Где вы отдохнули этим летом?

Электронные версии
Парк культуры

В Китай со своей скрипкой

Как Поднебесная дает возможность реализоваться творческим людям из России
В Китай со своей скрипкой
Афиша концерта, хотя и радует глаз голубоглазой и светловолосой красавицей скрипачкой, не слишком изумила бы любителей музыки, если бы не была написана на китайском и английском языках. Ничего удивительного – Анна Ганина, выпускница академии искусств, вместе с мужем, художником Владимиром Ганиным, уже 12 лет живет и работает в Китае. Родилась Анна в Костроме, а затем вместе с родителями жила и на Северном Кавказе, и на Камчатке. Окончила в Петропавловске-Камчатском музыкальную школу и музыкальное училище. А высшее музыкальное образование получала во Владивостоке. В городе, который по сей день считает родным. От безысходности – в Чанчунь – Получили мы с мужем образование, – говорит Анна, – как раз в 90-е годы. В ту пору скрипачка и художник, наверное, самые ненужные в России профессии. И мои однокурсники были в такой же ситуации. Кто-то собирался в Москву, кто-то думал о смене профессии. Идти работать в музыкальную школу значило платить за проезд сумму больше получаемой зарплаты. И в этот момент мне и моему мужу (в то время он был председателем Союза молодых художников Владивостока) поступило предложение от коллег из провинции Цзилинь поработать в тамошней академии искусств города Чанчунь. Ничего лучшего на тот момент нам не предлагали, по сути, на родине мы болтались между небом и землей. И подумали: а почему нет? И поехали, заключив контракт на год. Скажу сразу: тот первый год в Китае был очень тяжелым. Когда наш контракт подходил к концу, думали: мы не любим Китай, не любим китайцев, не хотим здесь жить категорически! Мы работали в Цзилинской академии искусств, нагрузка была весьма небольшая. Денег, соответственно, было мало. Причем настолько мало, что я подрабатывала, давая уроки английского языка, давать частные уроки музыки мне запрещал контракт. Зато у нас появился такой грандиозный опыт общения с китайской бюрократией, что сейчас нам уже многое не страшно. И вот когда мы уже были готовы радостно вернуться домой, поступило предложение переехать на юг, в провинцию Хунань в институт наук и технологий, где есть музыкальный и художественный факультеты. Мы долго все обдумывали и в итоге решили ехать. Сыграли свою роль и любопытство, и то, что нам сразу предложили очень хорошие условия. Ну и то, что это юг Китая – там пальмы, которые нас просто поразили. Потом выяснилось, что климат в Хунане достаточно тяжелый, влажный и горячий. Но ничего – прижились. Позже я получила предложение поработать в Гуанчжоу. И нас там так любили и ценили – и до сих пор любят и ценят, что мы прожили счастливо в этом районе Китая 10 лет. Золотая медаль за музыку Сегодня Анна Ганина – не только преподаватель в институте наук и технологий провинции Хунань, но и солист знаменитого театра Гуанчжоу-опера-хаус. И Анна, и ее муж обладатели Золотой медали провинции Хунань «Лучший иностранный специалист», причем Владимиру медаль вручал в Пекине премьер-министр КНР. – В Гуанчжоу-опера-хаус, – говорит Анна, – я и преподаю, и одновременно являюсь солисткой, в том числе даю сольные концерты. Считаю удачей приглашение в этот театр. Ему всего два года. Он новый, очень красивый, современный, в нем проходят оперные и балетные постановки мирового уровня. Это антрепризный театр – своего оркестра и полноценной труппы в нем нет. Но здесь проводят гастроли и дают представления самые известные мировые коллективы. И концерты эти совершенно изумительные. За два года у нас пел Хосе Каррерас, играли «Виртуозы Москвы» и Лондонский королевский филармонический оркестр. И я имела счастье их видеть, общаться с музыкантами. Для профессионала это большое счастье. Так что нам с Владимиром повезло, что мы попали именно в Гуанчжоу. Дело в том, что Китай еще во многом кастовая страна. И все города делятся на несколько рангов или уровней. Города первого уровня – это Пекин, Шанхай. Второго уровня – центры провинций. Третьего – города-спутники центров провинций. Дальше уже идут все остальные города. Так вот то, что происходит в этих «всех остальных» городах, по большому счету никого не интересует и никому не важно. Можно сказать, что они варятся в собственном соку и в каком-то смысле прозябают. А Гуанчжоу, безусловно, город первого уровня. Это южная столица, город, который на протяжении всей истории Китая был открыт для иностранцев. Там всегда бурлила жизнь! И сегодня здесь вращаются огромные деньги, активно поддерживается, спонсируется развитие культуры и искусства. Строительство оперного театра – яркое тому подтверждение. В Чанчуне мне очень не хватало культурной жизни – концертов, спектаклей. Когда мне было 18 лет, мой педагог, который был одновременно дирижером Камчатского камерного оркестра, где я тоже играла, вывозил оркестр на гастроли в Европу. Это во многом сформировало меня как музыканта – то, что я там увидела и услышала, с какими музыкантами общалась… Затем наступил период варения в собственном соку, когда не хватало такого общения, что дает толчок к развитию. Гуанчжоу в этом смысле меня насытил, я увидела здесь то, что должен знать и слышать каждый музыкант для творческого роста. Конечно, Китай, в котором вращаются огромные деньги и очень благоприятная экономическая ситуация, сегодня всеяден. Он жаден до любого искусства извне. Музыканты, которые выступают в этом театре, – звезды первой величины! И слушать их, общаться с ними – это не просто эстетическое наслаждение, это шанс развиться… Не так давно в этом зале выступала мировая знаменитость – скрипачка Анне-Софи Муттер. Концерт был невероятным! А уж общение с нею… Я поняла, куда надо расти, куда