Как вы думаете, будет ли эффективна нынешняя борьба с суррогатом алкоголя в Приморье?

Электронные версии
Акция «В»

Высоцкий? Пусть войдет!

2 ИЮЛЯ 1971 года – особая дата для Владивостока, особенно для тех его жителей, кто, как и весь советский народ, на затертых кассетах днем и ночью слушал в то время песни Владимира Высоцкого. Концерт, который великий бард дал на сцене Пушкинского театра, навсегда остался в сердцах счастливчиков, коим удалось попасть в зал. Среди них был один из читателей «В» – Вячеслав Романюк. Вот что он вспоминает.
Высоцкий? Пусть войдет!
Кому и почему великий бард написал на фотографии: «До встреч. И спасибо!» Однофамилец стармеха – Около 11 часов 2 июля 1971 года, – вспоминает Вячеслав Андреевич, работавший во время приезда Владимира Высоцкого во Владивосток руководителем Баскомфлота (профсоюзная организация моряков), – мой секретарь сообщил по внутренней связи: в приемной находится Высоцкий, который просит принять его. Я хорошо знал старшего механика пароходства Валентина Высоцкого, поэтому сказал: «Пусть заходит». В кабинет как-­то неуверенно вошел не тот, кого приглашал: от неожиданности я растерялся. Впервые увидел известного певца вживую. Его лицо было неестественной белизны. Он начал несвязно объяснять, что ему необходима помощь, что отмена концертов равносильна его творческой смерти, что в Москве ему не простят, а люди подумают, что он сорвал концерты по пьянке. Попросил его присесть, успокоиться и подробно изложить суть проблемы. Несколько успокоившись, Высоцкий рассказал, что прилетел во Владивосток со знакомыми моряками, посетил один из пассажирских теплоходов – «Феликс Дзержинский», там пел свои песни команде. Об этом узнали на других судах, и свободные от вахт моряки тоже пришли послушать. И упросили барда дать несколько концертов во Дворце культуры моряков, уверив, что все вопросы будут решены. Он согласился. Договорились с директором дворца о том, что 2 июля будет дано два концерта. Известие разнеслось по Владивостоку мгновенно. Билеты были распроданы моментально. Но у кассы все равно стояла гигантская очередь. По словам Высоцкого, неожиданно утром 2 июля директору ДКМ позвонили из крайисполкома и предупредили: Приморский крайком партии запретил концерты, так как ни одного разрешающего документа на концертную деятельность у Высоцкого не было. Не в артисте дело, дело в моряках Идти против решения крайкома КПСС никому даже в голову не приходило. Это хорошо понимал Высоцкий, наученный горьким опытом своей концертной деятельности в Москве. Приход в Баскомфлот для Владимира Семеновича стал актом отчаяния, попыткой найти выход из безвыходной ситуации. – Я в то время был далек от краевой партийной власти, а по правилам партийной этики не мог напрямую обращаться в высший политический орган края, – говорит Вячеслав Андреевич. – Самый нормальный и законный выход – вежливо отказать певцу, так как ни я, ни работники Баскомфлота никаких обещаний о проведении концертов никому не давали. Мы с Высоцким почти ровесники, и я откровенно обрисовал свои возможности и безрадостную перспективу. Он был удручен и подавлен, повторяя как заклинание, что просто необходимо спасать его от позора. Представил себя на его месте, и мне тоже стало не по себе. Попытка не пытка, решили мы. Моя идея, как решить вопрос, заключалась в том, чтобы во главу проблемного вопроса поставить не Высоцкого, а моряков. Мол, выступить с концертами просили моряки, которые практически единственный раз в жизни имеют возможность встретиться со своим любимым артистом. Отмена концертов вызовет бурю негодования среди тружеников моря, которым трудно объяснить, кто, зачем и почему запретил концерты официально не запрещенного Высоцкого. А если выступление разрешить, то моряки пароходства, большинство из которых постоянно бывают за границей и слышат вражескую пропаганду о запрете свободы слова, об ограничении в СССР выступлений