Планируете ли Вы окунуться в прорубь на Крещение?

Электронные версии
Исторический клуб

Визит янки на Колыму

В КОНЦЕ мая 1944 года вице-президент США Генри Уоллес посетил ряд районов Советского Союза, в частности, побывал на Колыме. Высокий гость остался доволен увиденным, о чем не преминул тут же заявить сопровождавшим его американским журналистам. Спустя несколько лет подтвердит сказанное в книге, посвященной поездке в «Советскую Азию». Причем ни разу ни в публичных высказываниях, ни в мемуарах ни словом не обмолвится, что «гостил» в одной из самых масштабных советских «зон», в которой на тот момент отбывали срок десятки и десятки тысяч заключенных. Более того, в его суждениях даже проскальзывали мысли, что всех этих ужастиков не существует.
Визит янки на Колыму
или О том, как дальневосточные чекисты водили за нос вице-президента США Историки до сих пор спорят: то ли высокий гость оказался столь наивен, то ли все видел, но сделал вид, что не заметил, дескать, ни к чему было портить отношения с союзником. То ли наконец весь этот дым, окутавший плотной завесой крупнейшую территорию империи ГУЛАГ, стал результатом операции советских спецслужб. В Поднебесную – через Колыму Действительно, очки втерли, но такова ли была главная цель? К весне 1944 года ситуация на Востоке продолжала оставаться крайне напряженной. На Тихом океане бушевала война между США и Японией. На континенте японцы завязли в Китае. В самой же Поднебесной одни за коммунистов с Мао Цзэдуном, другие – за Национальное руководство во главе с Чан Кайши. Коммунистов поддерживал Советский Союз, и было очевидно, что у Мао перспектив побольше. Американцы также имели свой интерес в Китае – с тем, чтобы получить дополнительный ресурс в войне против Японии. Этот стратегический замысел и был главной целью миссии Уоллеса. …Попасть тогда в Поднебесную с наименьшим риском можно было только через Советский Союз. Точнее, по знаменитой авиатрассе АлСиб – по ней в годы войны из США через Аляску и Сибирь поставлялись в СССР американские самолеты. В своем запросе на транзит Белый дом пожелал остановиться в ряде пунктов, в том числе (а как по-кажут дальнейшие события – прежде всего) на Колыме, в районе добычи драгметаллов. Война вступала в завершающую стадию, и американцам, наслышанным о колымских кладовых, хотелось воочию убедиться, насколько платежеспособен союзник и сможет ли рассчитаться за поставки по ленд-лизу, которые с начала 1942 года шли потоком в нашу страну. Москва оказалась перед непростой дилеммой: отказать нельзя, дать добро – тоже. Ведь вездесущая американская пресса, чьи представители, повторимся, входили в состав группы Уоллеса, тут же разнесут по всему миру правду о ГУЛАГе, и Советский Союз, получивший в ходе войны репутацию страны-освободителя, вдруг предстанет в очень неприглядном свете. В Москве это прекрасно понимали, но и упускать шанс извлечь выгоду из нежданно-негаданно свалившегося визита тоже не хотелось. В общем, надлежало показать товар лицом, разумеется, изрядно закамуфлированный, произвести на высокого гостя самое что ни на есть благоприятное впечатление – с тем, чтобы, вернувшись домой, он мог сказать: «О’кэй, с этими ребятами можно иметь дело!» Чекист, тамада, советский работник Первоначально планировалось, что всю эту операцию проведет специально командированная группа чекистов из центрального аппарата двух комиссариатов – госбезопасности (НКГБ) и внутренних дел (НКВД). Но после всех «за» и «против» решено было отдать на откуп дальневосточникам. Органы Приамурья, Приморья и Северо-Востока в годы войны зарекомендовали себя с самой лучшей стороны: провели ряд эффективных операций – как в нашей стране, так и на сопредельных территориях. Главный же чекист региона, полномочный представитель НКГБ по Дальнему Востоку Гоглидзе, несмотря на небольшой стаж «смотрящего» за территорией, слыл твердым, деятельным руководителем. Помимо собственных сил решено было привлечь спешно прибывшего из Японии резидента советской разведки