Будете ли вы купаться в море после сообщений об акулах в акватории Владивостока?

Электронные версии
Исторический клуб

Бухта жокея Омельченко

100 лет назад в покорении Южного полюса принял участие конюх из Владивостока
Бухта жокея Омельченко
100 лет назад в покорении Южного полюса принял участие конюх из Владивостока На исходе 1911 года произошло событие, отголоски которого не утихают до сих пор. Экспедиции двух стран – Норвегии и Англии предприняли штурм непокоренного до того времени Южного полюса. Норвежский отряд под руководством легендарного Руала Амундсена первым «взобрался» на южную макушку планеты. Отчаянно рвавшиеся к первенству британцы во главе с Робертом Скоттом тоже достигли цели, но сделали это на 35 дней позже скандинавов, а посему приоритет первооткрывателей отдан Амундсену и Кo. Норвежцы возвращались триумфаторами, британскую же экспедицию ждали не только горькое разочарование потерпевших жестокое поражение в грандиозной гонке века, но и трагический исход. На обратном пути отважный командор и его спутники погибли. Все перипетии драматического штурма хорошо известны, многократно описаны в литературе. Первопроходцам, в особенности группе Скотта, посвящены многочисленные исследования. Гораздо менее известно, точнее будет сказать, намного меньше афишируется другое – что в составе обеих экспедиций было трое русских. Двое из них - с Дальнего Востока, в том числе один оказался нашим земляком – приморцем. Какой британец не заглянет на ипподром? Прежде чем продолжить рассказ, необходимо отметить следующее. Оба антарктических замысла как в Англии, так и в Норвегии поддерживались на самом высоком уровне – вплоть до королевского двора и рассматривались как национальные проекты со всеми вытекающими отсюда требованиями, главное из которых – участвовать в осуществлении исторической миссии должны только подданные их государств. А посему – никаких иностранцев. Однако из этого правила пришлось сделать исключения. Норвежские полярные исследователи не раз имели возможность убедиться, что лучшего штурмана, нежели трудившийся у них молодой помор из Архангельской губернии Александр Кучин, не сыскать. По ходатайству самого Фритьофа Нансена россиянин в порядке исключения вводится в экипаж судна «Фрам», доставившего в дальнейшем Амундсена и его товарищей к берегам Антарктиды. В свою очередь, Роберт Скотт пригласил в экспедицию, правда, в состав вспомогательной группы, двух россиян – каюра, то есть погонщика собачьих упряжек, Дмитрия Гирева и конюха Антона Омельченко. Первого эмиссары Скотта при подготовке похода высмотрели на Сахалине, второго – во Владивостоке. Отправляясь в путешествие, Гирев захватил с собой гиляцких лаек. Между тем Роберт Скотт, следуя рекомендациям ряда исследователей, решил в ледовом броске к полюсу сделать основную ставку не на собак, как это традиционно делалось в полярных путешествиях, а на лошадей, конкретно – на маленьких, но очень выносливых маньчжурских пони. Для их поиска посланец Скотта лейтенант Брюс в начале 10-х гг. прошлого века прибыл на гремевший в те годы на весь Дальний Восток владивостокский ипподром, располагавшийся на месте нынешнего так называемого спортивного рынка. Гостю указали на жокея Омельченко. Во-первых, как лучшего наездника, во-вторых, как лучшего знатока лошадей, в том числе и маньчжурских. Антон Лукич Омельченко родился на Украине, когда подрос, отправился в люди - на принадлежавший некоему Пеховскому в Ставропольском крае конный завод. Вскоре после смерти владельца хозяйство перешло к отставному полковнику Ведерникову, который, будучи человеком неуемной фантазии, задумал организовать нечто вроде передвижных скачек по городам и весям империи. «Передвижники» в конце концов оказались на берегу Тихого океана, и молодой жокей решил осесть в Приморье. Благо здесь нашел земляков-переселенцев с Украины. Даже село было Зеньковка – названное так выходцами из его родного Зеньковского района на Полтавщине (ныне это Чкаловское в Спасском районе. - Прим. авт.). Молодой жокей быстро освоился на новом месте и очень скоро приобрел репутацию лучшего наездника округи, неизменно брал призы на всех престижных дальневосточных скачках. Вместе с лейтенантом Брюсом Антон выезжал в Харбин, где отобрал партию подходящих пони. Сначала лошадей доставили в Новую Зеландию, а оттуда на экспедиционном судне «Терра Нова» Антон Лукич вместе со своей конницей отправился к ледовому континенту. В качестве подножного корма на корабль загрузили 45 тонн прессованного в тюки сена. Такого количества, по расчетам конюха, должно было хватить в два конца. Просчет Роберта Скотта Увы, расчетам этим, точнее, надеждам на пони не суждено было сбыться. Уже первые метры на ледовом континенте (а было это аккурат сто лет назад – в январе 1911 года) показали, что Скотт допустил роковую оплошность. Лошади постоянно проваливались в зыбком сыпучем снегу, а самое главное - не могли вынести свирепых антарктических морозов и ветров, и их пришлось пристрелить. Антон сопровождал группу до конца шельфа моря Росса, а потом его воротили на корабль. Несколько дальше прошел Дмитрий Гирев, но и он также был вскоре «отцеплен», а совершать историческую миссию отправились англичане во главе с руководителем экспедиции. На длинном, почти тысячекилометровом пути путникам пришлось на себе тащить сани, в результате поход превратился