Где вы планируете отметить Новый год?

Электронные версии
Праздник

Герои не любили говорить о войне...

Акция к Дню Победы продолжается: вспомним всех, кому мы обязаны жизнью
Герои не любили говорить о войне...
Акция к Дню Победы продолжается: вспомним всех, кому мы обязаны жизнью Сегодня мы публикуем очередную серию писем, которые прислали наши читатели. Напоминаем, что ваших историй мы ждем до конца месяца. Пусть о ваших дедушках и бабушках, отцах и матерях, воевавших на полях Великой Отечественной войны или ковавших Победу в тылу, узнает как можно больше людей. И все вместе мы почтим память погибших и умерших солдат той войны и пожелаем здоровья ныне живущим. Отец долго смотрел на нас… – Я дальневосточница в четвертом поколении, мой прадед переселился на Дальний Восток с Украины, – пишет нам Валентина Зеленская из Владивостока. – Жили мы в доме, срубленном его руками. Дом весь утопал в черемухе и сирени, от крыльца к калитке вела извилистая дорожка. По этой тропинке зимой 1941 года и ушел на ту страшную войну мой отец. Ушел, чтобы уже никогда не вернуться… Я отчетливо запомнила тот декабрьский день. Отец – в длинной серой шинели, перетянутой ремнями, в теплой буденовке – взял нас с сестрой на руки и поставил на стол, так что мы стали с ним одного роста. Долго смотрел на нас, а у двери беззвучно плакала мама. В тот день она проводит его до вокзала, и они обнимутся в последний раз. Ей – 26, ему – 30, нам с сестрой – 2 и 4 года. Неспешно, одно за другим перечитываю письма отца, бережно сохраненные мамой. «Жди меня», – писал он, как писали все в эти годы. Я помню, как мама обрисовывала наши ладошки в письмах к отцу, а я, старшая, выводила собственноручно: «Папа, скорее возвращайся!». В доме висела старинная икона, и мама, взяв нас на руки, подходила к Богородице и молилась. А мы, несмышленыши, повторяли за ней: спаси и сохрани. Не спасла, не сохранила… Слишком жестокой была та война. 19 февраля 1945 года отец написал с фронта свое последнее письмо – радостное, весеннее, наполненное ожиданием близкой Победы и встречи с семьей. В письмо он вложил фотографию. Похоронка опередила письмо… За неделю до этого мама увидела сон: огромный, низко летящий черный самолет крылом снес половину нашего дома. Через несколько дней пришло извещение о гибели отца. До Берлина оставалось несколько десятков километров, до Победы – два месяца. Он погиб на территории Польши, поднимая бойцов в атаку вместо убитого командира. Похоронен на русском кладбище в городе Бранево. В том бою – 3 марта 1945-го – была одержана блестящая победа, и отца посмертно наградили орденом Отечественной войны I степени. Почти всю войну у него было самое главное звание – рядовой. А в 1943-м он по-лучил звание младшего лейтенанта. Мама до последнего дня верила, что жив ее Николай, что произошла нелепая ошибка и в один из майских дней вдруг тихо звякнет калитка и покажется такая знакомая и родная фигура. …Он вернулся в родное село скромным обелиском. Золотом выбито его имя: «Зеленский Николай Денисович». За войну стыдно… – Мой дед Василий Гаврилюк родился в 1913 году в Сучане (ныне – Партизанск. – Прим. авт.) в достаточно богатой семье, – рассказывает 20-летняя Дарья Карюхина. – Его отец переселился в Приморье с Кубани и всю жизнь проработал начальником на местной шахте. Дед был ребенком от первой жены отца – Василисы, которая умерла, когда ему было всего два года. После этого отец привел в дом 18-летнюю мачеху. Родились свои дети, и маленького Васю отправили на воспитание в деревню, к дедушке с бабушкой. Те жили достаточно бедно, так что комфорта, к которому он привык, здесь не было. Мой дед до самой старости вспоминал, какой у него был стресс, когда с него сняли шелковые рубаху и штаны и одели по-деревенски. Мачеху он так и не простил. Так или иначе, рос мальчик в достаточно образованной семье. Братья отца рано научили его грамоте, и в 7 лет он пошел сразу в третий класс. Но малолетний возраст все же сказался, и к концу учебного года он уже не мог выдерживать такую нагрузку. Так что на этом его образование завершилось. В 13 лет он со старшим братом Петром убежал из дома – в Америку. В порту брату удалось пробраться на пароход, с тех пор о нем ничего не известно. А Василия задержали. Домой он не вернулся, начал работать где-то в Яковлевке на сплаве (тогда вопрос транспортировки леса решался просто: бревна сплавляли по Уссури до самого Лесозаводска. – Прим. авт.). Там он встретил мою бабушку, Анну Филипповну. Еще в мирное время у них родилось двое детей, и они осели в Кокшаровке. В 1939 году, в русско-финскую войну, деда призвали на фронт. Так что детей бабушка растила практически одна: шесть лет помощь от деда была исключительно моральная, в письмах. Бабушка рассказывала, как они радовались кукурузной муке, которую как-то им выдали. Она варила из нее кашу и запрещала детям съедать сразу много: после голода это было смертельно опасно. Деду на войне, понятно, тоже пришлось несладко. Когда