Григория Долбина. Генри Уоллеса в аэропорту Сеймчана встречала вся местная элита во главе с главным шефом Ко-лымы, начальником Дальстроя Никишовым и заместителем председателя исполкома Совета народных депутатов Хабаровского края… Гоглидзе. Превращение генерал-лейтенанта госбезопасности в госчиновника прошло без сучка и задоринки. Уоллес в первом же интервью после обильной трапезы отметит, что завтрак был великолепен, а душой экспресс-приема стал тамада, в роли которого вы-ступил новоиспеченный зампредкрайисполкома. Разумеется, гости знали об истинной Колыме. На Запад уже просочилось немало сведений о реальной обстановке на «чудо-планете»... но ничего не увидели, точнее, не смогли заметить. Все вышки по пути следования тщательно разработанного маршрута были спилены, всем зэкам устроили трехдневный отдых с выходом на природу подальше от мест обитания, а облет территории на самолете, вел который знаменитый ас Илья Мазурук, каждый раз почему-то происходил над пустынной территорией. Золото есть, огурцы растут, а зэки… испарились! Гость в первую очередь стремился на прииски – собственными глазами увидеть вожделенный процесс, вникал во все детали – от добычи до выхода металла. Главному гиду генералу Никишову стоило немалого труда, чтобы не раскрыть истинных масштабов производства, а самое главное – не на-звать объемов уже извлеченного из недр драгметалла. Попутно заметим, что в годы войны на Колыме в разы увеличились темпы добычи, было выдано на-гора несколько сот тонн. Но даже не ведая о конкретных цифрах, Уоллес по размаху работ сделал верный вывод о грандиозности предприятия, заявив, что подобного треста нет в Америке. Что же касается отсутствия зэков, то их вице-президент не заметил по той простой причине, что в программу посещения были включены только те прииски, на которых трудились вольнонаемные. Об этой детали, между прочим, забывают многие исследователи, полагая, что золотодобычу на Колыме вел исключительно лагерный контингент. Гвоздем программы стало посещение агрофермы, где в парниках выращивались огурцы, помидоры, зелень, картофель и даже дыни. Обо всех этих невиданных для Колымы деликатесах заключенные, понятно, мечтать не смели – шли витамины исключительно на стол «менеджеров» и охраны. На время посещения агрооазиса всех работниц, женщин-зэчек, сменили жены лагерного начальства. При проработке программы визита Гоглидзе особое внимание обратил на агрономическую подкованность вице-президента: в прошлом – аграрий, фермер, почти десять лет возглавлял министерство сельского хозяйства США – его на мякине не проведешь. Ведал тепличным хозяйством агроном-зэк, заменить его не было никакой возможности – «вольных» агрономов не нашлось! Пришлось начальнику политотдела Дальстроя Сидорову посвящать «врага народа» в детали замысла, провести оперативный ликбез, пообещав в случае удачного исхода скостить срок и даже устроить на работу в газету «Советская Колыма». Агроном, а им оказался в будущем известный писатель-фантаст Владимир Пальман, блестяще справился с ролью временно исполняющего роль агента: как ни пытался Уоллес подловить «коллегу-агрария» – не вышло! Судимость сняли, но велели с Колымы не уезжать – мало ли как на материке может повернуться. Только спустя десять лет, уже после смерти Сталина, Пальман сможет выбраться на Большую землю. Казнить нельзя помиловать – где ставить запятую? Возвращаясь из Китая, Уоллес решил на несколько часов задержаться в Чите. Была ли остановка за-планированной или же «неформальной» – неизвестно. Но факт остается фактом: вице-президент вы-кроил часок-другой из сверхплотного графика, чтобы пообщаться со своим новым знакомым – «зампредом крайисполкома». Уоллес подробно рассказал о результатах визита в Поднебесную, переговорах с Чан Кайши – отныне американское присутствие распространится и на цитадель Мао – Особый район Китая. Можно только догадываться, по какой такой причине откровенничал высокий гость. Заокеанский визитер наверняка знал или, по крайне мере, догадывался, что