в мучительное, на пределе человеческих возможностей испытание. А в это время с другого конца континента стремительно неслась к цели на собаках экспедиция Амундсена. Предусмотрительный норвежец все рассчитал: должно хватить 54 собаки – ни больше ни меньше. Как только преодолели ледники береговой области и достигли центрального плоскогорья, Амундсен немедленно распорядился пристрелить, как сам же запишет в дневнике, «двадцать четыре наших мужественных товарища» - просто потому, что теперь путь стал легче и отпала необходимость в части собак. Убитых свежевали, их мясо подавалось к походному столу. Достигнув 14 декабря 1911 года полюса и водрузив флаг Норвегии, путники легли на обратный путь. И все так же на закате дня, когда усталые псы валились в снег, кто-нибудь из путников доставал браунинг… Когда они достигли берега и завидели очертания «Фрама», в упряжках осталось меньше половины четвероногого состава. Думаю, случись это сегодня, окрас великого путешествия был бы иным – во всяком случае, первопроходцы на собачьих костях так просто не отделались бы от лиги защиты животных. Скотт и его спутники пришли на полюс спустя месяц. На обратном пути под впечатлением сокрушительной неудачи теряли силы, вдобавок их постоянно преследовали всевозможные неудачи. Совершенно обессилев, один за одним они погибали… Антон Омельченко с оставшимися членами экспедиции вернулся в Англию. Наравне с другими был принят в королевской резиденции, получил высокую награду – специально отчеканенную медаль, на одной стороне которой были выбиты очертания корабля «Терра Нова», на другой - имя обладателя награды. Английским правительством Антону Лукичу была назначена пожизненная пенсия, которую он исправно получал до тех пор, пока в 1927 году не были разорваны дипотношения между двумя странами (знаменитая «Нота Чемберлену»). Но до этого у антарктического странника была не менее богатая приключениями жизнь. Из Англии прибыл в родное село Батьки, но вскоре попадает из огня да в полымя: призывается в армию и уходит на войну. Воевал все четыре года, не раз был на волосок от смерти. Вернувшись в 18-м домой, сначала, как владевший грамотой, заведовал избой-читальней, а потом стал работать сельским почтальоном. «Русские – отличные парни…» …Конец всех троих русских первопроходцев был трагическим. Первым ушел из жизни Кучин. Вскоре после триумфального возвращения, осыпанный милостями и наградами, он получает приглашение от известного полярного исследователя Владимира Русанова отправиться с ним в арктическое путешествие в качестве командира куттера «Геркулес». Экспедиция не вернется, судьба всех русановцев покрыта тайной до сих пор. Гирев и Омельченко уйдут из жизни почти одновременно – в 1932 году. Сахалинского каюра по не выясненным до конца причинам начнут преследовать органы. Владивостокское ГПУ заведет дело, его этапируют с острова в Приморье, но через некоторое время, не добившись «признаний», отпустят. Но не пройдут бесследно неправедный арест и допросы. Крепчайший, арктического закала 43-летний мужик внезапно скончается от сердечного приступа. Антона Омельченко страшный рок настигнет у его хаты. Над селом внезапно разразилась гроза, и шаровая молния задела своим смертоносным крылом сидевшего на завалинке Антона Лукича… В середине 50-х годов прошлого века впервые на русский язык были переведены дневники Роберта Скотта. Не раз командор вспоминает каюра Дмитрия и конюха Антона, неизменно отзывается о них с теплотой и уважением. «Я убедился, что наши русские молодцы заслуживают не меньше похвал, чем мои англичане», - резюмирует Скотт в одной из своих записей. Следующая пометка – от 18 января 1911 года: «Антон и Дмитрий всегда готовы прийти на помощь, они прекрасные парни». Но так как фамилии ни разу не назывались, многие десятилетия оставалось загадкой, кто они и откуда. И только в конце 70-х удастся «идентифицировать» таинственных русских. Остается сказать, что имя приморского первопроходца не кануло в Лету, а достойно увековечено. В его честь в Антарктиде названа бухта. Портрет вместе с другими членами экспедиции представлен в экспозициях во многих британских музеях. Как один из самых ценных экспонатов англичане хранят снятый еще тогда, в начале прошлого века, документальный фильм об экспедиции. Сохранились кадры, на которых бравый наездник лихо отплясывает гопака. Помнит своего странника и Украина-нэнька – из Киева уже в наши дни организовывалась не одна антарктическая экспедиция. В общем, во всем мире воздают должное. Только вот в Приморье, откуда и шагнул в бессмертие отважный жокей, нет ни единой памятной отметины… (В заключение материала считаю своим долгом выразить признательность Зеньковской районной администрации Полтавской области, а также сахалинскому краеведу Григорию Смекалову за помощь при подготовке данной публикации)

Автор : Владимир КОНОПЛИЦКИЙ

comments powered by Disqus
В этом номере:
Суровое обаяние Дальнегорска
Суровое обаяние Дальнегорска

Север Приморья мог бы стать туристической Меккой, но пока об этом мало кто знает

Техосмотр по-честному
Техосмотр по-честному

Уделите пару минут своему авто, возможно, эти минуты спасут вам жизнь

«Жигули» хорошо пошли. В обмен на металлолом
Пять с половиной пунктов радости
Пять с половиной пунктов радости

Субъективные итоги культурной жизни Владивостока в Год Тигра

Последние номера