некоторых писателей, поэтов, певцов, станут непосредственными пропагандистами свободы творчества в советском государстве, рассказывая о своем личном участии в концерте якобы опального барда. И наконец, будет верхом несправедливости отказать труженикам моря в их первой за многие годы просьбе. Вот такую аргументацию я придумал. Переговорил с секретарем парткома Анатолием Пилипенко, изложив ему суть проблемы (в присутствии Высоцкого). Оценив обстановку, Анатолий Васильевич, не колеблясь, решил добиваться проведения концертов. Посоветовались с начальником ДВМП – знаменитым и уважаемым в крае Валентином Бянкиным. Он нас поддержал и обещал любую помощь в любых органах. Затем мы отправились с Анатолием Пилипенко в крайком партии к главному идеологу – Константину Харчеву. Я был с ним знаком и знал, чем он может помочь в этом деле: окончательное решение – не его епархия, но поддержать нас он мог. Мы хорошо представляли реакцию тех, к кому пойдем, знали, что она будет негативной, поучающей и пугающей, но решили твердо отстаивать свою позицию до конца. В настоящее время некоторым людям, особенно молодым, такая подготовка к операции по проведению элементарных концертов может показаться смешной и наивной. Но в то время нам было не до смеха. На встрече Константин Харчев, как мы и ожидали, обвинил нас во всех смертных грехах. Мы озвучили свои аргументы, и он стал рассуждать спокойнее. Затем по его просьбе мы вышли в приемную, а он довольно долго с кем­-то вел переговоры. Наконец мы все вместе пошли к Александру Гульченко – второму секретарю крайкома, который в то время был за главного в отсутствие первого секретаря. Александр Николаевич никаких вопросов не задавал и четко изложил свою позицию. Разрешить только два концерта сегодня. Высоцкого предупредить, чтобы он выбрал из своего репертуара только те песни, которые не имеют «двойного дна». Вместе с управлением культуры составить репертуарный план. Ответственность за все происходящее от и до возложить на Пилипенко и Романюка. В случае каких-­либо накладок или ЧП обоих привлечь к строгой партийной ответственности. «Я к вам пришел с песнями» – Когда приехал в ДКМ, то до концерта оставалось чуть больше часа, – продолжает Романюк. – Высоцкий выглядел безжизненным, опустошенным. Он был настолько угнетен и подавлен, что даже сообщение о разрешении концертов не вызвало у него радостной реакции. Я пытался рассказать ему об условиях, но он ничего не слышал. Пришлось повторить все позже. Он ожил и был согласен со всем. Концерт начался вовремя. Зал был переполнен, многие пришли с магнитофонами. Я не был уверен, что Владимир Семенович сможет восстановить свои силы и провести два концерта. Но когда он буквально вылетел на сцену – его было не узнать. Перед нами был подтянутый, с горящими глазами и быстрыми движениями человек-­легенда. Он не только пел, он метался по сцене, рассказывал об истории своих песен, отвечал на вопросы зрителей легко, интересно, с юмором. А как он пел! Я много раз видел его выступления на концертах, но это было не то. Зал жил вместе с ним, люди смеялись, тихо утирали слезы. Концерты пролетели на одном дыхании. Но в память врезались два момента. Один «особо продвинутый» фанат неожиданно для всех задал вопрос, действительно ли артист встречается с Мариной Влади. Зал затих. Высоцкий остановился, впился взглядом в любопытного и четко, даже зло сказал: «Я прошу не лезть в мою личную жизнь. Я пришел к вам со своими песнями и прошу это понять!» Высоцкий спел очередную песню, затем остановился и уже спокойно стал рассказывать о том, что ему нравится, а что нет, поэтому он все это изложил в песне. В самом конце второго концерта позвонили из крайкома партии и передали указание ЦК КПСС: «Сообщите Высоцкому и всему залу, что деньги, вырученные за концерт, он перечислит в фонд мира». Директор ДКМ объявил об этом после последней песни, при вручении Высоцкому большого букета