он воевал под Осло, был страшный голод. Взрослые мужики отощали настолько, что могли перехватить ногу выше колена двумя пальцами. Всю Великую Отечественную дед провоевал в звании рядового, хотя имел много медалей и орденов, прошел восемь стран в составе стрелкового полка. Но до Берлина он так и не дошел – контузило при сражении в Балатонском котле. К счастью, его выходила одна болгарская семья. По понятным причинам он всю жизнь был вынужден скрывать это. Но нам рассказывал, что его поразило, насколько хозяйственной была та семья: война, нищета, а у них в погребе огромные копченые окорока, виноград, фрукты, овощи, вино… В России он такого и в лучшие времена не видел. Потом дедушка вернулся с войны, и всю оставшуюся жизнь они с бабушкой так и прожили в Кокшаровке, вырастили четверых детей. Дед работал начальником сплава. А еще у него была пасека, сливовый сад и поросята, которых он разводил. Умер он в 1998 году – в 85 лет. Я помню его как очень веселого человека. И о войне рассказывать не любил: ему словно было стыдно за то, что такое случилось с людьми, что они вообще способны творить такое. Он считал, что о той жестокости лучше не говорить. Помню, как рассказывал, что под конец войны они шли по Европе, ждали помощи от американцев, а ее все не было. Американцы тогда запомнились ему только тушенкой и растворимым кофе, а отнюдь не как солдаты. Еще рассказывал, как однажды в каком-то дворце в одном из фонтанов наши солдаты постирали портянки, так что там подохли золотые рыбки. Вообще у нас в семье среди старшего поколения не принято говорить о войне: слишком больная эта тема, слишком многих близких унесла Великая Отечественная. У папиной мамы погибло шестеро братьев. Других родственников репрессировали, сослали на Колыму, а детей отправили в детдом. Дедушкина родная тетя умерла в Ленинграде на могиле сына – он был летчиком и разбился. Она долго искала его могилу, хотя все надеялась, что он жив. А когда уже после войны нашла его последнее пристанище, сердце не выдержало… Четыре войны за одну жизнь – Здравствуйте, уважаемая редакция газеты «Владивосток», огромное вам спасибо за эту акцию. Наконец-то я смогу написать о своем отце – Якове Абрамовиче Добреля, – пишет нам его дочь Вера Яковлевна Добреля. – Родился он 29 октября в 1897 году, за свою жизнь прошел четыре войны. Воевал в 1918 году, потом в Приморье с японцами. На Великую Отечественную его призвали из Владивостока. Под Сталинградом был тяжело ранен, долго пролежал в госпитале, после чего его все-таки направили домой в Спасск-Дальний поправляться. В 1945 году ушел воевать с японцами. По возвращении с фронта отец отправился поднимать родной колхоз им. Ленина, трудился он на совесть. Но потом заболел, и в ноябре 1959 года мы расстались с отцом уже навсегда. Кое-что с военных лет я и сама хорошо помню. В семье было пять дочерей, я – самая младшая. В 41-м году мне было всего 12 лет. Тем не менее мы, дети, работали наравне со взрослыми, старались приблизить Победу как могли. В колхозе мы вручную пололи пшеницу, веяли зерно, работали даже по ночам – старались, чтобы родители хоть немного смогли отдохнуть. Однажды у меня сильно заболел позвоночник, врачи поставили диагноз – «туберкулез кости позвоночника», в мае 1943-го меня заковали в гипс. К счастью, через два года я снова смогла ходить. Так что в мае у меня два праздника – День Победы в Великой Отечественной войне и день моей личной победы над болезнью. Дорогие читатели, мы по-прежнему ждем ваших писем, фотографий фронтовиков и семейные снимки. Истории и воспоминания могут быть любые: рассказ о жизни человека, какой-то отдельный случай, отголоски воспоминаний… Наш адрес: 690014, г. Владивосток, Народный проспект, 13. Акция «Вспомним всех поименно». Обязательно укажите свой обратный адрес и (внимание!) телефон. Это очень важно! Также вы можете писать нам на электронную почту: site@vladnews.ru

Автор : Ольга СИРОТКИНА

comments powered by Disqus
В этом номере:
Полис стал клеймом
Полис стал клеймом

Главный медицинский документ теперь будут выдавать один и на всю жизнь

Чиновник за три получил семь

В приморском крае за получение взятки на сумму свыше 3 млн рублей осужден замначальника Управления охраны окружающей среды Приморского края

Леопарду готовят новое жилье. Из кедра
Леопарду готовят новое жилье. Из кедра

В минувшие выходные 70 добровольцев заложили кедровый лес в долине реки Хабарихи (приток Рязановки)

Ботанический сад ждет распродажа

Ботанический сад ДВО РАН решил устроить ярмарку: 6 и 7 мая здесь пройдут Дни открытых дверей и распродажа флоры. Посещение для всех бесплатное: в пятницу сад откроет двери для жителей Владивостока в 10.00, в субботу — в 9.00

Вторую Речку освободят от китайского рынка

Продавцы китайского рынка получили от судебных приставов Советского района уведомление о необходимости покинуть занимаемую территорию в 5225 кв. м на ул. Русской, 2а до 5 мая 2011 года

Последние номера
газета
газета
газета