Вдохновляет ли вас весна на творчество, дает энергию, силы и новые идеи?

Электронные версии
Акция «В»

Жизнь как кино, кино как жизнь…

НАШИ акции – «Владивосток. История в лицах» и «Кино моей жизни» – вызывают все больший интерес у читателей «В». Тем более что есть в нашем городе люди, которых от истории приморской столицы никак не отделишь. Например, Юлия Васильева, человек, сохранивший для города кинотеатр «Уссури» и навсегда связавший жизнь с Владивостоком и с кино…
Родилась Юленька Черемных – это девичья фамилия нашей героини – в 1926 году в поселке Посьет. Когда девочке было два года, семья переехала во Владивосток, поближе к родне. Всего в семье Черемных родилось девять детей, но выжило только семеро. – Мама потому и не работала, – вспоминает Юлия Васильева. – А папа был простым рабочим на рыбокомбинате. Поселились мы на улице Дзержинского, теперь она называется, как до революции, Фонтанной. Домик бабушки, в котором мы жили, был такой старый, что врос окнами в землю. Деревянные тротуары, старые дома, дворы… Жили очень скромно, можно сказать, впроголодь. Мясо – по большим праздникам. Под окнами текла канализация, электричества не было, на стене висела керосиновая лампа, которую зажигал папа по вечерам. Под бой барабанов… Учиться я пошла в Центральную, как тогда она называлась, гимназию. Сегодня это гимназия № 1. Учиться мне нравилось. Я была девочкой очень идейной, патриотичной, истово во все верившей. Была председателем совета отряда, можно сказать, бессменным. В 1939 году – я тогда училась в 6-м классе – отца вызвали в НКВД и сказали, что всю семью вместе с ним высылают в 10-дневный срок из города. Как много позже я узнала из справки о реабилитации, выселили нас с формулировкой «за антисоветские настроения». Это я уже позже поняла, что внимание «компетентных органов» наша семья привлекла из-за папиной родни по женской линии. До революции его родственники жили зажиточно, были среди них и белые офицеры, позже убывшие в эмиграцию. Отец, видимо, думал, что о его родне никто не вспомнит… И вот прихожу в школу, приводят меня в актовый зал, где уже собрали всех девочек, и под барабанную дробь рассказывают о моем «антисоветском» отце, срывают пионерский галстук. Что я тогда чувствовала? Стыд, непонимание «за что», ведь я так искренне верила в справедливость жизни. Мне до сих пор больно… Дома я об исключении из пионеров не рассказала. Не могла. Но в тот день решила покончить с собой. Настругала в стакан спичечной серы, налила воды – и выпила. Плохо стало очень быстро, но врачи, что называется, откачали. Галстук с меня сорвали, но не отняли. И 10 дней я каждое утро наглаживала его, шла в нем до школы, а перед школой снимала. И снова надевала по дороге домой… С котомками в никуда А через 10 дней папу снова вызвали в НКВД. Домой он вернулся с паспортом, в котором жирным-прежирным черным крестом была перечеркнута его прописка. Нам надо было уехать в 24 часа. В Сибирь – но не дальше Красноярска, и не в города, а в любое село. В поезд мы садились с котомками – чемоданов никаких не было. Одноклассницы пришли на вокзал провожать меня. Было это 27 декабря, но шел дождь. И девочки говорили: Юля, даже город плачет, что ты уезжаешь… Старшая сестра моя к тому моменту успела выйти замуж и уехать с мужем. Так что ее предписание «в 24 часа» не коснулось. Ехали мы в неизвестность. Скоро уж Красноярск… Видим – станция Клюквенная. Красивое название. Вышли на деревянный перрон. Детей шесть человек, самому младшему – Боре – полтора года, он у мамы на руках висел. Отец пошел в поселок и скоро вернулся – нас согласился приютить совершенно незнакомый человек. Выделил малюсенькую комнатку. Поставили мы свои мешки в этой комнатке, сели. В жизни у меня больше таких слез не было… Мы смотрели друг на друга и не понимали, что мы тут делаем, за что? Папа встал и сказал: завтра же все идем искать работу. Работу он нашел. Да и мы с братом устроились на мучную фабрику, чистили мешки – по 2 копейки за мешок. Через три месяца купили половину маленького дома, перешли жить туда. Армия спасла от голодной смерти Вскоре папу арестовали как шпиона. Началась война. Денег совсем не стало. Я окончила семилетку, пошла на завод работать. Но тут старшая сестра прислала 240 рублей – заплатить за учебу. Мы с мамой пошли к отцу в тюрьму на свидание – там иногда это разрешали. Помню эти решетки, эти полосатые робы, какой он был тощий… Мама спрашивает: «Миша, что делать, Юля так просится в школу, и Галя деньги прислала?..» И папа издалека кричит: «Вера, я тебя умоляю: учи ее, учи, отдай в школу!». Пошла я в итоге в вечернюю школу. Но завод