двигаться, что делать, поняла, что есть дорога, по которой мне еще идти и идти. Как говорят китайцы, маленькими шажками на большую гору. Кроме того, в Китае я обзавелась такой коллекцией записей лучших музыкантов мира идеального качества, что иногда сама себе завидую. Весной этого года друзья пригласили меня на международный конкурс-фестиваль в Пекин. Я там выступила и стала лауреатом. И музыканты, с которыми мне довелось там пообщаться, помогли мне вырасти над собой. – Как часто вы играете концерты и как составляете программу для них? – Не реже раза в месяц, обычно чаще. При составлении программы стараюсь найти золотую середину между познаниями публики и своим желанием. Китайцы, конечно, мало знают нашу музыку. Для концерта в городе, где расположен институт наук и технологий, я стараюсь подбирать очень известную, популярную русскую и европейскую классику, для концертов в Гуанчжоу-опера-хаус могу себе позволить уже что-то более сложное для слушателей. Здесь уже можно исполнять не только сонаты Бетховена, но и Равеля, к примеру. В этом городе публика более образованная. И должна сказать, что Гуанчжоу-опера-хаус никогда не пустует. Это очень приятно. Должна сказать, что у Владимира, моего мужа, также сложилась карьера, творческая жизнь в Китае. Его работы ценят, его мнение уважают… Как научиться быть понятным Преподавание в Китае, как выяснила Анна очень быстро, отличается от преподавания в России. По сути, учителям из Европы приходится обучать своих китайских студентов не только основной специальности, а гораздо большему. – Приглашая нас на работу, китайские работодатели в первую очередь хотят видеть в нас носителей европейского, русского, в частности, искусства, – говорит Анна. – Но чтобы передать свои знания студентам, приходится немало потрудиться. Китайская система образования основана на повторении, на зубрежке. Наше искусство, наша музыка – европейские и строятся совсем на других вещах. Для их понимания нужно обладать своего рода генетической потребностью. Ведь китайская музыка категорически отличается от нашей: она основана не на семи, а на пяти нотах. Моим студентам очень трудно дается понятие гармонии, понимание того, почему именно так строится музыкальная фраза. И, конечно, учиться им сложнее, берут они трудолюбием, усердием, старанием. Но есть и те, кто действительно одарен и мечтает о большой славе. Был у меня студент, который сейчас учится в Пекинской консерватории. Он учился, скажу честно, как зверь. Это достойно уважения. И был у меня студент из бедной, просто беднейшей семьи, но чрезвычайно одаренный музыкально, на грани гениальности. Буквально через несколько месяцев занятий я поняла, что уже ничего не могу ему дать, что он воспринимает все на лету… – Вам наверняка приходилось давать студентам знания, скажем так, культурологические, объяснять многое помимо музыки… – Конечно. Приходится устраивать экскурсы в историю, в традиции. Они же практически ничего о европейской культуре – как и мы о китайской, кстати – не знают. И многие студенты до определенного времени считают, что китайской культуры им вполне достаточно, и даже не сразу начинают воспринимать мои рассказы как нечто важное. Только с течением времени они понимают, что им придется перевернуть все в голове вверх ногами, ибо европейская музыка имеет совсем другое звучание, другие традиции, другую манеру. – А на каком языке вы ведете преподавание? – Это важный вопрос. Когда мы ехали в Чанчунь, мы не владели китайским совсем. Преподавали на английском. Этого было достаточно, студенты меня понимали и воспринимали. А вот в Хунане я заметила, спустя некоторое время, что все меньше студентов хорошо знают английский, что нужно что-то менять. Это было лет пять назад, какой-то багаж разговорного китайского у нас уже был, но для преподавания этого было мало. Поэтому, если студенты перестали говорить по-английски, я заговорила по-китайски. Стала учить язык. Не скажу, что сегодня прямо как профессионал говорю на этом языке, но в целом мне удается быть понятой своими студентами. Тем более что нам, русским преподавателям, это вообще свойственно – делать все, чтобы быть понятыми. Мы в лепешку расшибемся, но достучимся до ученика. Китайские преподаватели, между прочим, так не стараются, считая, что это прерогатива студентов. Китай стал для Анны и Владимира местом, где их жизнь сложилась успешно. Но словом «дом» они по-прежнему обозначают Владивосток. И, приезжая сюда, с удовольствием отмечают перемены к лучшему: и в облике города, и в целом в сознании людей. В Китае у Анны и Владимира родился сын, который сегодня живет у бабушки в Костроме – Анна с мужем решили, что перед тем, как отправиться в школу в Китае, ребенок должен погрузиться в русскую культуру, осознать себя русским. – Я с удовольствием скажу, что Китай изменил меня в лучшую сторону, – говорит Анна. – Я научилась в Китае в первую очередь пониманию людей и общению. Это очень тонкая материя, но чрезвычайно важная… Китай дал нам возможность посмотреть мир, а главное – реализовать себя. Пока свое будущее мы связываем с этой страной. А там посмотрим…

Автор : Любовь БЕРЧАНСКАЯ

В этом номере:
День знаний наступил
День знаний наступил

Чтобы компенсировать затянувшиеся каникулы, программу первой четверти уплотнят

Тайфун «Санба» обогатил автомастерские
Болельщиков защитили от политики
Болельщиков защитили от политики

Прыгайте на здоровье и дальше!

Когда Зеленый Угол был Гнилым
Когда Зеленый Угол был Гнилым

Известный владивостокский краевед много лет работала геологом, а теперь копает историю города и края

Цзиси: по ту сторону Ханки
Цзиси: по ту сторону Ханки

Открываем для себя достопримечательности по ту сторону озера

Последние номера
газета
газета
газета
газета