цветов. Зал взорвался аплодисментами. Высоцкий ни одним движением, ни одним мускулом не дал понять, что этого ему никто раньше не говорил. И только в кабинете директора после концерта сказал: «Пусть так и будет, в фонд мира – это хорошо». Затем он сел рядом со мной, спросил, есть ли к нему вопросы, все ли условия он выполнил и попросил рассказать, как мы смогли добиться проведения концертов. Я коротко рассказал, а он лишь повторял: «Это невероятно, это невероятно, спасибо, спасибо и еще раз спасибо...» Видимо, в знак признательности и благодарности за наши совместные с ним муки он и написал на фотографии коротко, но от души: «До встреч. И спасибо! Высоцкий Романюку». Беспартийная рекомендация Эта история с Владимиром Высоцким полностью изменила мою судьбу. До этой встречи мой жизненный путь, казалось, определился на долгие годы – работа по профсоюзной линии. Я был самым молодым председателем самого крупного морского профсоюза страны. Впереди была интересная работа по защите прав работников морских профессий. Но совершенно неожиданно меня пригласили в крайком КПСС к первому секретарю Виктору Ломакину. Монолог Ломакина был неторопливый. Он был осведомлен о моей предыдущей деятельности, которой дал хорошую оценку. Но, по его словам, некоторые мои поступки оказались в поле зрения даже ЦК партии и вызвали неоднозначную реакцию. Это он имел в виду мою речь на коллегии министерства морского флота, где присутствовали высокопоставленные представители правительства и ЦК КПСС. Я тогда обвинил министра Гуженко в игнорировании просьб моряков­-дальневосточников о жилье и соцкультбытовых вопросах. Это привело министра в ярость, но все факты подтвердились, и министру пришлось после коллегии объясняться в ЦК КПСС и ЦК профсоюза работников морского и речного флота. А затем ДВМП увеличили финансирование на строительство жилья и Дворца культуры моряков (ныне Fesco Hall). Об этом инциденте ЦК КПСС проинформировал Виктора Павловича. Не успела затихнуть история с министром, как вдруг новый беспрецедентный поступок – с Высоцким. По оценке ЦК КПСС, фактически была проигнорирована позиция партийных органов и нарушена партийная дисциплина, что непростительно даже со ссылкой на отстаивание интересов избравших нас моряков. И тут случилось неожиданное. По словам Виктора Павловича, было принято решение пригласить меня на работу в крайком партии, чтобы окончательно определиться, чего я стою на самом деле. Вскоре Виктор Ломакин рекомендовал меня на должность председателя горисполкома, а затем первого секретаря ГК КПСС Находки. При этом он в шутку заметил: «Вот видишь, как бывает, беспартийный Высоцкий рекомендовал тебя на партийную работу». ОТ РЕДАКЦИИ КАК ИЗВЕСТНО, в ближайшее время во Владивостоке в Театральном сквере появится памятник Владимиру Высоцкому. Великий бард навсегда останется в «открытом закрытом порту Владивосток».

Автор : Любовь БЕРЧАНСКАЯ

comments powered by Disqus
В этом номере:
Праздник молодости и позитива
Праздник молодости и позитива

В День молодежи было чем потешить себя и компанию

Набережную кампуса ДВФУ откроют для горожан
Набережную кампуса ДВФУ откроют для горожан

ТАКОЕ обещание дал жителям приморской столицы глава Владивостока Игорь Пушкарев.

В свадебном платье на парад

НЕВЕСТ Владивостока ждет уникальная возможность еще раз покрасоваться в белом платье, сделать подходящую прическу и макияж, сообщает пресс-служба администрации города.

На «БАМ» по объездной дороге
На «БАМ» по объездной дороге

СТРОИТЕЛЬСТВО еще одного важного транспортного узла началось во Владивостоке, сообщает пресс-служба администрации города.

Владивосток обеспечит медиков служебным жильем

ПЕРЕЧЕНЬ категорий граждан, которым предоставляются служебные квартиры в муниципальном жилищном фонде, пополнен медицинскими работниками. Такое решение приняла Дума города Владивостока на прошедшем заседании.

Последние номера
газета
газета
газета
газета