наш, который делал пушки, вскоре был переведен на казарменное положение, так что пришлось экстерном сдать экзамены. На заводе мы практически жили, даже спали там. Кормили ужасно: гнилой рыбой, плохим хлебом… Родные в деревне получали 150 граммов хлеба в день. А хлебовозка могла раз в неделю приехать, но хлеб все равно выдать только за один день. Сколько раз я видела, как идет человек по деревне – упал и умер. Это про блокадный Ленинград все знают, как там жилось, а про это все до сих пор молчат… В наши полдомика поселили еще и семью эвакуированных. Огород не высаживали – нечего было сеять… Мама опухла от голода, еле ходила. Отца к тому моменту уже расстреляли. У нас неподалеку в доме конвоир жил из тюрьмы. Он и шепнул, когда мимо завода повезут трупы – хоронить. Я вышла и смотрела… Знаете, сколько раз я потом поездом мимо той станции ездила – в отпуск, в командировки. И каждый раз на горку одну смотрю, знаю – там в общей могиле мой отец лежит… Шел 1942 год. Я написала сестре – она к тому моменту жила в Охотске, и муж у нее был начальником порта: если ты нас не заберешь, мы все умрем. Сестра прислала вызов – и семье позволили уехать. Я пошла к директору завода: разрешите мне сопроводить семью до Владивостока, помочь. Он давай кричать, что страна в опасности, а ты про личное думаешь… Сказала я маме, а она в плач: тебя тут одну не оставлю… А мы уже дом продали, купили картошки, хлеба, денег осталось только на билеты… Что делать? Уехать самовольно? Расстреляют. Нас в то время то и дело водили смотреть суды над «дезертирами с трудового фронта» – чтобы совсем запугать. И тут моя подруга, Злата ее звали, сказала: пойдем к моему дяде, он военком, поможет оформиться добровольно на фронт. Так и сделали. Мама узнала, заплакала, но оставаться ей уже было незачем. Так и поехали – семья во Владивосток, где их встретила сестра, а дальше они уже пароходом в Охотск; а я – в Подмосковье. Приехали мы – зеленые девчонки, стрелять не умеем, ничего не умеем. Посмотрели на нас – и отправили в Хабаровск на военные курсы связи. Я стала отличницей боевой и политической подготовки, первой сдала экзамены и получила звание сержанта. Была направлена на Второй Дальневосточный фронт в 69-й полк связи. Здесь и демобилизовалась, на Дальнем Востоке… Не судьба, а целый фильм Осенью 1945 года по Ленинской – центральной улице Владивостока шла 20-летняя Юлия Черемных, демобилизованный сержант-­радист. Война окончена, в кармане ни копейки, из одежды – только та форма, что на ней… Что же делать ей, члену семьи репрессированного? Взгляд девушки упал на объявление на дверях кинотеатра «Уссури»: «Срочно требуется кассир». «А почему нет? – подумала она. – Поработаю немного, а там посмотрим…» Это «немного» оказалось – вся жизнь… Больше 70 лет Юлия Васильева, ныне исполнительный директор кинотеатра «Уссури», работает на одном и том же месте… Шли годы, менялись страна, уклад, экономика, политика, но главным в ее жизни были и остаются кино и кинотеатр «Уссури», который, как уже ранее писал «В», она буквально спасла для Владивостока в черные 90-е годы. В годы, когда за здание шла настоящая война, когда на нее – директора кинотеатра – давили и разного рода сомнительные бизнесмены, и даже из Госкомимущества намекали: продавайте, чего вы… И сегодня, заходя в отреставрированный «Уссури», Юлия Михайловна улыбается. Это – история и кино ее жизни. Ее судьба. КСТАТИ КОЛЛЕКТИВ ООО «Синема» и общественные организации выдвинули кандидатуру Юлии Васильевой на присуждение звания «Почетный гражданин Владивостока».

Автор : Любовь БЕРЧАНСКАЯ

comments powered by Disqus
В этом номере:
Бронзовый джентльмен приглашает на кофе
Бронзовый джентльмен приглашает на кофе

В МИНУВШУЮ субботу все, кто шел привычной дорогой с улицы Адм. Фокина через цветочный пассаж на Светланскую, обратили внимание на рабочих, устанавливающих новую скульптуру.

Город поможет купить платье на бал

ВЫПУСКНИКОВ школ из социально незащищенных семей приглашают за материальной помощью.

Торговля – лидер по нарушениям закона

СПЕЦИАЛИСТЫ Роспотребнадзора составили более двух тысяч протоколов по фактам административных правонарушений.

Студенты на форуме работали бесплатно?

ПРИМОРСКАЯ прокуратура начала проверку по обращению студентов нескольких вузов Владивостока, жалующихся на невыплату зарплаты за работу на Азиатско-Тихоокеанском парламентском форуме.

Школьников-юмористов отправят в Анапу

В ЭТУ пятницу, 5 апреля, в Центре детского творчества Владивостока пройдет финал городской школьной лиги КВН, сообщает пресс-служба администрации Владивостока.

Последние номера
газета
журнал
газета
газета