а при случае и русских, конечно). Недавно тут они захватили в плен в целях получить за них хороший выкуп шестерых корейцев, а одного богатого китайца замучили пытками и убили. Труп его был взят и увезен в Хунчун. Страшная паника царит по этому поводу между мирным населением в этих местах».

Продолжение следует.

По материалам архива ОИАК

 

Автор : ​Иван ЕГОРЧЕВ, действительный член Общества изучения Амурского края

comments powered by Disqus
В этом номере:
Чуркин оснастят парусами
Чуркин оснастят парусами

Комплексную застройку полуострова Шкота, создание новой набережной и марины для швартовки круизных лайнеров обсудили на градостроительном совете в администрации Владивостока.

Хронограф Победы

Из сводок Совинформбюро с 9 по 16 июля 1944 года

Мори бито из японских лесов

Необычная выставка открывается 17 июля в музее современного искусства «Артэтаж». Японский фотохудожник Рюки Фукао представляет владивостокской публике серию не просто фотографий, а фотокартин «Мори бито – духи леса».

Крымская война в полотнах Шиляева

В рамках арт-тура «Великие страницы истории Дальнего Востока» в Доме офицеров флота во Владивостоке открывается персональная выставка известного российского мариниста Валерия Шиляева.

ТОФ усилят ракетами С-400

Тихоокеанский флот ждет новейшее вооружение противовоздушной обороны – для постановки на боевое дежурство полк ПВО флота готовит позиции для самой надежной ракетной системы.

Последние номера
газета
газета
газета
газета