перед ним не функционер регионального уровня, а фигура куда более значимая, а посему в интересах союзнических отношений можно и довериться. Уоллес еще летел по АлСибу, а в Кремле уже изучали доклад «тамады»… Дальнейшая судьба у обоих окажется драматичной. Уоллес, совершая азиатский вояж, еще не знал, что его политической карьере приходит конец. В Америке уже подули другие ветры – просоветские настроения уступали место расчетливому, чисто американскому практицизму – мавр сделал свое дело, мавра можно и подвинуть. Вскоре после возвращения он проиграет на выборах на новый срок, и его на посту вице-президента сменит Гарри Трумэн, а после смерти весной 45-го Рузвельта Уоллесу придется покинуть Белый дом. Он еще попытается повернуть колесо вспять, в 1948 году примет участие в президентских выборах, но без каких-либо шансов на успех – ему не простят резко негативного отношения к разворачивающейся холодной войне. Покинув политическую сцену, с головой уйдет в журналистику. В начале 50-х на волне разгула маккартизма Уоллеса обвинят в сотрудничестве с советской контр-разведкой. Отставной вице-президент аргументированно отметет все наветы, но ярлык «красного» так и останется за ним до конца дней. Совсем по-другому сложится судьба Гоглидзе. Его деятельность получит высокую оценку центрального руководства – награды, повышение в звании. Сергей Арсеньевич будет успешно нести свою вахту на Дальнем Востоке. Под его началом сделает первые шаги на невидимом фронте будущий шеф советской контрразведки Олег Грибанов. (В начале 60-х годов он руководил операцией по разоблачению «шпиона века» Пеньковского.) После десяти лет дальневосточной командировки последуют перевод в Москву и назначение на один из руководящих постов в министерстве госбезопасности, затем возглавит военную контрразведку, но, увы… Стремительный карьерный рост оборвется летом 1953 года. В связи с «делом Берии» Гоглидзе в числе высокопоставленных чекистов будет арестован, в конце года судим и расстрелян. В мае 2002 года Военная коллегия Верховного суда РФ рассмотрела «дело Берии» и, руководствуясь ст.ст. 8, 9, 10 закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18 октября 1991 года и ст. 377-381 УПК РСФСР, определила: «Признать… Гоглидзе Сергея Арсеньевича не подлежащим реабилитации». Совсем недавно, осенью 2011 года, издание «Аргументы времени» опубликовало обширный мате-риал о деятельности Гоглидзе на Дальнем Востоке, при этом, заметим, совершенно не коснувшись колымской операции. «Аргументы» обстоятельно, с определенной долей патетики характеризуют своего героя и даже утверждают, что в 2004 году, то есть уже после вышеупомянутого решения Верховного суда РФ, Гоглидзе был… реабилитирован! Публикация вызвала большой общественный резонанс. Между тем на официальном уровне оценки не последовало – публикацию просто-напросто не «заметили». Случайно ли? Дело до сих пор не рассекречено и, судя по всему, откроется нескоро. Что же там такого, что даже спустя 60 лет знать не позволено?

Автор : Владимир КОНОПЛИЦКИЙ

comments powered by Disqus
В этом номере:
«Копилка идей» потяжелела от предложений
«Копилка идей» потяжелела от предложений

Кто составит компанию романтику на крыше и цветным человечкам в переходе?

Приезжайте к нам на Колыму
Приезжайте к нам на Колыму

Как дальневосточные чекисты водили за нос вице-президента США

К вам пришел домовой контроль
К вам пришел домовой контроль

Новая организация объединит собственников жилья

Ярмарка на центральной площади работает и в праздник
Ярмарка на центральной площади работает и в праздник

НА ПЛОЩАДИ Борцов за власть Советов по пятницам и субботам, а также в праздничные дни продолжает работу продовольственная ярмарка, сообщает пресс-служба администрации города.

Управление образования вызывает родителей

ВО ВЛАДИВОСТОКЕ специалисты готовятся ввести в работу информационную систему «Электронная школа Приморья», сообщает пресс-служба администрации города.

Последние номера
газета
газета
газета
газета